нехорошие. Самое дельное что приходит в голову — как можно быстрее свалить отсюда.
Подхожу к стоянке со стороны наблюдательного поста толстяка. Тут темно, но его силуэт отчетливо виден. Оглядываюсь по сторонам, вроде доска валяется. Поднимаю, прикидываю в руках — тяжёлый брусок. Бесшумно подкрадываюсь, и со всей силы бью шпиона по голове. Не убью — хорошо, убью — тоже не страшно. Главное побыстрее убраться отсюда.
Толстяк охает, и грузно плюхается наземь.
Обыскиваю. Забираю пистолет, складной нож, пачку сигарет.
Откатываю его в сторону, мало ли пойдет кто, и аккуратно запинув брусок подальше, спокойно подхожу к мужикам.
Никто не спит. В двух словах пересказываю свои приключения, и коротко посовещавшись мы решаем что толстяка надо забирать с собой. Одно дело он просто исчезнет, и совсем другое если найдут его труп возле нашей стоянки.
Мишаня с Леонидом идут за телом, а мы с Володей не спеша собираем вещи. Людей рядом нет, ближайшая компания расположилась метрах в сорока. Но они или спят, или ещё не вернулись с площади.
Едва успеваем собрать пожитки, как ребята притаскивают толстяка. Он жив, но приложил я его знатно, волосы слиплись от крови, на лице большой кровоподтек — видимо ударился когда падал.
Грузим его в Зяму — в буханке места мало, всё занято бочками, и расходимся по машинам.
Глава 34
А дальше всё пошло как в кино.
Завели моторы и сразу тронулись. Фары не включали, света луны хватало чтобы не врезаться в стены домов и придерживаться нужного направления. Движок недовольно порыкивал — воткнул третью чтобы сильно не шуметь, но это не помогло, не успели мы проехать и пол квартала, как позади замелькали желтые блики света.
— Вот ведь суки! — сквозь зубы выругался Леонид, втыкая в автомат магазин. Я молчал. Если начнется перестрелка — а у нас бочки с бензином. В кино всё обычно взрывается, но на то оно и кино. Киношникам я никогда не доверял, только проверять всё равно стрёмно. Даже если просто продырявят — терять драгоценное топливо не хотелось.
Резко торможу. Буханка едва не втыкается в зад Зяме. На асфальте тормоза гораздо острее.
Выскакиваю. Подбегаю к буханке.
— Давайте вперёд! Дорогу помнишь?
— Ещё квартал и направо съезд, там между развалинами выезд из города. Помню. — спокойно отрапортовал Михаил.
— Выедешь и жди нас! Через полчаса не приедем, возвращайтесь сами. Пошёл! — хлопаю рукой по крыше, и бегом к уазу. Мишаня газует, объезжает нас и пропадает в темноте. Теперь главное успеть.
Леониду ничего говорить не нужно, он всё понял и торопливо опускает броню на стёкла.
Преследователи уже рядом. Завожу мотор и развернувшись поперёк дороги, съезжаю в пустое пространство между двумя домами, места там не много, но уаз помещается.
Определённого плана нет, всё только на интуиции.
Глушу мотор. Револьвер в нишу, автомат на колени, руки на руль.
Отблески света мечутся по бетонным стенам и чёрному асфальту. С трудом успокаиваюсь и заставляю смотреть на всё отстранено, так легче думается.
Леонид передёргивает затвор автомата.
«Мне не страшно. Мне не страшно. Мне не страшно». — уговариваю сам себя, повторяя как молитву эти три слова.
Чужие машины совсем рядом, яркий свет режет глаза. Отчётливо слышен шум двигателей.
Вот они. Первым несётся большой джип, за ним пикап. Больше никого.
Хоть с этим повезло. Завожу мотор, втыкаю скорость и от души вдавливая педаль газа выкатываюсь на дорогу. Зяма не подводит. Почуяв асфальт под колесами он громко ревёт и резво набирает скорость.
Леонид переползает назад, к люку.
Спидометра не видно, свет не включаю, но разогнавшись на четвертой, мы начинаем догонять чужаков.
Пленный толстяк стонет.
За него не переживаю, он связан по рукам и ногам, плюс привязан к креплению кресла.
Выжимаю из мотора максимум — это уже под восемьдесят, и вижу быстро приближающуюся корму второй машины.
Выстрел. Ещё один и ещё. Пикап начинает вихлять, и прижимаясь в краю дороги, притормаживает. Леонид пробил им колёса.
Не снижая скорости обгоняю, и занимаю место за первой машиной. Всё трясётся, дороги почти не вижу — ориентируюсь на фонари.
Там пока ничего не замечают, и мы успеваем проехать ещё с километр когда наконец до водилы доходит что что-то не в порядке. Джип начинает оттормаживаться, а я руль влево, и тапку в пол. Теперь всё зависит от меткости Леонида — сможет он так же пробить колеса, или не сможет.
Но Леня решил действовать иначе. С крыши резко бьёт автомат, две коротких очереди, — в джипе взрываются боковые стекла, и когда он оказывается позади, одна длинная, прямо в лобовое.
Если там кто и выжил, преследовать точно не станет.
Фары так же не включаю, видимость метров пятьдесят на крупные объекты, и только когда сворачиваю с улицы в проулок, щелкаю переключателем габаритов.
Теперь забрать ребят, а дальше самое сложное — найти оставленных в степи мужиков. Днём не задумывался как оно будет ночью, ориентиры помню отчетливо, но найти их в темноте нереально. Остается либо ждать пока рассветёт, но это чревато, либо прямо сейчас уходить в степь, ориентируясь по километражу и компасу.
— Вон они, прижались. — спускаясь из люка, подсказывает Леонид. Мне из-за опущенной на лобовик брони ни черта не видно, но приглядываясь в указанном направлении тоже замечаю сереющее пятно буханки.
Торможу рядом и первым делом убираю мешающие обзору железяки. Задерживаться нельзя, поэтому перекинувшись парой фраз расходимся по машинам и продолжаем движение.
Километра два по окраине, и возле высокого дома с часами — точнее тем что от них осталось, окончательно уходим в степь.
Габариты выключаю, на тормоза не жму. Такая же инструкция и у Мишани. Надо будет потом на все машины сделать принудительное отключение стопарей, вот на такие случаи.
Темно, но света луны достаточно чтобы не провалиться в какую-нибудь яму или объехать камень. В этом плане видимость в степи гораздо лучше чем в городе. Время без четверти три, а значит у нас ещё порядка полутора часов, потом начнёт светать.
Едем не быстро, когда тридцать километров, когда чуть больше.
— Может не будем ребят искать? — предлагает Леонид. — они ещё денек посидят, да сами уедут.
Временные рамки были расписаны на все случаи жизни, но
