но не для того, кто носил Правящее Кольцо, и вступали в обитель теней. Назгул, Кольцепризраками стали они, самыми ужасными из Вражьих слуг; тьма следовала за ними по пятам, а в голосах звучала смерть.
Гордыня и алчность Саурона росли день ото дня, не зная преград, и вот вознамерился он стать господином всего, что есть в Средиземье, и уничтожить эльфов, и добиться по возможности гибели Нуменора. Он не терпел ни свободолюбия, ни соперничества, и нарек себя Властелином Земли. По-прежнему умел он скрыть под личиной свою истинную суть и обманывать взоры людей, являясь им в обличии, якобы исполненном мудрости и красоты. Однако управлять предпочитал он при помощи насилия и страха, если мог обойтись этими средствами; те же, кто заметил, как тень его растет и простирается над миром, нарекли его Темным Властелином и прозвали Врагом; вновь призвал он под свое начало всех злобных тварей времен Моргота, что еще оставались на земле или под землею; и подчинялись ему орки, кои множились как мухи. Так начались Черные Годы; эльфы называют их Дни Бегства. Ибо в ту пору многие эльфы Средиземья бежали в Линдон, а оттуда – за моря, чтобы не возвращаться более; многие же погибли от руки Саурона и его слуг. Но в Линдоне Гиль-галад все еще сохранял свою власть, и Саурон не осмеливался до поры пересечь горы Эред Луин или напасть на Гавани; Гиль-галаду же помогали нуменорцы. Однако в иных краях царил Саурон, и те, что не желали стать рабами, искали убежища в горах и лесной чаще, и страх повсюду следовал за ними по пятам. На востоке и юге почти все люди подпали под его власть; в те дни возросла их мощь, и возвели они многие города и каменные стены, и умножились в числе; свирепы были они в битве и вооружены железом. Для них Саурон был королем и богом; великий страх внушал он им, ибо обиталище свое окружил огнем.
Но наконец стремительный натиск Саурона в западных землях был остановлен. Ибо, как говорится в «Акаллабет», мощь нуменорцев бросила ему вызов. Столь велики были могущество и величие нуменорцев в пору расцвета их королевства, что слуги Саурона побоялись выступить против них, и, надеясь хитростью достичь того, чего не смог добиться силой, Саурон покинул на время Средиземье и отправился в Нуменор как заложник короля Тар-Калиона. Там и оставался он, пока наконец, коварством своим не склонил ко злу сердца большинства нуменорцев и не восстановил их против Валар; так Саурон привел их к гибели, к чему давно стремился. Однако гибель острова оказалась ужаснее, нежели предвидел Саурон, ибо позабыл он о том, сколь грозны в гневе Владыки Запада. И раскололся мир, и волны поглотили землю, и моря затопили ее; сам же Саурон низвергнут был в пропасть. Но дух его воспрял из бездны и на крыльях черного ветра возвратился в Средиземье, ища пристанища. Там обнаружил он, что за годы его отсутствия умножилась власть Гиль-галада, и распространялась ныне на обширные земли севера и запада, и даже за Туманные горы и Великую Реку, до самых границ Зеленолесья Великого, все ближе к тем укреплениям, где Саурон некогда почитал себя в безопасности. Тогда Саурон укрылся в своей крепости в Черной Земле и стал обдумывать план войны.
В ту пору те из нуменорцев, что спаслись от гибели, бежали на восток, как повествуется в «Акаллабет». Вождями их были Элендиль Высокий и сыновья его, Исильдур и Анарион. Родичи короля и потомки Эльроса, они не пожелали внять Саурону и отказались идти с войной на Владык Запада. Взяв на борт всех тех, что остались верны, они покинули землю Нуменора прежде, чем гибель настигла остров. Великой доблестью отличались эти люди, высоки и крепки были корабли их, но ураганы настигли суда, и вознесли их на водяных горах до самых облаков, и снизились они в Средиземье, точно птицы бури. Корабль Элендиля волны прибили к земле Линдон, и Гиль-галад оказал ему помощь. Оттуда Элендиль поднялся вверх по течению реки Лун и за Эред Луин основал свое королевство, и народ его расселился в Эриадоре по берегам рек Лун и Барандуин; главный же город его был в Аннуминасе у вод озера Ненуиал. Нуменорцы жили и в Форносте на Северных холмах, и в Кардолане, и на холмах Рудаура; возвели они башни на Эмюн Берайд и на Амон Сул; немало курганов и руин сохранилось в тех местах, однако башни Эмюн Берайд и по сей день все глядят на море.
Исильдура и Анариона унесло южнее; и наконец провели они свои корабли вверх по течению Великой Реки Андуин, что вытекает из Рованиона и впадает в западное море в заливе Бельфалас. В тех краях основали они королевство, позже получившее название Гондор, в то время как Северное Королевство нарекли Арнор. Задолго до того, в дни своего могущества, мореходы Нуменора возвели гавань и крепости близ устьев Андуина, наперекор Саурону, владыке Черной Земли, что располагалась совсем рядом, на востоке. В последующие дни только Верные Нуменора приплывали к этой гавани, потому многие жители побережья в тех местах были в далеком либо близком родстве с Друзьями Эльфов и народом Элендиля, и радушный прием оказали они его сыновьям. Главным городом Южного Королевства стал Осгилиат; через центр его протекала Великая Река: там нуменорцы возвели огромный мост, на котором красовались башни и каменные строения, изумляющие взор; и высокие корабли из морской дали приставали к причалам города. Выстроили нуменорцы по обе стороны от реки и другие крепости: Минас Итиль, Башню Встающей Луны – к востоку, на склоне гор Тени, как вызов Мордору; а к западу – Минас Анор, Башню Заходящего Солнца, у подножия горы Миндоллуин как заслон от дикарей из долин. В Минас Итиле поселился Исильдур, а Минас Анор стал домом Анариону, королевством же правили они вместе, и троны их стояли рядом в Великом Чертоге Осгилиата. Таковы были главные поселения нуменорцев в Гондоре, но и другие творения, дивные и мощные, выстроили они в той земле в дни своего величия: там, где Аргонат, и в Агларонде, и у Эреха, а в кольце Ангреност, что люди нарекли Айзенгард, возвели они Пик Ортанк из несокрушимого камня.
Немалые сокровища, фамильные драгоценности великого достоинства и красоты привезли Изгнанники из Нуменора, из них же наиболее прославлены Семь Камней и Белое Древо. Белое Древо выращено было из посаженного в землю плода Нимлота Прекрасного, что цвел в королевских дворцовых садах в Арменелосе на острове Нуменор, пока Саурон не сжег его; Нимлот же в свою очередь происходил от Древа Тириона, созданного по образу Старшего Древа, Белого Тельпериона, что вырастила Йаванна в земле Валар. Древо это, память об эльдар и о свете Валинора, посажено был в Минас Итиле перед домом Исильдура, ибо это он спас некогда плод от уничтожения; Камни же были поделены.
Три взял Элендиль, и сыновья его взяли по два каждый. Те, что принадлежали Элендилю, хранились в башнях на Эмюн Берайд, и на Амон Сул, и в городе Аннуминасе. Те же, что перешли к его сыновьям, находились в Минас Итиле и Минас Аноре, и в Ортанке, и в Осгилиате. Вот какая сила заключалась в этих Камнях: тот, кто глядел в них, мог прозревать бесконечно удаленное, в пространстве ли или во времени. Чаще всего показывали они то, что находилось близ другого такого Камня, ибо Камни перекликались друг с другом, но тот, кто обладал великой силой воли и разума, мог научиться направлять их
