там? — с трудом прохрипел он.
— Ты был прав Толик, а я дурак, признаю. Есть «врата» только они сломаны.
— Покажи! Приподними меня! — лихорадочно сверкая глазами прошептал разведчик.
Я осторожно приподнял полковника, он вытерпел эти манипуляции стойко, хотя уже несколько часов не принимал промедола.
— Твою мать….
— Я тоже так думаю. Эта хрень ещё работает, хотя и повреждена. Я туда бросал веревку с грузом, работает в обе стороны. Вот только туда человек точно не пройдёт, разве что во время вспышки, но это рискованно, вспышка возникает не в одно и тоже время, трудно будет угадать, если промажешь, разрежет к хренам собачим, пискнуть не успеешь — я продемонстрировал полковнику фокус с веткой, нарочно кинув её так, чтобы только один край прошёл через марево.
— Их, наверное, можно починить. Нужно доставить сюда специалистов — возбужденно хрипел полковник на моих руках.
— Непонятно как эта хрень работает, судя по всему энергию она получает через эти два кабеля, только вот как? Учитывая, что староверы упоминали о «вратах» ещё больше ста лет назад, источник питания у неё какой-то невероятный. Я о таких даже в своём времени не слышал. Возможно это вообще ядерный реактор, а возможно связано с какими-то природными явлениями. Туда лезть я бы не стал с кондачка. Чего скажешь Толян? Толян?!
Полковник бессильной куклой висел у меня на руках, глаза открыты и уже начали стекленеть. Я осторожно опустил тело на дно лодки и снял капюшон энцефалитки, на глаза навернулись слёзы. Умер. Я протянул руку и закрыл глаза трупа. Всё же он осуществил свою мечту и увидел цель всей своей жизни. Я сел рядом с телом и закурил, усталость, переизбыток впечатлений, и смерть человека на моих руках, хоть и ожидаемая, но такая внезапная, выбили меня из колеи. Торопится теперь некуда, надо всё тщательно обдумать, от принятых решений зависит теперь моя жизнь и жизнь моих близких. За эту тайну меня и весь город пустят под нож и не задумаются даже.
Просидел я долго, как бы не час, выкурил пол пачки сигарет и только когда во рту почувствовал нестерпимую сухость и горечь очнулся от своих мыслей. Тяжело вздохнув, полез за фляжкой с водой. Хотелось напиться, но я взял себя в руки. До острова сектантов не очень далеко, и тело полковника я решил оставить пока там, пока в голову не приходило ни каких конструктивных мыслей, что же мне с ним делать. Похоронить, отвести в вертолёт, просто избавится от тела сбросив его в какую ни будь топь? Сейчас не до этого, нужно срочно обследовать портал и решать, что делать с находкой.
Весь оставшийся день я потратил на эксперименты и обследование портала. Привязанная за лапу веревкой, и брошенная в портал лягушка, домой вернулась с виду целой и здоровой, хотя за психическое здоровье первого исследователя портала не поручусь, уж очень она была недовольна проведенным экспериментом. Осмелев после проведенного опыта, я рискнул перебраться на камень и рассмотрел механизм вблизи, но так ничего и не понял. Никаких щелей и выступов, ни каких надписей или обозначений, температура поверхности портала и камня не отличается от температуры окружающей среды. Внимательно осмотрел поврежденный кабель, нет никаких проводов или полостей внутри, такая же черная, цельная масса, как и у портала. Понятно, что я сильно рисковал, от чего-то же на камне не растёт мох, возможно есть какое-то излучение, возможно радиация, но счетчика Гейгера у меня с собой не было, а желание разгадать загадку оказалось сильнее чувства самосохранения. Я попытался толкнуть портал палкой, но он не сдвинулся даже на миллиметр, тоже произошло и кабелями. Попытка узнать, на сколько вглубь болота уходят боковые ответвления портала не принесла результата, длины моей верёвки — шесть метров, оказалось недостаточно для того, чтобы достигнуть дна этой бездны, тогда я решил воспользоваться стальным тросиком ручной лебёдки, его у меня метров двадцать, точно я не замерял. Трос прошел метров десять, а потом в чём-то увяз и зацепился крюком, я с трудом вытащил его обратно, потратив несколько минут. Трос шёл очень тяжело, таща за собой что-то массивное, через пару минут на поверхности показалось полуистлевшее деревянное весло с куском борта деревянной же лодки, крюк зацепился за ржавую уключину. Ничего интересного, то что сектанты доплывали сюда на лодках и часть из них не смогла вернутся мне было известно из дневника, однако находка меня заинтересовала, и я, вернувшись на остров на скорую руку изготовил подобие «кошки» после чего продолжил обследовать дно возле камня.
Находки шли одна за другой, и из этого времени и из моего, в основном мусор — обрывок сети, куски домотканой ткани, куски обшивки от затонувших лодок, ржавая цепь, полиэтиленовый пакет, один раз поднял кусок грудины скелета человека, зацепившийся за рёбра. Только ближе к вечеру мне попалась по-настоящему интересная находка и снова очень грустная — немного срезанные наискосок в верхней части вейдерсы Norfin, серого цвета, и к сожалению, не пустые. Внутри нижняя часть тела неудавшегося попаданца. В водонепроницаемом кармане оказались паспорт, служебное удостоверение, командировочное удостоверение на имя Артёмова Игоря Сергеевича 1986 года рождения, полупустая пачка сигарет Winston с ужасающей и привычной мне картинкой больных легких на пачке, китайская зажигалка красного цвета, смартфон Galaxy S22 Ultra с разряженной батареей, Power Bank Xiaomi Mi, 10000mAhи с проводом для зарядки и швейцарский перочинный нож. Я внимательно рассмотрел документы погибшего — как я и думал, принадлежали они геологу, направленному для проведения топоразведки местности возле Каменногорска в 2019 году. Получается, что этот человек погиб за три года до моего попадания в это время, однако судя по состоянию вейдерсов и почти полностью истлевшего тела в них, тут прошло уже не мало лет, как бы не несколько десятков. Я подключил Power Bank к телефону, однако к моему большому разочарованию ничего не произошло, он, как и телефон оказались полностью разряженными.
Со своими находками я вернулся на остров, продолжу завтра, сейчас нужно отдохнуть и поесть, нужно решить, что делать с телом Толяна и вообще, спокойно подумать над своими дальнейшими действиями.
На следующий день я отвез тело полковника в вертолёт. Затягивать с решением этой проблемы уже было нельзя, на дворе лето, а тело и при жизни начавшее гнить, разлагалось с ужасающей скоростью. Окончательное решение сжечь вертолёт и попытаться скрыть следы своих действий и своего присутствия в месте катастрофы пришло ко мне ночью. Хуже не будет, даже если меня найдут, а попытаться остаться с краю этой
