– Кто это? Чего они? – возбужденно спросил сосед. – Друзья твои, да?
– Да... – мрачно процедил Григорий. – Друзья. По переписке.
Он закрыл дверь, вернулся в комнату и долго стоял у окна, глядя в одну точку.
* * *
После обеда к Ивану Сергеевичу, как обычно, прибыли посетители. Они подъехали на серой «Волге», их было двое. Один – моложавый, стильно одетый, со смуглым, как у иностранца, лицом. Второй – попроще, не очень аккуратно постриженный, морщинистый, одетый в плащовую куртку. Щеки у него были дряблыми, голос – хриплым.
Первого звали Николаем, второй был известен под кличкой Сальный. Оба приехали, чтобы утрясти в присутствии Луки очень важный вопрос: взаимодействие милиции и таможенных постов в период проведения операции «Снегопад». Существовала небольшая вероятность, что кого-то из курьеров остановят по дороге. В таком случае обе службы не должны были стесняться друг друга и отпустить посланника, получив положенный гонорар. Потеря одного курьера могла стоить целого состояния, и лучше продумать все заранее.
Гости поднялись по лестнице и, к великому изумлению, наткнулись на участкового, который опечатывал дверь Луки.
– К кому? – спросил участковый. – К Лукову?
– А что такое? – насторожился Сальный.
– В самом деле, командир, – подключился Николай. – Что случилось-то?
– К Лукову, спрашиваю? – раздраженно переспросил капитан.
– Ну, допустим, – осторожно согласился Николай. – А что с ним?
– Уже ничего, – глухо проговорил капитан, залезая в планшетку за блокнотом. – Умер ваш Луков.
– Что?! – одновременно воскликнули посетители.
– Плохо слышите? Вы ему кто? Фамилии ваши? У него родственники есть?
– Постой, постой, капитан, – пробормотал Николай. – Как это – умер? От чего?
– Я ему вскрытия не делал. Говорят, сердечко схватило. Прямо в пивной свалился.
– Ну дела... – покачал головой Сальный.
– Ну, так что? Кто у него родные? – устало переспросил капитан. – Кому сообщать?
– Сообщать? – словно очнулся Сальный. – Не гони лошадей, капитан. Не озадачивайся, сами все сделаем. Где он есть-то?
– Кто, Луков? В горбольнице, в морге. Ну что, сами родным позвоните?
– Все сделаем, не ерошись, капитан.
– Мне что – мне только лучше...
Он удалился неровной походкой вечно спешащего человека. Сальный присел на корточки, достал «беломорину», задумчиво покрутил ее пальцами, покрытыми синими перстнями-наколками. Николай взглянул на него, потом покосился на грязную скамейку и остался стоять.
– Надо людей собирать, Коля, – произнес Сальный. – Сейчас такой компот начнется, хоть за голову хватайся.
Через час с небольшим начали собираться люди. Съезжались в неприметную пельменную на окраине города. Спереди это заведение имело крошечный торговый зал, куда изредка залетал пролетарий-одиночка пропустить полстакана и закусить рыбным бутербродом. Зато сзади располагалось обширное, добротно отделанное помещение со столом и двумя десятками стульев.
На этот раз хозяин сервировал стол только нарзаном и печеньем.
Сначала сходка напоминала простое собрание акционеров. Следовало выбрать нового кассира, а кроме того, каждый из вкладчиков должен был убедиться, что его деньги в порядке.
Но все оказалось сложнее. Поговорив с полчаса, «акционеры» выяснили, что большая часть денег, инвестированных в операцию «Снегопад», находится неизвестно где. К Луке подозрений не было, он их не украл. У него имелось несколько помощников, знавших о движениях финансов, но огромная сумма выпала из поля их зрения. Больше двух с половиной миллиона долларов Лука пристроил где-то сам, не посвящая в эти планы своих людей.
Большинство этих денег были чужими. Кто-то влез в долги, кто-то продал недвижимость – средства собирались в довольно спешном порядке. Теперь их не было.
– Надо сообщать Сударю, – обреченно произнес один из участников сходки.
Все несмело согласились. Хозяин пельменной принес телефон на длинном шнуре.
На том конце провода ответил густой властный бас:
– Слушаю, Сударев.
– Лука вытянулся, – сообщил звонивший. – Денег нет, никто не знает, где они.
Воцарилось напряженное молчание. Собравшиеся со страхом ждали, что он ответит. Сударь молчал почти минуту. Все сидели в абсолютной тишине, не отрывая глаз от звонившего.
– Заберите тело, – раздался наконец густой бас. – Спрячьте где-нибудь до вечера. Как сделаете – сообщите. Все.
Звонивший ничего не понял, но не посмел переспрашивать. Он положил трубку и оглядел собравшихся.
– Срочно пару толковых ребят – в морг. Нужно забрать покойника и сунуть куда-нибудь. В гараж или на дачу – смотрите сами. Как сделаете, доложите. Все.
Никто ничего не понял, но не посмели переспрашивать.
* * *
Прошло уже два дня, а Григорий так ничего и не придумал, что делать. Он стал хмур и неразговорчив. Новый водитель, поставленный взамен подраненного Семеныча, решил, что доктор в бригаде угрюмый и злой.
Алька тоже заметила перемены, однако в душу не лезла.
Григорий искал для себя нужный вариант действий. Вариантов оказалось совсем мало, и ни один из них не был достаточно хорош.
Пойти в милицию? Но милиция приедет и уедет, а Гриша останется на том же месте. Даже если представить невозможное – что тех двоих посадят, – все равно покоя уже не будет. Вместо двоих придут еще двое. И отыграются.
Можно было бросить клич и собрать ребят из парашютной секции. Половина из них служила в десантуре, разговаривать по душам умеют. Но не хотел Гриша кого-то втягивать в свои проблемы. Ведь друзьям это тоже может откликнуться не лучшим образом.
Грише нужен был совет. Ему не хватало специфического жизненного опыта, которого в «Скорой помощи» не наберешься. Ничего не оставалось, как дождаться свободного дня и отправиться к человеку, которого он считал опытным.
Человека звали Вальком Толстопятовым, и жил он в новой восьмиэтажке вместе с женой Ритой.
Лет пять назад все трое были добрыми приятелями, вместе ездили на пикники, вместе ходили на концерты и вместе же иногда напивались до чертиков по разным поводам и в разных компаниях.
Ритка металась между двумя хорошими парнями и не знала, кого выбрать: загадочного и ироничного студента Гришу или простого, как доска, развеселого Валька. Первый вел книжно-библиотечный образ жизни, много думал о будущем и мало – о настоящем. Второй же был до предела рационален. Закончив торговый техникум, сразу устроился завхозом в какую-то жилконтору, где начал благополучно наращивать жир. Двух лет ему хватило, чтобы взять от должности все, что можно, и уйти в свободное плавание.
По мере того как Гриша отягощал себя абстрактными знаниями, а Валек копил начальный капитал и обрастал нужными знакомствами, совместные пирушки случались все реже. Рите пора было определяться, поскольку взрослая жизнь брала свое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
