Они советовали Исильдуру бросить Кольцо в огонь Ородруина тут же, рядом, где оно некогда было отковано, чтобы погибло оно и навеки уменьшилась сила Саурона, чтобы остался Враг только злобной тенью в глуши. Но Исильдур отказался внять совету, говоря: «Я возьму Кольцо как виру за смерть отца и брата. Разве не я нанес Врагу смертельный удар?» Кольцо же, что держал он в руке, показалось ему вещью небывалой красоты, и не мог Исильдур позволить уничтожить его. Потому, забрав Кольцо, Исильдур сперва возвратился в Минас Анор и посадил там Белое Древо в память о брате своем Анарионе. Но вскорости, дав наставления Менельдилю, сыну брата, и вверив его попечению южные земли, Исильдур уехал и увез Кольцо с собою как фамильную драгоценность своего дома, и двинулся походным маршем от Гондора на север тем же путем, которым некогда пришел Элендиль, и покинул Южное Королевство, ибо вознамерился принять власть над владениями своего отца в Эриадоре, вдали от тени Черной Земли.
Но Исильдур потерпел поражение в битве с орками, что поджидали в засаде в Туманных горах; они напали на лагерь внезапно, между Зеленолесьем и Великой Рекой, близ Лоэг Нинглорон, Ирисной низины, ибо Исильдур забыл об осторожности и не выставил часовых, полагая, что все враги его уничтожены. Почти все его воины были перебиты, а в их числе – трое старших его сыновей, Элендур, Аратан и Кирьон; но жену свою и младшего сына Валандиля Исильдур, уезжая на войну, оставил в Имладрисе. Самому же Исильдуру удалось скрыться при помощи Кольца, ибо, надевая Кольцо, он становился невидим для всех взоров; однако орки гнались за ним по следу и полагаясь на нюх, пока Исильдур не достиг Реки и не нырнул в воду. Там Кольцо предало его и отомстило за своего создателя: оно соскользнуло с пальца, пока Исильдур плыл, и кануло в волны. Тогда-то орки увидели его, в то время как боролся он с течением, и выпустили в него множество стрел – так погиб Исильдур. Только троим из его отряда удалось вернуться за горы после долгих странствий: в числе их был Охтар, оруженосец Исильдура, – тот, кому Исильдур вверил сломанный меч Элендиля.
Так Нарсиль в положенный срок попал в руки Валандиля, наследника Исильдура, в Имладрисе; но сломан был клинок, и свет его померк, и меч не отковали заново. И предсказал Владыка Эльронд, что сделано это будет только тогда, когда вновь отыщется Правящее Кольцо и возвратится Саурон; однако эльфы и люди надеялись, что, может статься, этого не произойдет никогда.
Валандиль поселился в Аннуминасе, но народу его убыло, из всех нуменорцев и людей Эриадора оставалось ныне слишком мало, чтобы заселить землю и удержать в руках все построенные Элендилем крепости; многие пали на поле Дагорлад, и в Мордоре, и в Ирисной низине. И случилось так после смерти Эарендура, седьмого по счету короля после Валандиля, что люди Западной Земли, дунэдайн Севера, разделились на много мелких королевств и княжеств; и враги захватывали их одно за другим. С каждым годом дунэдайн становилось все меньше, пока наконец не угасла их слава, – сохранились лишь курганы, поросшие зеленой травой. Наконец ничего не осталось от этого народа, – только всем чуждое племя скитальцев, скрывающихся в глуши; и прочие люди не ведали, ни где дома их, ни куда ведут их пути; и повсюду, кроме как в Имладрисе, в доме Эльронда, происхождение их было позабыто. Однако обломки меча бережно хранили наследники Исильдура на протяжении многих поколений людей, и род их, от отца к сыну, ни разу не прервался.
На юге выстояло королевство Гондор, и до поры росло его величие, пока богатством и великолепием не стал Гондор напоминать Нуменор до его падения. Народ Гондора отстроил высокие башни и неприступные крепости, и гавани, прибежище многих кораблей, и Крылатая Корона Королей Людей внушала благоговение народам, живущим в разных землях и говорящим на разных языках. Долгие годы Белое Древо росло перед королевским дворцом в Минас Аноре; семя того самого древа, что Исильдур привез с собою из Нуменора через морские просторы; а еще ранее семя привезено было из Аваллонэ, а до того из Валинора в День на заре дней, когда мир был юн.
Но вот, с ходом быстротечных лет Средиземья, Гондор пришел в упадок, и род Менельдиля сына Анариона прервался. Ибо кровь нуменорцев смешалась с кровью других племен; убыли их мудрость и мощь, сократился отмеренный им срок жизни, и Мордор охранялся уже не столь бдительно. А в дни Телемнара, двадцать третьего в роду Менельдиля, черные ветра с востока принесли моровое поветрие, и поразило оно короля и его детей, и многие из народа Гондора погибли. Тогда опустели крепости на мордорских границах, никого не осталось в Минас Итиле, и зло вновь проникло в Черную Землю потайными путями; и пепел Горгорота всколыхнулся, словно под порывом ледяного ветра, ибо темные тени сошлись там. Говорится, будто то были улайри, те, кого Саурон называл «назгул», Девять Кольцепризраков; долго скрывались они, но теперь возвратились подготовить возвращение своего Повелителя, ибо он вновь стал набирать силу.
Во времена Эарниля назгул нанесли первый удар: под покровом ночи они выступили из Мордора, прошли перевалами гор Тени и захватили Минас Итиль, и сделали крепость своим прибежищем и сосредоточием такого ужаса, что никто не смел даже взглянуть в ту сторону. После того крепость стала называться Минас Моргул, Башня Чародейства, и ни на миг не прекращалась война между Минас Моргулом и Минас Анором на западе. Тогда Осгилиат, что с угасанием народа давно уже был заброшен, превратился в руины, и город наводнили призраки. Но Минас Анор выстоял и получил новое имя: Минас Тирит, Башня Стражи, ибо здесь, в цитадели, по повелению королей возведена была высокая и прекрасная белая башня, и с нее хорошо просматривались многие земли. Город по-прежнему оставался горд и неприступен; перед королевским дворцом цвело до поры Белое Древо, и уцелевшие нуменорцы все еще удерживали переход через Реку, обороняя его от ужасов Минас Моргула и от всех недругов Запада, орков, чудовищ и злых людей; так земли позади них, к западу от Андуина, защищены были от войны и разора.
Минас Тирит стоял и после смерти Эарнура сына Эарниля, последнего короля Гондора. Именно он выехал в одиночестве к вратам Минас Моргула, отвечая на вызов моргульского властелина, и скрестил с ним мечи в честном поединке, но был предан назгул и живым доставлен в город пыток, и никто из живущих не видел его более. Эарнур не оставил наследника, но, когда прервался род королей, Наместники из рода Мардиля Верного стали править городом и королевством, что становилось все меньше и меньше; и рохиррим, Всадники Севера, пришли и поселились в зеленом краю Рохан, что прежде именовался Каленардон и входил в состав Гондора; и помогали рохиррим Правителям Города в ходе войн. На севере же, за водопадами Рауроса и Вратами Аргонат до поры существовала и иная защита: силы еще более древние, о коих немногое ведомо было людям и против которых порождения зла не смели выступить до тех пор, пока не настанет срок и их темный властелин, Саурон, не явится вновь. Пока же не пробил час, после смерти Эарниля назгул не смели вновь пересечь Реку или покинуть пределы своего города в облике, видимом людям.
На протяжении всей Третьей эпохи, после гибели
