– И это в такой важный момент истории! Мне что, прикажете Революцию свершать самолично?
- Ну отчего же,- усмехнулся невозмутимый собеседник. – Мы тут все рядом и заняты конкретным общим делом, которое приведёт нас к победе.
В эту минуту в распахнутую дверь мимо охранника протиснулся запыхавшийся, но довольный Владимир Ильич: он же Ульянов, он же Ленин, он же бессменный помощник лидера революции Троцкого.
- Где вас черти носили? – оживился Лев Давидович.
- Прошу простить, - кинув кепку на стол, ответил Ленин. – Был на почтамте, проверял оцепление. Затем матросы довезли на броневике до железнодорожной стрелки, и оттуда уже на грузовике сюда. Кругом наши пикеты и бесчисленные отряды большевиков. Юнкеров, жандармов и кадетов пока не видать. Попрятались в норы, ожидая, чем закончится переворот. – Он осёкся. – Точнее не переворот, а Великая Октябрьская Революция. Так будет уместнее.
- Да, но Зимний дворец всё ещё в их руках. Временное правительство с Керенским не желает просто так сдаваться.
- Заставим! – устало отмахнулся Владимир Ильич, падая в кресло. – Сонечка, - крикнул в коридор, - принеси, пожалуйста, чаю. Да покрепче! Валюсь с ног, вторую ночь без сна.
- Предстоит ещё и третья, - невесело и озабоченно пошутил Троцкий. – Самая решающая!
Они просидели в кабинете весь оставшийся день вплоть до сгустившихся вечерних сумерек. Огромный Петроград бурлил. Повсюду разъезжали грузовики с пикетами. Везде, во всём громадном городе были расставлены баррикады. Десятки тысяч матросов, солдат и просто гражданских лиц ждали только команды из Смольного, чтобы пойти штурмом на Зимний дворец. В кабинет непрестанно входили и выходили различные представители власти. Ленин едва успел передремать пару часов, как его снова разбудили. На этот раз с докладом явился вначале Свердлов, за ним Калинин, позднее входили и выходили всё новые и новые посетители. Смольный дворец гудел как пчелиный рой, опоясанный двойным оцеплением вооружённых до зубов солдат. Ночь предстояла грандиозная и легендарная по своей сути.
И вдруг…
Что-то неуловимо изменилось.
Что-то необычное и непонятное по своей сути завитало в воздухе.
Троцкий уже отдавал последние указания восставшим на «Авроре» матросам, когда некий зыбкий неуловимый шлейф дымчатой субстанции прошелестел тихо по воздуху, расплылся в пространстве и навис над Петроградом. Сквозь хмурые тучи вечернего неба этот непонятный шлейф не был виден, однако, перемену, произошедшую в атмосфере внезапно, почувствовал не только Троцкий. Почувствовали все. Весь огромный и бурлящий от волнения город. Весь Петроград.
Что-то похожее на прозрачную невидимую воздушную волну мягко прошло сквозь величественный город и, растворившись в воздухе, так же мягко исчезло. Будто гигантская неведомая рука осторожно подняла всю громаду массива зданий, поколыхала в пространстве, осторожно опустив на прежнее место. Вибрация, прошедшая сквозь людей, заставила на миг оцепенеть. Их словно подбросило в воздушной яме, как это бывает при стремительных турбулентных потоках. Подбросило на миг и мягко опустило на землю. У многих закружилась голова, сопровождающаяся позывами к рвоте. И это всё. Больше побочных ощущений не было.
Сидящие в кабинете Троцкого лидеры Революции, так ничего и не поняли. Они уставились на внезапно дребезжащие стёкла и пролитый из стаканов чай. Всё произошло так быстро, что никто не успел как следует понять, что, собственно, произошло.
- У нас в Петрограде землетрясение? – спросил Яков Свердлов, недоверчиво уставившись в чёрный проём окна, где на горизонте пылали отблески какого-то зловещего зарева. – Вот уж не думал, что в этой климатической зоне могут происходить землетрясения.
- Скорее, просто толчок, не более, - отозвался Калинин, проверявший очередную телетайпную ленту. - Взрыва слышно не было. Причём, мягкий толчок. Осторожный.
На минуту воцарилась тишина.
- Это знамение! – выдохнул из себя Троцкий.
- Ну-у, батенька… - протянул Ленин. – Нам ли теперь вспоминать о религии? Солдаты и матросы наготове. Броневики стоят заведённые. Пожалуй, пора отдать команду «Авроре» на холостой залп.
…И он прозвучал.
Легендарный залп легендарного крейсера, перевернувший историю человечества.
Однако…
Что-то было не так в этом выстреле.
Альтернативный исход Революции сделал поворот векторного времени в совершенно ином направлении. В этом измерении, где вместо Ленина лидером большевиков был Троцкий, залп «Авроры» не был холостым. Умчавшийся к Зимнему дворцу снаряд имел вполне реальный боевой заряд и, пробив крышу дворца, взорвался, разметав на куски охрану оцепления юнкеров. С этого краткого мига колесо истории пошло прямо противоположным путём, совершив оборот вокруг своей оси. Октябрьская революция свершилась, но она произошла не по тому плану, привычному истории человечества.
Таким образом, следует читателя подвести к определённому свершившемуся факту.
А именно…
Сместившееся в противоположный вектор времени альтернативное пространство дало совершенно новый виток эволюции человеческой истории планеты. Ленин в этом параллельном измерении не был безусловным лидером большевиков. Революция была совершена под руководством и предводительством Троцкого.
Гражданская война, начавшаяся вскоре после захвата большевиками власти, потекла абсолютно иным руслом, совершенно непохожим на ту войну с белыми полками, какую принято считать в истории. Деникин и Юденич, Колчак и Врангель прошли незамеченными как стратегические полководцы своего времени. Колчак не стал единым верховным правителем державы. Вся история молодого советского государства пошла совершенно иным путём, оставив за собой иные знаменательные даты, сражения и события.
А между тем, где-то на задворках Российской империи, в одном из уездных городов Приволжской возвышенности, трое революционеров пробирались в темноте к намеченной цели захвата оружейного арсенала.
Вот что там произошло…
******** (пауза) ********
- Посвети фонариком, - обратился Семёнов к шедшему рядом товарищу. Темень была такая, что на расстоянии вытянутой руки невозможно было разглядеть собственной ладони. Они уже полчаса пробирались сквозь заброшенный громадный пустырь, раскинувшийся за городом ещё со времён его возведения в царской России. Эта обширная и, казалось, нескончаемая пустошь давно предполагалась городским властями под застройку, но время шло, и до пустыря никак не доходили руки. Со стороны города к нему примыкала огромная мусорная свалка, а с противоположной стороны пустошь была обнесена большим сосновым лесом, ходить в который считалось нецелесообразным. В лесу промышляли банды сбежавших накануне революции уголовников, и через пустырь к городской управе можно было добраться только на конной тяге, да и то днём. Ночью в эту местность никто не отваживался заходить. Управа и жандармерия с арсеналом оружия находилась на краю пустыря, с противоположной стороны от самого города. Туда-то сейчас в темноте ночи и направлялись трое уцелевших после облавы большевиков. Луна попеременно заходила в тучи, и от этого пустынная местность с чахлым кустарником казалась ещё более мрачной. Дул пронзительный ветер.
