вероломстве и коварстве, добавив, что провести миллион лет в кастрюле с соплями — это не то будущее, о котором он мечтал.
«Приучайся за все платить. Кнопку справа видишь? Наружу можешь выйти в любой момент. Только возвращаться не забывай. Если до своего будущего хочешь дотянуть.»
Когда Коля выбрался, отряхиваясь от тягучих ошметков, пространство снова изменилось.
Теперь он висел в кромешной темноте, а под ногами медленно и величественно закручивалась в двойную спираль галактика.
«Ну что, начальник. Начнем общественные преобразования?»
Коля важно опустился в возникшее сзади капитанское кресло.
— Поехали.
* * *
Это было похоже на детскую настольную игру с фишками и костями. Только на костях было бессчетное число граней, а фишек было триллионы.
Сперва Коля ничего не понимал. На экранах вокруг галактики плавали таблицы и диаграммы, вились кривые, бегали ряды цифр и росли графики. Но стоило пристальнее вглядеться, и непонятные рисунки превращались в поток информации.
Первая цивилизация продержалась всего несколько десятилетий. Искусственно завышенный альтруизм привел к массовому самопожертвованию во имя кого угодно, детей, семей, города, страны или любимого вождя. А так как у каждого был свой предмет для почитания, все кончилось войной всех против всех. Через полвека планета лежала в радиоактивных руинах, а расторопные альтруисты доедали нерасторопных.
«Упс. Первый блин комом. Надо поменьше альтруизма. Загружаю сценарий № 2.»
— Погоди. Совсем забыл. Мать просила кефир купить. Вернусь через полчаса.
Коля подбежал к выходу и распахнул дверь.
И чуть было не навернулся с крыльца в черную пустоту, туда, где вдали бриллиантами сверкала ветвь галактики.
Коля закрыл дверь.
«Ты думал это игра? Нет, парень. Пока мы здесь графики рассматривали, на Земле прошло два столетия. Да ты же сам все видел. Так что никакого кефира и никакой мамы. Одни развалины. Продолжаем?»
Коля промолчал, пытаясь уместить в голове новость.
* * *
Века пробегали мимо, как лошади на ипподроме.
Одна альтруистическая цивилизация сменяла другую, и все они помирали в разной степени мучениях. Спустя несколько тысячелетий Коля привык относиться к населению галактики, как к муравьям или микробам, которые по мановению руки послушно бегут то в одну сторону, то в другую.
Наконец, похоронив пару десятков цивилизаций, система получила-таки культуру, похожую на идеальную модель как две капли воды. Свободные, добрые и красивые исследовали космос, двигали вперед науку, сочиняли симфонии и малевали полотна. Их корабли и города будто сошли с фантастических картинок 1960-х годов. Коля уже собирался прощаться с гостеприимным бараком и переселяться на идеальную Землю будущего, как вдруг свободные и красивые столкнулись с агрессивной расой разумных насекомых. И оказалось, что альтруистическая культура беспомощна в войне с чужаками. Там, где надо стремиться выжить, альтруист предпочитает сдохнуть. За считанные месяцы летающие клопы огненным катком прошли по всей территории Земной Конфедерации, оставляя после себя только взорванные планеты. Все население добрых и красивых было уничтожено. Клопы оставили только пару сотен особей в качестве трофеев. Рассовали по зоопаркам, где томились представители других уничтоженных ими цивилизаций.
— Мда, — пробормотал повзрослевший Коля, почесав бороду. — Некрасиво получилось.
«Ошибка в модели. Надо опять запускать прогресс-кластер.»
Коля смотрел на обломки родной планеты, стараясь не вспоминать о доброй и красивой блондинке, с которой провел последнюю ночь. Временами он сажал барак на ту или иную планету и уже привык к обществу добрых и красивых. Теперь надо было отвыкать.
— Мыло и мочало, начинай сначала.
Загудел темпоральный модуль, отматывая время вспять.
Коля недолго понаблюдал, как осколки Земли собираются в целую планету, как Седьмой Железный Рой летающих клопов дюзами вперед покидает солнечную систему. Потом увел барак обратно за пределы галактики. Промотал назад несколько тысячелетий, пока клопы не вернуться туда, откуда выползли. И взрывом вулкана прихлопнул тот самый улей, с которого началась их цивилизация.
«Бесполезное занятие. Вместо клопов появятся разумные пауки. Или разумные тараканы. Или еще кто. Не угадаешь. Наши подопечные должны защищать себя сами.»
— То есть должны быть агрессивны и безжалостны к врагам.
«Хотя бы частично. Нужна закрытая каста хищников. А остальные пусть остаются травоядными.»
Прогресс-кластер подтвердил разумность такого подхода. Составили сценарий, запустили преобразование. Сперва все шло как по маслу. Военный орден был на острие атаки и быстро расправился со всеми чужаками. Земля захватила почти половину галактики. Но потом экспансия выдохлась, орден оказался не у дел и переключился на собственное население. Подмял под себя все властные структуры, запретил травоядным занимать ответственные посты, а потом и вовсе объявил их генетически неполноценными. Подавляющее большинство населения превратилось в бесправных рабов. Потом мажоры из числа орденского молодняка придумали себе развлечение в виде охоты за молодыми самками травоядных. Их вывозили в лес, загоняли с собаками, отрезали головы и вешали над каминами как трофеи. Наконец, одному из мажоров пришла мысль не сваливать тело убитой самки в общую могилу, а вызвать повара и сделать из нее барбекю. Коля не выдержал и в одну секунду обрушил всю ублюдочную цивилизацию в каменный век.
— Что-то мы делаем не так.
«Предлагаю сценарную рецептуру вывести за пределы логики.»
— Переведи.
«До этого все наши сценарии были логично привязаны к нужному результату. Альтруизм и все такое. Теперь пойдем от противного. Будем перебирать сценарии, противоречащие нашей модели. Должно возникнуть отторжение, реакция. Которая и выстроит нужное нам будущее.»
— У нас уже были противоречащие сценарии. Клопы. Мажоры-людоеды.
«Это были случайности. Теперь все будем программировать. Времени, конечно, понадобится намного больше, но…»
— Сколько?
«Примерно полмиллиона лет.»
— Да ты издеваешься!
«Отнюдь. Я не вижу других вариантов».
Коля с тяжелым вздохом откинулся на спинку капитанского кресла.
— Ладно. Двигай.
Потянулась вереница цивилизаций, одна другой страшнее. Деспотии, диктатуры, олигархии. Рано или поздно они заканчивались переворотами и революциями, после которых начиналась еще более жуткая диктатура. Иногда как черт из табакерки выскакивала анархия, провозглашала никем не ограниченную свободу. Которой уже через неделю пользовались только те, у кого денег и наемников больше.
А однажды наружу из своих тайных нор вылезли рептилоиды-миллиардеры. И устроили для себя либертарианский рай. Коля пять раз бегал в туалет блевать от увиденного, пока не смел рептилоидов с лица галактики вместе с их родной планетой Нибиру.
— Всё. Надоело.
Молчание было ему ответом.
— Эй! Ты где?
Впервые за долгие века перед носом не появлялись разноцветные надписи.
— Как там тебя?
Коля даже не знал, как зовут писучего собеседника. Его не надо было звать. Он всегда был здесь.
«Прости. Отвлекся. Обмозговывал одну идею.»
— Какую?
«Наша
