понимаю, что зря пришла сюда. И все же заставляю себя включить профессионала, четко и размеренно представить наскоро разработанный план. Только глядя на лицо Фирсова, его горящие глаза, шарящие по моему телу, понимаю, что все зря. Гоню от себя эти мысли. Цепляюсь за тончайшие ниточки надежды.
– Ваше предложение, дорогая Марина, очень интересно, – выносит свой вердикт Фирсов спустя полчаса, когда обессиленно замолкаю. – Но как я уже сказал, гораздо интереснее мне было бы поужинать с вами. Узнать друг друга получше. Такая красивая женщина как вы не должна оставаться одна. Вы же понимаете, что это нормальная реакция со стороны взрослого здорового мужчины. Желание оберегать, подчинять.
– Я совершенно не понимаю куда вы клоните, Константин Игоревич.
– Прошу вас, просто Константин. Перейдём на «ты». Меня не смущает твое семейное положение, Марина. Двое детей. Наоборот, мне это даже нравится.
– Константин, давайте вернёмся к бизнес-части нашего разговора…
– Нет, дорогая. К нему уже не будем возвращаться. Если ты хочешь себе фирму Шефера – я сделаю тебе такой подарок. Не проблема. Выкинем этого дурачка Германа.
– Я не понимаю. Мы партнеры. Я совсем не хочу выкидывать Германа.
– Хорошо, предоставлю тебе самой это решать. Как только пересмотришь свое отношение ко мне на более лояльное.
– Константин, я не понимаю о чем вы!
– Думаю, понимаешь. Поэтому пришла сюда настолько красивой, что глазам больно. Подчеркнула каждую свою изюминку, да? Я оценил, поверь.
– Вы меня неправильно поняли.
– Достаточно игр. Ты ведь умная девочка, Марина.
Фирсов приближается ко мне. Я отступаю.
– Мне не подходят ваши условия. Более того, они мне крайне неприятны! – отталкиваю руки Константина.
Хочу уйти, но он неожиданно резко вырывает у меня из рук сумочку.
– Ты же понимаешь, что у тебя нет выхода, да? Потеряешь всё. Если будешь продолжать строить дуру, я тебя уничтожу. Ты не просто потеряешь фирму, тебя никто никуда не наймет. Я об этом позабочусь. Все узнают о твоем видите в мой личный номер в клубе. Когда я с тобой закончу, будешь булки продавать в ларьке. Этого хочешь?
Изо всех сил бью мерзавца по лицу, руку прошивает боль. Отталкиваю его.
Видимо Фирсов не ожидал такого, отшатывается, теряет равновесие. В последний момент хватается за край постели.
– Дерзкая значит, да? Мне это даже нравится. Надеюсь в постели ты такая же бешеная?
– Не приближайтесь ко мне!
– Ты отсюда не уйдешь. Тебя из клуба не выпустят.
Дергаю дверь, она заперта. Я в ловушке!
– Зайди ко мне, – оборачиваюсь. Фирсов позвонил кому-то.
– Я буду кричать. Выпустите меня отсюда!
– Ты меня достала. Уйдешь, но только когда я скажу. Для начала мне нужно кое в чем убедиться.
– В чем?
– Что ты не записала наш разговор. Я привык быть осторожным дорогуша. Сейчас моя секретарша проверит твой телефон. И тебя заодно. После этого тебя отпустят, а ты пока едешь домой, хорошенько обдумай мои предложения. Ты не первая строптивая девица, которая рассказывает мне, что никогда, ни с кем, ни за что. Потом все получается по-моему.
– На этот раз, уверяю, так не будет.
– Увидим.
В номер входит женщина. Успеваю заметить за дверью двоих мужчин, похоже охрана. Я в полной власти Фирсова и даже на помощь не могу позвать.
В смежной комнате мне приходится пройти унизительную процедуру, раздеться до белья перед незнакомкой. Но я так хочу выбраться из этого места, что уже на все согласна. Женщина внимательно осматривает мое платье, с каменным спокойствием, не выдавая никаких эмоций. По крайней мере, она не унижает меня, не смеётся. Это придает мне сил, чтобы выдержать весь этот ужас.
Пока платье подвергается осмотру, мне даже дают белый пушистый халат. Не теряя времени, как только женщина уходит, я выскакиваю из смежной комнаты, прямо в халате, в коридор.
Мне плевать как на меня посмотрят гости клуба. В тот момент мало что соображаю. Платье, сумочка, туфли – все в руках. Лицо, наверное, испуганное.
Оборачиваюсь – вижу в конце коридора… Байратова.
Открываю рот чтобы попросить помощи. Меня трясет от страха. Меня могли изнасиловать! Чудо что удалось избежать страшного.
Этот Фирсов – конченый извращенец.
Но меня останавливает выражение лица Таира. На нем крайнее презрение. До меня доходит, какова картина перед его глазами. Все внутри сжимается. Что он теперь будет думать про меня?
Немая сцена продолжается несколько секунд. Затем к Таиру снова подходит женщина из торгового центра. Ну конечно. Как всегда, он не один.
И он не имеет права судить меня! Пусть думает, что хочет!
Злость побеждает. Я отворачиваюсь, убегаю. Переодеваюсь в туалете и спешу покинуть это место, которое успела возненавидеть.
Оказавшись дома долго стою под горячим душем. Долго тру все тело жесткой мочалкой. Если бы так просто было стереть осадок, который появился внутри! Мало мне урода Фирсова, еще и с Таиром столкнулась! Что он теперь будет думать обо мне?
Пытаюсь убедить себя, что мне наплевать на мнение Байратова, но понимаю, что это все не так.
Остаток вечера провожу с детьми. Это всегда помогает мне вылезти даже из самой глубокой депрессии. Смотрю на своих драгоценных, обожаемых малышей, и сердце начинает петь. Я все для них сделаю, горы сверну! Выход обязательно найдется!
* * *
На работе стараюсь вести себя как обычно. Герману, разумеется, про грязное предложение Фирсова не рассказываю. Он и без того на грани, готов сорваться, мечтает набить морду проклятому Константину, который получается обвел его вокруг пальца.
Шеферу очень нелегко, он изо всех сил ищет пути выхода из сложившейся ситуации.
Понимаю, что скорее всего мне действительно придётся искать новую работу. Она не будет такой престижной, ведь до встречи с Германом я была никому не известной скромной секретаршей. Шефер дал мне огромный толчок в карьере.
Но бизнес – это всегда риск. Если ты не рискуешь, значит у тебя нет роста и развития. Ты просто существуешь, пока не начинаешь деградировать,
