Что еще мне оставалось делать? Какая женщина откажется от подобного предложения? Я не горжусь своим согласием на предложение Кормака, так как на тот момент это был единственный для меня выход из создавшегося положения. Чего я не знала, когда он привез меня в Киркёрлинг много лет назад, так это того, что со временем я полюблю его так же сильно, как когда-то любила Ласло, хоть и немного по-другому. Я и представить себе не могла, что выйду замуж за человека, который любил книги так же сильно, как и я, что так же как и я, считал их одним из основных источников счастья. Если бы кто-то сказал бы мне подобное, когда я еще училась в школе, то я бы не поверила, что это возможно, что в мире нет похожих на меня людей. За все время нашего брака я ни разу не пожалела о своем решении принять предложение. Для меня Кормак стал скорее отцом, чем мужем, лучшим другом, человеком, который был рядом в самые трудные моменты моей жизни. Он почти разрыдался от счастья, когда повитуха положила ему на руки Эйлиш со словами: «Господин, вот ваша дочь. Чудесная девочка!». Вы даже представить себе не можете, как я благодарна богу за то, что он направил ко мне Кормака, и за то, что он забрал его до того, как на нас обрушилось такое несчастье.
Александр помолчал немного и взял Рианнон за руку.
— Я знал, что вы сильная женщина, — тихо сказал он, — но не думал, что настолько. То, что вы сделали для Эйлиш, делает вам честь, Рианнон.
— Разве имеет теперь значение то, что я сделала для Эйлиш, если через несколько часов ее жизнь оборвется, словно она какая-то преступница? Вы правда думаете, что хорошая мать будет сидеть сложа руки, как это делаю сейчас я? С тех пор, как умер Кормак, я делала все возможное, чтобы защитить Эйлиш, но я все сделала неправильно, ужасно неправильно. Вы были правы, когда говорили, что я ничего не добьюсь, разлучая мою дочь с мистером Сандерсом. Если бы я приняла их помолвку, то этой трагедии можно было бы избежать. Но меня приводила в ужас вероятность повторения моей истории, что мужчина может воспользоваться ее доверием и невинностью, а потом бросить…
Звук шагов заставил ее замолчать. Александр обернулся, услышав, что кто-то бегом поднимается по лестнице, зовя Рианнон голосом, эхом отражавшимся от спирально закрученных стен. Вскоре они увидели запыхавшегося Лайнела.
— Наконец-то я вас нашел, Рианнон, — прерывисто проговорил он и подошел к молитвенной скамье. — Я понимаю, что вы сейчас разбиты, но мне необходимо, чтобы вы прошли со мной в библиотеку.
Рианнон вытерла слезы со щек.
— В библиотеку, мистер Леннокс? можно поинтересоваться, зачем?
— У меня нет времени на объяснения. Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что я обнаружил нечто важное про вашу банши.
— Она дала о себе знать?
— Нет, этой ночью ее не было слышно. То, что я нашел, связано, скорее, с кланом О’Лэри, чем с ней, хотя я все больше и больше убеждаюсь, что их судьбы неразрывно связаны.
Александр никогда не слышал, чтобы Лайнел был настолько серьезен.
— Боюсь, я ничего не поняла, — сказала Рианнон.
— Идемте со мной, — позвал Лайнел и пошел вниз по винтовой лестнице, Рианнон и Александр пошли следом. — Вы должны нам кое-что разъяснить прежде, чем мы продолжим поиски.
———————
[1] Библиотека Марша — старейшая публичная библиотека Ирландии . Знаменитый Джонатан Свифт многие годы был настоятелем собора и управляющим Библиотекой . А сама она была основана в 1701 году архиепископом Нарциссом Маршем .
[2] Каслнок — пригород в Ирландии , находится в графстве Фингал ( провинция Ленстер ).
Глава 33
Они быстро спустились по сбитым ступеням, держась за стену, и прошли в библиотеку.
— Я несколько дней размышлял над этим делом, — торопливо проговорил Лайнел, пока они шли по коридору, оставляя за собой пару рыцарских доспехов, — но со всем, что произошло за эти недели в Дублине, у меня не было времени расспросить вас. Теперь же все видится мне таким ясным, что дал бы руку на отсечение за то...
— Не будь столь высокопарным, — предупредил его Александр, следом за другом поворачивая за угол вместе с Рианнон. — Во всяком случае, до тех пор, пока не объяснишь нормально, о чем ты.
— В тот день, когда в Маор Кладейш прибыли трое гостей и пока все ждали мисс Стирлинг, я остался в спальне, изучая книгу по геральдике, которую дала мне Эйлиш. Я хотел выяснить кое-что, связанное с прошлым О’Лэри, но обнаружил, что в книге про них ничего нет! Ни одного упоминания!
— Что вы такое говорите? — удивилась Рианнон. — Как такое может быть, ведь О’Лэри всегда считался одним из старейших кланов в Ирландии.
— Для меня все это тоже не имело никакого смысла, — признал Лайнел, — но сколько бы я не перечитывал книгу, включая алфавитный указатель фамилий на последней странице, к разгадке я так и не приблизился. Обо всех остальных кланах приводилось множество информации, в том числе, изображения их гербов. Один из них привлек мое внимание: на нем были изображены корабль и лев…
За разговором они дошли до библиотеки. Лайнел распахнул дверь и отошел в сторону, позволяя пройти Александру и Рианнон. Вся комната была погружена во тьму, за исключением, стоявшего у окна стола, на который падал рассеянный лунный свет. Лайнел подошел к столу и зажег керосиновые лампы, продолжая говорить:
— Два дня спустя, в три часа утра, я решил зайти в спальню к мисс Стирлинг, причем вовсе не за тем, о чем подумали вы и судья Дрисколл, — поспешил защититься он. — Мы поговорили какое-то время, пока Эйлиш не начала кричать… я подошел к окну и увидел, что на витражах изображение того же герба с кораблем и львом.
— Точно такое же изображение есть на решетке пантеона О’Лэри, — добавил Александр. — Я обратил на него внимание, когда мы шли через кладбище.
— Вот именно, Александр. Именно это я и имел в виду. Но я не мог понять, почему, согласно книге, этот герб принадлежал О’Лэхари.
— Все очень просто, мистер Леннокс, несколько веков назад именно так назывался клан моего мужа, — пожав плечами, ответила Рианнон. — Это устаревшая форма фамилии О’Лэри…
— То есть О’Лэхари — это О’Лэри? — решил уточнить Александр.
— Совершенно верно, профессор. В этом нет никакой тайны. — Рианнон с усталым видом отодвинула от стола один из стульев и села. — Прошу прощения, что из-за меня вы так разочарованы, мистер Леннокс, но что есть, то есть. Мне очень жаль, что генеалогия О’Лэри не представляет никакого интереса.
— Вы очень ошибаетесь, — возразил Лайнел. — Я еще не закончил.
Рианнон слегка изогнула бровь. Александр и она следовали взглядом за Лайнелом, который подошел к одной из полок и пробежал пальцами по заголовкам на гэльском.
— За то время, которое мы провели в Маор Кладейш, я еще раз слышал упоминание фамилии О’Лэхари, хотя тогда я еще не знал о связи между этими двумя фамилиями. Помните, когда вы позвали в замок Роса Уиверна, старого садовника, чтобы он разъяснил мне кое-что о землях, на которых стоит Маор Кладейш?
— Конечно, помню, — ответила Рианнон, опершись локтем об стол. — Как он мне потом рассказал, он замучался рассказывать вам о скульптурах.
— Именно о них и пойдет сейчас речь. Уиверн мне рассказал, что ваш супруг приказал поставить в саду статуи к вашему приезду в Маор Кладейш и что они представляли героинь основных ирландских легенд, — Рианнон кивнула и Лайнел продолжил: — Волосы одной из них украшал венок и она плакала. Я не помню, как ее звали, но она была кем-то вроде ясновидящей.
