— Присаживайся, — с ещё более подозрительной кошачьей мягкостью предлагает Лебеда, а сам плотно прикрывает дверь. — У нас с тобой так и висит незавершённый и очень интересный разговор…
Я с нехорошим предчувствием вижу, как его рука тянется к внутренней дверной защелке. Господи, только не это! Опять приставать будет?!
Судьба словно откликается на мою паническую атаку. И когда я начинаю выискивать взглядом подходящие предметы для самозащиты, в дверь самоуверенно и настойчиво стучат.
— Тимур Аркадьевич занят! — восклицает в приемной секретарша. — К нему нельзя!
— Мне можно, — отзывается томный грудной голос и капризно зовёт: — Тимур! Найдется минутка для жены твоего друга?
Лебеда закатывает глаза и тяжело вздыхает. Видно, что ему совершенно не хочется общаться с настырной особой, но заветное слово «друг» оказывает на него самое магическое действие.
— Открыто, — ворчливо отзывается он.
Вместо своего кресла босс усаживается прямо на столешницу. Да так, что его бедро упирается в мое плечо. Я сердито поглядываю туда, но хозяину ноги хоть бы хны. Он смотрит на дверь.
В кабинет входит потрясающе эффектная гламурная блондинка в бледно-розовом платье и крошечной сумочкой в тон. Вот уж кто по-настояшему умеет ходить на высоких каблуках! Сразу видно профессиональную модель. Возможно, даже топ-модель.
Сижу на своем стуле для посетителей и восхищённо слежу за ее ногами в туфлях со шпильками. Стараюсь понять, как именно она их переставляет, чтобы походка получилась настолько грациозной.
— Приветики, Тимур, — вкрадчиво здоровается она. — Давно не виделись.
Лебеда скрещивает руки на груди, и мне почему-то кажется, что гостья ему категорически не нравится.
— Ну привет, Ангелина, — кисло кивает он. — Какими судьбами?
— Нелегкими, Тима, нелегкими. Артём собирается подать на развод.
— Ну и что? Вы же всё равно разбежались давно, — пожимает плечами мой босс. — Годом раньше, годом позже. Ко мне-то какой вопрос? Я занят, если ты не заметила.
— Мог бы и посочувствовать. Это, знаешь ли, неприятно.
— Я..? Сочувствовать тебе..? — Лебеда внезапно начинает смеяться, и я засматриваюсь на него снизу вверх, очень уж заразительно он это делает, белозубо и открыто. — Ну ты и наглая, Линка!.. Когда втихаря зажигала то со мной, то с Царевичем, наше отношение к этому тебя как-то не волновало. И мое отношение лично — в особенности. А теперь ты требуешь, чтобы я прыгал вокруг тебя и гладил по плечику, да, Линк?
— Не называй меня так, — недовольно поправляет его блондинка, потом гораздо более любезным тоном добавляет: — Ладно, проехали. Меня интересует голубое вечернее платье, Тима. То, которое на демонстрационном стенде за витриной висит. Хит твоей новой линии Золушка-стайл.
— Уже доложили? — хмыкает Лебеда.
— Продай его мне!..
— Оно не продается. Это эксклюзивный частный заказ.
— Это заказ моего мужа. А значит, я имею право…
— Не мели чушь, Лина.
— Давай договоримся..? — предлагает Ангелина.
Она с выразительным томным намеком проводит рукой по округлости своего бюста и абсолютно игнорирует мое присутствие, отчего мне становится совсем уж неловко.
Ну и ушлая же дамочка! И совсем без комплексов. Она бы ещё прямым текстом предложила Лебеде переспать с ним за какое-то платье. Вот ведь людям делать нечего.
— Тимур Аркадьевич, — натянуто говорю я. — Может, мне уйти? Обед уже скоро…
Босс переводит на меня хмурый тёмный взгляд. Затем вдруг оживляется и соскакивает со стола.
— Да, кстати, обед — это святое. Дидидинка, полный вперёд! Мы уходим.
Он подхватывает меня под руку и тащит к двери, не обращая внимания на то, что я спотыкаюсь на каждом шагу. Вот гад! Так ведь и ногу вывихнуть можно. Мог бы и без меня от назойливой блондинки сбежать. Почему я-то должна страдать из-за его давних шур-мур с женой друга?
— Тимур! — блондинка сердито цокает высокими каблуками за нами следом. — Мы ещё не поговорили… Я, между прочим, к тебе устроиться решила временно! Ты ведь понимаешь все перспективы и выгоды работы со мной? Это прямой выход на модные журналы Франции, потому что французские СМИ меня обожают!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну что ты, я рад твоему решению, — небрежно сообщает босс ей через плечо. — Ступай в отдел кадров и подпиши стандартный договор. Если есть вопросы, поговорим позже, норм?
— Я хочу сейчас, — злится Ангелина. — Давай решим вопрос насчёт перекупа. Скажи, чего ты хочешь?
Мы втроём выходим из кабинета, и толпа притихших моделей расступается перед Лебедой, как послушные волны перед мощью красавца-ледокола.
— Я хочу есть, — босс на ходу приобнимает меня за талию и заставляет прибавить ход. — Умираю с голоду!
— Я пообедаю с тобой… — заявляет ему в спину Ангелина.
— Не надо, милая. У меня в твоей компании аппетит пропадет… от такой-то красоты.
— Ну, Тима…
Блондинка никак от нас не отстаёт, а я передвигаюсь на каблуках недостаточно быстро. Зато Лебеда делает выводы мгновенно и действует.
Он неожиданно выпускает мой локоть, нагибается и обхватывает мои ноги. А затем, шокируя и меня, и окружающих, выпрямляется…
И я оказываюсь лежащей на его плече задом наперед, как пленница какого-то дикаря!
Я настолько потрясена этой наглой выходкой Лебеды, что в первые мгновения просто теряю дар речи. Зато он не теряется — с удвоенной скоростью сворачивает к лестничной клетке, игнорируя лифт, и спускается в огромный зал с высоким потолком и подиумом.
Своей цели босс достигает — назойливая красавица-блондинка остаётся далеко позади на своих высоченных каблуках. Перед самым поворотом я успеваю заметить, как она притормаживает и сердито смотрит нам вслед.
Сейчас народу в зале мало, но по вечерам в дни живых показов здесь не протолкнуться от столпотворения ценительниц модных новинок. Вдоль стен стоят стенды с манекенами — демонстрируют посетителям одежду из последних коллекций наших модельеров по заоблачным ценам. И на самом видном месте, на возвышении возле подиума демонстрируется в витрине вечернее голубое платье с чудесным переливчатым оттенком. А ниже подмигивает наклейка-ценник в рамке золотой подсветки: «Не для продажи». Видимо, из-за этого платья блондинка и ворвалась в кабинет босса.
Ещё на входе в зал я наконец выхожу из состояния ступора. Пару секунд безуспешно дергаюсь на плече Лебеды, пытаясь сползти вниз, и возмущённо стучу кулаком по его спине.
— Тимур Аркадьевич!
— Что? — отзывается он, нагло поглаживая меня под коленкой. И продолжает идти мимо стендов с манекенами, шокируя и завораживая своей дикарской выходкой проходящих мимо посетительниц.
Чувствую себя какой-то… свежепойманной ланью, которую волокут в львиное логово, чтобы со вкусом и смаком хорошенько распотрошить. И это ощущение приводит меня в состояние глубокого смятения.
— Отпустите меня!
— Ещё чего. Я тебя наконец заполучил, и мы ещё не поговорили… — он некоторое время идёт молча, игнорируя мое дрыганье, а потом вдруг спрашивает: — Драться будешь?
— Буду! Если сейчас же не поставите меня на пол!
Босс насмешливо хмыкает.
— Давай переформулируем. Если я тебя поставлю на пол, то ты обещаешь не драться и не убегать.
— Ладно, — бурчу я.
— И вести себя прилично.
Ишь какой правильный выискался… На себя бы лучше посмотрел. Это не у меня с приличным поведением нелады.
— Да без проблем!
Лебеда взбегает со мной на плече на второй ярус для вип-посетителей — сверху подиум просматривается, как на ладони, — и наконец разжимает свои руки. Помогать мне не спешит, и я сползаю с него так медленно, что в смущении чувствую каждый его мускул на широкой груди и твердом животе. А потом носки моих туфель касаются пола, и мы с боссом оказываемся стоящими вплотную друг к другу.
Осторожно поднимаю на него глаза и сразу же залипаю.
Господи, какой же он… красивый! Мужчины не должны быть такими красивыми от природы, это нечестно. Платиновый оттенок его светлых волос подчёркивает темноту карих глаз настолько, что те кажутся жгуче-чёрными, как угольки. У него волнующе мужественные и в то же время какие-то идеально точеные черты лица, из-за которых так и просится на ум слово: аристократический типаж.
