Дождавшись темноты, новоиспеченные картографы, вооруженные фонарями и чертежными инструментами, покинули дом. Да, как бы жарко ни было днем, ночью в стране Кемет больше пятнадцати градусов не пригревало, так что Иван еще в начале миссии надел свою черную футболку с пингвином. Но ему все равно было холодно. Маше же в её летнем сарафанчике, вообще, легко и простуду схватить.
Работать оказалось на редкость удобно. Набожные египтяне, то есть кеметцы, считали, что с закатом наступала полночь, и всем следовало разойтись по домам и спать. Ночных клубов еще не придумали. Да и какие клубы и дискотеки, если электростанции нет. Ни один из правителей до сих пор не променял планы на ближайшую пятилетку по постройке своей гробницы на электрификацию и газификацию всей страны.
В некоторых домах всё же горел огонь, и то видимо, для того, чтобы хозяева не легли мимо кровати.
У входа в Кремль, ой, во дворец фараона, стояли два стражника в корсетах-кольчугах и в красно-зеленых платках. Они даже не спали, в отличие от своих коллег в карауле у Вечного Огня в Москве. К счастью, до 'Боровицких ворот' было метров тридцать от ближайшего к дворцу дома, поэтому стражники не заметили работ по разметке улиц.
– Вот и проспект Ленина, - прошептал Иван, стоя на дороге, ведущей к воротам во дворец. - Я подписываю чётные, ты - нечётные, считаем длину каждого дома, а потом рисуем. Помнишь, что такое нечётные?
Маша сделала вид, будто не обранила внимания, что ее опять за недоумка держат, и спокойно кивнула. И работа закипела.
Со стороны этот процесс выглядел несколько смехотворно: по улицам от одного дома к другому бегали два человека, что-то помечали сначала на стенах, потом на своем 'папирусе', иногда советовались, зачастую спорили, но продолжали свое дело.
Через неполные полчаса на карте древних Фив появился проспект Ленина, еще через час - прилегающие к нему улицы Кирова, Маркса, Энгельса и даже Свердлова. После этого полит-просвещенность Ивана сошла на 'нет', и параллельную проспекту Ленина улицу пришлось назвать проспектом В.В. Путина, а продолжение его, маленькую улочку, ведущую к реке, - улицей Билла Клинтона. Несомненно, примыкающий переулок 'начальник разметки', не долго думая, нарек в честь Моники. Без улиц Джорджей Бушей первого и второго, кстати, тоже не обошлось.
Сколько ни пыталась Маша убедить брата, что названия нужно давать сообразные эпохе, но добилась она лишь Хеопсовой набережной, проезда Рамсеса II и площади Астерикса и Обеликса. Причем за историческую достоверность последней Иван был готов зуб на еще не изобретенные людьми рельсы положить или голову на отсечение отдать. А еще он очень сильно обиделся на сестру, когда узнал, что та не смотрела кино 'Астерикс и Обеликс. Миссия Клеопатра'.
– Да ладно тебе, Машуленция, не помнишь, чтоль, Клеопатра этой… фараоншей была, так что, всё в тему, всё в кассу, площадь должна носить достойное название! А Жерар Депардье роль какого-нибудь фуфлового галла играть бы не стал!
Юная искусствоведка спорить снова не решилась, что шум из-за пустяков разводить? Поэтому находящиеся на площади кузницу, пекарню и первых двух сфинксов на аллее храма Аменхотепа III пришлось помечать длинным названием.
После этого Иван задумал небольшой перекур. Он влез на спину одного из сфинксов и, прислонившись к каменному затылку статуи, мечтательно посмотрел на звезды.
– Эй, слезь с памятника архитектуры! - обиженно крикнула Маша. - Тоже мне, скамейку нашел! Вот перевезут его в Питер, там и лазь.
– Надоела, мелкая! Ты что, не устала? - зевая, спросил ее брат. - А еще припомни, как ты, первый раз приехав в Москву, облазила все скульптуры Зураба Церетели!
Она фыркнула в ответ. Мол, нашел, с чем сравнивать.
– Кстати, братишка, хочешь, я тебе кое-что скажу?
– Ну…
– Помнишь храм Амона. Ну, тот, который воон там?
Маша ткнула пальцем в сторону большого здания, очертания которого виднелись за кузницей. Брат отчуждено ну-кнул.
– Так вот, во времена Рамсеса II к нему достроили аллею бараноголовых сфинксов вдоль канала, а те высокие мачты, что сейчас перед входом - воздвигнуты во времена Аменхотепа III[5]. Так как столица сейчас Фивы, то можно сделать вывод, что… Ты меня слушаешь, идиот?
Последнюю фразу девушка дико выкрикнула, потому что заметила, как Иван, глубоко дыша и похрапывая, начал засыпать. От крика родной сестры, конечно, весь сон как рукой сняло. Зевнув, программист наивными глазами уставился на светящую ему в лицо фонариком Машу.
– Что ты там говорила про всяких оменов и хотепов? Я не понял.
– Я пыталась додуматься, какой сейчас год до нашей эры, но раз тебе это не нужно, продолжим марать стены.
Иван спрыгнул со спины сфинкса и направился туда, где они с сестрой еще не были. Вскоре, улицу, на которой располагался дом Дураков, назвали в честь чуть ли не самого известного в России и странах СНГ человека - Василия Пупкина. Это была последняя улица, которую они обходили.
Вроде бы миссия закончилась относительно успешно, не считая нескольких перебранок по поводу названий, в которых 'гениальный программист' достойно взял верх над 'мелкой'. Да случилась еще пара встреч с мучившимися бессонницей египтянами, что выскочили из своих домов на шум. Их фразу: 'Хетты в городе!' - программист не понял, а у сестры спросить испугался, чтобы не получить очередного подзатыльника.
Карта была нарисована, Иван и Маша уже перестали путаться в череде одинаковых домов. И вот, подписывая очередное строение на улице Василия Пупкина, брат услышал шаги в недавно отмеченном на карте переулке Голых Бомжей. Кто-то шел прямо к ним. Неужели нашелся-таки сумасшедший, который гуляет по ночам? Или это те самые хетты, которых так боялась старуха с Зеленой аллеи…
А кто-то между тем приближался. Переулок, хоть и носящий неприглядное название, был вымощен камнями, и, судя по звуку, направлявшийся к ним человек носил обувь.
– Репортер, - хихикнул Иван, припоминая, что находятся они с сестренкой в реалити-шоу.
'Кто-то богатый, потому что египтяне не пользовались обувью из-за ее дороговизны!' - подумала Маша. Брат же прижался спиной к стене и ждал, когда ночной гуляка вплотную подойдет к перекрестку. И когда странная личность должна была выйти туда, Иван включил фонарик и прыгнул наперерез, освещая переулок.
– Всем выйти из сумрака, Ночной Дозор!
Свет от фонарика попал прямо в лицо идущему. Человек, испугавшийся столь внезапной вспышки, резко закрыл лицо рукой и бросился бежать туда, откуда пришел.
– Ты успела разглядеть его… или её, - скороговоркой спросил Иван у Маши, бросившейся вслед за убегающим. - У него камера была?
– Нет, только то, что он ростом с меня, закутан в серое покрывало… и еще чёрную чёлку видела.
– За ним! - скомандовал Иван.
Брат бежал за сестрой достаточно быстро. Да и следивший за ними человек был очень проворен. Только в отличие от преследователей, он все время поправлял на себе накидку, будто боялся потерять. И правильно, ткань в Кемете недешево доставалась.
– А откуда ты знаешь, что оно за нами следило? Почему раньше не сказал… - впопыхах на ходу спросила Маша.
– Мне… чудилось изредка… что неподалеку от нас… кто-то есть… Но когда он своими шлёпанцами…
Все трое бежали так быстро, как могли, а Иван еще успевал сверять подписанные дома со своей картой. Так бы и настигли они странное существо, если бы не случайность. Освещая подписанных сфинксов у храма Аменхотепа, программист увидел стоявшую рядом с одной из скульптур девушку.
Парень встал как вкопанный. Высокая, ростом почти с него, в длинном платье, как успел заметить он при свете фонаря. Она держалась одной рукой за спину сфинкса и стояла к парню в пол-оборота. Что она делала до того, как он, Маша и таинственный незнакомец пронеслись мимо? Наверное, шла куда-то. Значит-таки, есть местные, которые не боятся ночи. Но не в том дело. Иван медленно провел фонариком снизу вверх и рассмотрел девушку. Длинное рыжее каре, густые волосы, бледная кожа, большие грустные глаза, длинный узкий нос, - знакомые черты лица.
– Ира?! - шепотом спросил он, сверля ее взглядом.
Как он и хотел - быстро и почти без хлопот нашел то, что искал. Воплощение любимой девушки.
– И-ра? - повторила она. - Это не мое имя.
Ее голос. Он показался парню знакомым. Будто слышал его совсем недавно. Но если это просто египтянка, то радость напрасна…
– А как тебя зовут? Ты так похожа на Иру.
– Неважно, - потупив взгляд, буркнула девушка и спрятала за спиной серп, который держала левой рукой.
Серп. Наверное, она косит пшеницу. Заработалась на поле. Да какое дело ему, пришельцу, до этой девушки. Ну, похожа на Иру, и делов то!
– Ты мне помешал, - холодно сказала она, отходя от сфинкса.
– Чему помешал? - не понял программист.
