Абебе словно прочел его мысли.
— На нашей стороне внезапность, — указал он. — Так что у нас есть хороший шанс прорваться через ворота…
— Нет, — решительно возразил Рамон. — Они наверняка заметили самолеты, заходящие на посадку. Скорее всего, именно поэтому Андом и созвал совет.
Впереди, на скалистой равнине между ними и дворцом, показался штабной автомобиль; он на полной скорости мчался к открытым воротам.
— Остановимся здесь, — распорядился Рамон; колонна притормозила за невысоким пригорком. Рамон забрался на заднее сидение открытого «джипа» и навел бинокль на ворота в дворцовой стене. Он видел, как штабная машина проехала через них, и массивные деревянные створки тут же тяжело закрылись за ней.
— Где Тафу со своими танками?
— Все еще в казармах, на другом конце города.
— Сколько времени понадобится, чтобы пригнать их сюда?
— Часа два.
— Дорога каждая минута. — Рамон говорил, не отрывая глаз от своего бинокля. — Прикажите Тафу привести танки как можно быстрее, но мы в любом случае не можем дожидаться его появления.
Абебе повернулся к рации; Рамон повесил бинокль на грудь и спрыгнул с «джипа» на землю. Вокруг него сгрудились командир десантников и ротные офицеры; он спокойно отдал им распоряжения, по ходу обращая их внимание на те или иные особенности местности.
Абебе положил микрофон рации и присоединился к ним.
— Один из танков полковника Тафу находится в городе, охраняет императорский дворец. Он посылает его к нам. Будет здесь через час. Следом за ним прибудет и вся рота.
— Прекрасно, — кивнул Рамон. — А теперь опишите нам внутреннее устройство дворца Андома. Где может находиться сам Андом?
Они присели в кружок на корточки; Абебе начертил на пыльной земле план дворца, и после этого Рамон уточнил каждому его задачу.
Колонна вновь двинулась вперед, но теперь на капоте командирского джипа развевался большой белый флаг, простыня, прикрепленная к самодельному флагштоку. Грузовики следовали друг за другом, с небольшими интервалами. Десантники были спрятаны за поднятыми брезентовыми верхами машин; все оружие также было тщательно укрыто от посторонних глаз.
Когда они приблизились ко дворцу, над стеной и воротами появился целый ряд голов, но белый флаг оказал свое умиротворяющее воздействие; охрана огня не открывала.
Головной «джип» остановился невдалеке от ворот, и Рамон еще раз прикинул их прочность. Ворота были сделаны из старого тикового дерева почти в фут толщиной и укреплены широкими стальными полосами. Дверные петли врезаны в колонны, установленные по обе стороны проема. Не могло быть и речи о том, чтобы протаранить их грузовиком.
С верха стены, с высоты в двадцать футов над головами, их на амхарском окликнул начальник охраны; Абебе встал, чтобы ответить ему. Последовали несколько минут препирательств; Абебе твердил, что он прислан со срочным донесением генералу Андому, и требовал немедленно его впустить. Охранник решительно отказывался это сделать; спор понемногу накалялся.
Как только Рамон удостоверился, что все внимание охраны сосредоточено на «джипе», он тихо отдал команду по двусторонней рации. Грузовики, выстроившиеся за «джипом», взревели моторами, рванулись с места и разъехались влево и вправо. Они перевалили через обломки скал, окаймлявшие подъездную дорогу, и остановились у самой стены. Десантники мгновенно выбрались из-под брезентового верха и вскарабкались на крыши машин. Десять человек держали в руках абордажные крюки; они раскрутили их над головами и перебросили через стену. Привязанные к ним нейлоновые веревки взлетели вверх и свесились со стены, слегка покачиваясь на ветру.
— Огонь! — рявкнул Рамон в рацию, и шквал автоматного огня обрушился на стену, выбивая из нее куски глины и кирпича. Пули рикошетом отскакивали и со свистом улетали в зеленые кроны эвкалиптов. Головы охранников немедленно исчезли, некоторые вовремя пригнулись, но, по крайней мере, один из них не успел. Рамон увидел, как каска на нем подпрыгнула, перевернулась в воздухе, а за ней последовала вся верхняя часть его головы. Он рухнул вниз, а в воздухе на какое-то мгновение повисла розоватая взвесь из капель крови, перемешанных с разлетевшимися мозгами.
Теперь десантники дружно устремились на стену; по каждой свесившейся веревке взбиралось сразу три-четыре человека. Они карабкались с чисто обезьяньей ловкостью; через считанные секунды человек тридцать из них были уже по ту сторону стены. Раздались автоматные очереди и одиночный взрыв гранаты. Еще через пару секунд огромные деревянные ворота распахнулись, и Рамон велел водителю «джипа» ехать вперед.
Тела дворцовой охраны в беспорядке лежали по всему двору там, где их настигла смерть. Рамон увидел, что один из его людей скорчился возле ворот, держась руками за живот; кровь сочилась у него между пальцев. «Джип», не задерживаясь, рванулся вперед; несколько десантников уцепились за него на полном ходу.
Рамон стоял за тяжелым 50-миллиметровым пулеметом «браунинг», который был установлен над водительским сиденьем. Он выпустил длинную продольную очередь по уцелевшим охранникам, по-заячьи улепетывавшим в сторону скопления глинобитных построек в дальнем конце двора.
Один из них вдруг обернулся и опустился на колено. В руках у него был реактивный гранатомет «РПГ-7», он вскинул его к плечу и навел на приближающийся «джип».
Рамон направил на него ствол своего «браунинга», но в этот момент передние колеса «джипа» наехали на один из трупов, машину сильно тряхнуло, и очередь прошла гораздо выше цели.
Охранник беспрепятственно выпустил ракету, она просвистела через весь двор и врезалась в самый центр радиатора «джипа». Раздался оглушительный грохот; вверх взметнулся язык пламени. Хотя двигатель и принял на себя большую часть удара, в какой-то степени смягчив его, передняя подвеска не выдержала, и машина, отлетев назад, несколько раз перевернулась и грохнулась на землю грудой искореженного металла.
Все, бывшие в «джипе», вылетели из него еще раньше, отделавшись легкими ушибами, но разбитый корпус машины загородил собой ворота, и грузовики с десантниками застряли в проеме.
К этому времени атака уже захлебывалась; защитники дворца пришли в себя и оказывали яростное сопротивление. Из окон и дверей дворца велся плотный автоматный огонь.
Кубинские десантники высыпали из грузовиков и бросились в атаку, но тут же вдоль небольшой аллеи прямо перед ними с шипением пронеслась еще одна ракета. Она прошла в считанных дюймах над головой Рамона, обдав его едким дымом, и ударила в передний грузовик, разнеся капот и вдребезги разбив ветровое стекло. Из пробитого бака хлынуло дизельное топливо, которое моментально воспламенилось; послышался глухой рев бушующего огня. Весь двор окутался клубами черного дыма.
