лучше, и я бы лишь помешал. Сергей должен был вспомнить, кто он.
— Но он не вспомнил, — усмехнулся Виктаор.
— Вспомнит, и нам не нужно его к этому специально подталкивать.
— Кто я? Почему мне просто не сказать? — воскликнул Сергей.
— Ты должен сам открыть это в себе, почувствовать, что ты нечто большее, чем просто человек, чем просто маг. Открыть в себе эту силу, вспомнить, кто ты и почему существует эта Игра. Тот бог не исчез, Игра не закончена, мы только выиграли первое сражение, отбили атаку, отсрочили его вторжение. Но он вернется. Ты должен вспомнить, Сергей.
— Я надеюсь, Ильтерникс, ты примешь участие в Игре, а не сбежишь опять, — вырвалось у Сергея.
Великий Повелитель несколько стушевался, покосился на Виктаора, потом пространно выдал:
— Все маги Сазилленна так или иначе помогают тебе. К этому все шло, в этом был замысел, что ты станешь во главе нас всех, ты поведешь нас на бой как единый центр наших сил. Ничто не случайно, Сергей, это был твой план, именно ты его реализуешь. Что когда пришло время, тебя нахожу я, делаю во главе всего, ты вспоминаешь и начинаешь Игру. Это твоя судьба. Ты сам ведешь себя по созданному тобой же ранее пути, и ты вспомнишь. Ты привел вас с Нараной на планету, все изменив в последний момент и предотвратив катастрофу. Хорошо, когда есть, кому присмотреть, когда Великий Повелитель не справляется…
— Особенно если в его пустой башке вечно гуляет ветер, и он не видит ничего у себя под носом, — закончила за него Нарана.
Все застыли в неловком молчании, вокруг колыхались вялые языки пламени, доедающие Чириану.
— А ты изменилась, — сказал Повелитель. — Наконец я вижу настоящего Координатора. Сергей, что ли, на тебя так влияет… Постойте-ка, — Ильтерникс пристально посмотрел на них обоих, потом уставился на Виктаора: — Они что?.. Их же судьбы соединились!..
— Ты все пропустил, папаша, твою девчонку уже прибрали к рукам, — усмехнулся мрачный маг.
Золотистая кожа на лице Нараны сделалась красновато-коричневой, черные глаза опасно заблестели:
— А вы не переводите разговор, Великий Повелитель!
Виктаор наблюдал за всем этим исподлобья и фыркнул:
— Мне надоел данный спектакль. Раунд закончился, мы победили, и я возвращаюсь на Райсс, а вы можете продолжать вашу семейную размолвку дальше на глазах у роботов. До встречи… — Виктаор сделал шаг, но остановился, скривив губы: — Ильтерникс, как ты сюда попал? Изоляция этого мира Разумом никуда не делась!
— Ты меня разочаровываешь. Ты думал, с его изгнанием мир восстановится? Тут все изуродовано!
— Кстати, об этом, — заговорил Сергей посерьезнев. — Друзья маги, наша ответственность, то, что здесь случилось. Да, люди, жившие здесь, блуждали в потемках, были не так хороши, как могли, в них было много плохого, что напитало прибывшего эмиссара Серебряного Разума. Случились трагедии, все умерли, планета разрушена. Но так неправильно. Так не должно быть, понимаете?
— Ну да, поучи нас свету, собрался всех оживить? — пробурчал Виктаор.
— Разве это невозможно? Те, что были поражены, уже освободились. И что-то говорит мне, что души всех погибших людей планеты тоже могут быть спасены, они где-то здесь.
Виктаор кивнул:
— Они были в Черном Человеке, он использовал их энергию. Убив его, мы освободили все сущности, которых он впитал, и они действительно еще здесь, не отправлены в цикл перерождений. Теоретически их можно вернуть к жизни. Но оживлять целую планету, менять ход случившейся реальности? Ты понимаешь, какая воля и энергия для этого нужна?
— Я вижу здесь двух самых великих магов этой плоскости миров. И я вроде тоже что-то могу. Неужели мы вместе ничего не сможем сделать?
— Человек, это нарушение всякой логики. Разве наш бог бы это одобрил? Уверен?
— Виктаор, — сказал Ильтерникс. — Он прав. И ты же понимаешь, что именно Сергей мог бы это сделать. С нашей помощью.
— Конечно, он много может, вот пусть и делает, зачем ему мы? Ах он не помнит. Ну тогда все, фиаско. Я разрушаю миры, не восстанавливаю.
— Виктаор, кончай выпендриваться! Давай! С Сергеем у нас может получиться, если он прикоснется к тому, откуда происходит его сознание.
— Сейчас это просто пацан с человеческой душой.
— Так помоги ему Виктаор. Ты же понял? За тем ты и здесь. Затем вы вместе вступили в сражение, и ты начал его учить.
Сергей неуверенно встрял:
— Эм, насчет этого я бы хотел поспорить, учитель из него что-то, немного, извините…
— Ты создаешь водоворот, что притягивает к тебе тех, кто нужен, — заверил Ильтерникс.
— Учить его был только мой выбор, — хмуро отрезал Виктаор.
Сергей подошел к нему, улыбнулся и сказал:
— Давай всех оживим. Подумай, это ведь великое дело, которое никто никогда не делал, и сделаешь его ты.
— Мне хватает великих дел, человек. Тебя еще в проекте не было, а я уже вершил судьбы миров!
Сергей вдруг взял его за предплечье:
— Почувствуй эту силу, мы сможем.
Черные глаза мага приоткрылись, он вдруг почувствовал.
— Что ж, ладно. Не уничтожь этот мир еще раз, слышишь недоумок?
— Возьмемся за руки? — с улыбкой предложил Сергей.
— Да мы что, сестры милосердия, затеявшие хоровод или групповую молитву? Учись управлять энергиями без прикосновений и маханий руками, — хмуро сказал Виктаор. — Ильтерникс подойди поближе, он будет вытягивать энергию из нас.
— По-моему, у него свой источник. Мы для него инструмент изменения реальности, — поправил Ильтерникс.
— Да мне без разницы. А ты, мальчишка, тянись к источнику, если он не забыл, зачем тебя создал.
— А нам что делать? Может отойти? — спросила Нарана.
— Точно, вдруг на нас что-нибудь упадет? — забеспокоился Зернигог.
— Стой, где стоишь, Нарана, — проговорил Виктаор. — Уж этот придурок приложит усилие, чтобы тебя не сдуло, а вот насчет крокодила, не уверен. И где собачка? Ты уже ее схлопнул за ненадобностью? Правильно, нам еще не хватало здесь тупого юмора, и так долго треплемся, — проговорил Виктаор.
Сергей закрыл глаза, он чувствовал исходящую по бокам невообразимую энергию. Но он потянулся вверх, куда-то еще, где
