Треск костей и отлетающие в стороны тела.
Неуклюжие попытки защититься лишь добавили мне сил, а крики вызывали желание рвать и кромсать, до тех пор, пока они не замолчат навсегда. Всего три удара палаша и ещё три тела упали на пол. Одно без руки и изрядной части плеча. Другое с разрубленной напополам головой. Третьего я нанизал как мотылька, и взмахом руки стряхнул его с клинка.
Всё это заняло несколько секунд, маг ещё не успел завершить своё заклинание и я подавил его с невероятной лёгкостью. Я развернулся к нему, но он проворно юркнул за спину Берта, застывшего в противоположном углу комнаты, как статуя. Я двинулся к нему, по пути добив Меча, который корчился на полу с неестественно вывернутой ногой.
Страх сильно изуродовал красивое, мужественное лицо Берта. Он поднял руки перед собой, ладонями вперёд, и начал что-то говорить, быстро мотая головой из стороны в сторону. Но сейчас человеческая речь звучала для меня как бессмысленный набор звуков. Взмах клинка и седоволосая голова слетает с плеч и падает на пол вместе с правой кистью руки. Тело остаётся стоять на ногах. Артериальная кровь фонтанчиком выстреливает из шеи.
Я толкнул в сторону тело и ударил спрятавшегося за ним мага в грудь острием палаша. Удар был очень силён, но мой клинок словно натолкнулся на стену, плечо заныло от отдачи. Туника на его груди так и осталась целой, но тельце карлика отлетело назад. Он врезался в стену возле окна, ухватился за штору и, сорвав её вместе с карнизом, упал на пол.
С диким рёвом я набросился на врага и принялся рубить на куски его, штору и деревянный карниз, вкладывая в удары всю свою силу. В стороны полетели щепки и клочья ткани, но маг оставался целым. Странная защита не давала мне даже поцарапать его, хотя я каждым ударом буквально вбивал в пол этого тщедушного уродца.
Зверь внутри меня бесновался, карлик едва заметно шевелился на полу, а я продолжал бить и бить, пока не достиг своей цели. Защита иссякла, и мой клинок, наконец, погрузился в его плоть. Но я не останавливался, пока не превратил его тело в фарш из костей, мяса, внутренностей, кусков шторы, одежды и дерева.
Закончив с магом, я замер, прислушиваясь. На втором этаже никого больше не было, но я помнил, что на первом было больше дюжины людишек. Их встревоженные голоса доносились до моего чуткого слуха. Несколько человек поднимались сюда, гулко топая по ступеням лестницы. Я обнажил зубы в оскале и метнулся к двери. Охота продолжается.
Глава 24.
Солнце пряталось за горизонтом, но первые его лучи уже осветили часть небосклона. Ни одной тучки. Будет погожий, солнечный денёк. А ещё полдекады назад лежал снег и вороватый зимний ветер всё пытался выкрасть тепло из-под одежды. Весна нагрянула неожиданно, навалилась тёплой грудью, жарко задышала и прогнала задержавшуюся зиму вместе с потоками талой воды. Я почти и не заметил, так быстро это произошло.
Единый словно очнулся от спячки, вспомнил, что есть ещё цвета, кроме белого и серого, и бросился щедрой рукой раскрашивать мир, возвращая ему былую красоту. Вот только Лара уже не увидит всего этого. От нахлынувшей боли защемило в груди. Такое привычное чувство в последнее время. Я стиснул зубы. Ничего, осталось совсем немного.
Я прогуливался по набережной Гииса, пустынной в это время. Река сбросила оковы льда, вышла из берегов и вновь успокоилась, оставив на набережной неубранные ил и речной мусор. Я остановился на чистом пятачке возле самой воды. Тихий плеск волн о гранитные блоки навевал философское настроение.
Неужели это конец моего пути? Не так я себе его представлял. Если честно, то я почти и не думал об этом раньше. Я был слишком молод для подобных размышлений. Зато теперь почти старик. Так много пережито. Тяжесть воспоминаний вновь навалилась на меня. Почему судьба сложилась так? Столько всего случилось за такой короткий отрезок времени. Я глубоко вдохнул свежий речной воздух и вытеснил из головы эти мрачные мысли. Но на смену им пришли другие.
Сцены вчерашнего вечера вновь предстали перед моими глазами. Встреча с Языком, имя и лицо заказчика, кровавый туман в голове, бойня. Мёртвые тела, крики умирающих, брызги крови. Что со мной сталось? Откуда вылез этот ужасный зверь, из каких закоулков моей души?
Весь окровавленный, я выбежал тогда из дома, наполненного остывающими трупами, вскочил на Ворона и проскакал полгорода, практически не осознавая окружавшей меня реальности. Я пришёл в себя лишь добравшись до дома, помывшись и переодевшись, и вся неприглядность содеянного предстала передо мною в своём бесстыдстве. Меня скоро начнут искать, если уже не начали. И найдут, как бы я не прятался и не менял лица. Пути назад не было, спасения тоже. Но я его и не хотел искать. Осталось лишь одно дело, я должен успеть свершить его до того, как меня поймают, осудят и казнят.
Я быстро поужинал, покинул свой особняк и пешком пересёк Чёрный Квартал. Пока всё было спокойно, но это затишье перед бурей. Я миновал мост Служения и пост на нём без всяких приключений. Интересно, что подумали охранники на мосту Верности, когда часом ранее я проскакал на Вороне мимо них, весь покрытый засохшей кровью.
Спустилась ночь. Мне не было куда идти. Нельзя появляться в местах, где меня будут искать. Поэтому я гулял ночной столицей, выбирая самые безлюдные и тихие районы, пока, ближе к утру, вновь не вышел к берегам Гииса.
Строить планы на будущее не имело смысла. Всё слишком просто, остался последний ход в этой безумной партии. Я решил полностью отдаться в руки судьбы, она уже не раз доказала мне своё превосходство. Заказчиком расправы над бандой наркоторговцев был Фландрий Меллио Гоус. Внук Императора и первосвященник Единой Церкви. Зачем ему это понадобилось? Не знаю. Может он сам расскажет мне, перед тем как я убью его.
Мне даже не нужно было его искать. Хитрая судьба и тут постаралась. Такое ощущение, что кто-то аккуратно сложил мозаику из многих событий и недрогнувшей рукой направил меня к финалу. Сегодня начало весенних праздников, день просветления Единого. Литургия в главном храме столицы начнётся через два часа. Проводить её, конечно же, будет сам первосвященник. Только теперь ход расписанной до мелочей процедуры слегка изменится. Я внесу новую страницу в церковную историю.
Отсюда до храма полчала ходу. Возможно первосвященник Фландрий уже там, но спешить не нужно, нельзя появляться слишком рано. Опаздывать тоже не стоит. Я усмехнулся. Мысли об убийстве внука Императора и первосвященника церкви не вызывали во мне никакого страха или пиетета.
