сладкой ложью. Он почти повёлся на её слова о поддержке и почти ослабил бдительность. Почти.
Почему-то от этого предательства было больнее всего.
Они всё перепробывали, чтобы его достать. Возможно, кто-то из тех, кто погиб в той последней битве, и выступили бы против, но кто знает? Может, и хорошо, что никто их них не выжил? Хорошо, что Люпин погиб, что Сириус пал, что Хагрид подставился? Предали бы ли его и они?
— Здесь никого нет, кроме этого тупого маггла! — возмутился стоявший в паре метров Рон.
— Ищи лучше! — почти прорычала в ответ Гермиона. — Гарри точно зашёл сюда, Грюм это видел!
А может, это было в них всегда? Может, у него никогда не было друзей? Может, они всегда такими были? Мерзкими, беспощадными, беспрекословно верящим словам всяких авторитетов, вспыльчивыми, яростными, прячащами под благонравными масками истинные лица мразотных чудовищ? Гарри не знал. Он не был уверен, что хочет узнавать.
Гарри-который-спал был уверен в своих друзьях. Уверен… Но всё-таки?
— Отпусти ты этого старика, — прошипела %?*;№?*. Ну да, здесь были не только храбрые гриффиндорцы. Мудрым равенкловцам тоже нашлось место. — Его могут хватиться родные, знаешь, какой переполох поднимется?
Гарри-которого-все-предали с грустью смотрел глазами старика на тех, кого считал самыми близкими людьми в мире. Верными друзьями, надёжными товарищами… Его самыми близкими фантазиями.
— Слышал, вали давай! — махнул рукой Рон, заставив старика вздрогнуть в испуге и попятиться на выход.
Что ж. Отнять у Гарри его актёрский талант они не смогли. Сейчас он скроется из Англии и наконец отдохнёт. Где-нибудь там, кто его никто не знает. Не знает и слова Дамблдора о новом Тёмном Лорде, победившем старого. Где нет друзей и "друзей". Где он сможет оплакать погибших и "погибших".
Где он сможет решить, как жить дальше.
* * *
Гарри спал, и знал это. Но это знание не помогало.
Его звали Гарри Джеймс Поттер, и сегодня он дежурил на вокзале, когда школьники отправлялись в Хогвартс. В голове бродили мысли о последнем деле — маглы где-то откопали настоящий чёрный ритуал, и теперь предстояло множество опросов. Он не любил эту часть аврорской работы — лишь чуть меньше, чем ту кучу пергамента, которую предстояло перевести после каждого разговора.
Тусклый серый вокзал, чуть красноватый поезд, тусклые люди вокруг. Кажется, когда-то, в далёком детстве, всё было куда ярче. В тот день, первого сентября девяносто первого, когда он впервые уезжал от Дурслей в мир, в котором они его не достанут… Но все знают, что с возрастом краски мира теряются.
Рядом носились туда-сюда дети. Вон явный первокурсник, сжимает свою волшебную палочку, как величайший дар. Он смотрел на Хогвартс-экспресс сверкающими глазами, и уже наверняка мечтал, как опустится за какой-нибудь стол в Большом зале. Был ли у него самого когда-то такой же взгляд?
— Гарри, дружище! — замахал ему какой-то мужчина. — Давай сюда!
Это… Рон? Или кто-то другой? Вроде, из Уизли… Гарри-который-спал с трудом узнавал знакомые черты друзей в этом человеке. Сколько лет прошло?
— Рон! — хлопнул по плечу друга Гарри-обычный-серый-взрослый. — Давно не видел тебя, приятель! Как дела? Пришли провожать дочь в школу?
Жене Рона… Ну, женщине рядом с Роном перепал кивок.
— Тебе не так просто поймать, знаешь? — проворчал на укор Рон. — Даже на обед не вытянешь, правда, дорогая?
Женщина что-то сказала, но Гарри-взрослый уже вернулся к разговору с Роном.
— Ты же знаешь, сколько сейчас работы? Не думай, что когда меня повысили, её вдруг стало меньше.
— Всё бегаешь в алой мантии, Поттер? — протянул новый голос.
— Малфой, — прошипел главный аврор Гарри Джеймс Поттер, разворачиваясь.
* * *
Гарри спал. Спал ведь? Это же всё был просто сон?
Его звали Гарри Джеймс Поттер, и сейчас он находился в полутёмной зале с двумя людьми.
— Я всегда был верен вам, Повелитель, — прохрипел Снейп. Не очень-то поговоришь после третьего Круциатуса.
— Я верил тебе, Северус, — прохрипел возрождённый Тёмный Лорд. — Я видел себя в тебе, свою судьбу в твоей, и всегда ценил тебя. А ты так со мной поступил…
— Я верен, — снова прохрипел зельевар. — Я всегда был верен вам!
— Северус, Северус, — печально покачал головой Волдеморт, будто и не слушая своего бывшего слугу. — Я даже не могу казнить тебя так, как привык. Не думаю, что моя Авада убъёт тебя, вот насколько я тебя ценю.
— Я… верен…
— Я мог бы дать тебя укусить %^&#^&#*, — Волдеморт погладил огромную змею, свернувшейся кольцами вокруг его трона и положившей голову на колени своего хозяина. — Но у меня есть человек, который жаждет тебе отомстить. Не думаю, что Круциатусы тебя удовлетворят, Гарри. Я разрешаю тебе отнять его жизнь. Действуй, мой мальчик.
Как это вообще получилось? Гарри-который-спал не мог поверить, что в мире могло заставить его, хоть кого-то на него похожего, встать на сторону убийцы папы с мамой.
— Ублюдок… — прохрипел зельевар, смотря на своего мучителя, застывшего у трона. — Ты предал свою мать…
Сложно было поверить, но Гарри-который-спал разделял мысли с Снейпом!
— Как прикажете, дядюшка, — куртуазно поклонился Гарри Джеймс Поттер, верный прислужник того, кто должен был быть его злейшим врагом. — Ты слышал повелителя, Снейп. Авада Кедавра!
Убивающее Заклятье хватало за душу почти так же, как наяву. К счастью, только почти.
Впрочем, даже этого не хватило, чтобы проснуться, чтобы вырваться из этой пелены. Из этого… лабиринта?
* * *
Гарри… спал? Он же был Гарри? Это всё не было же… реальностью?
Его звали Гарольд Поттер-#%&*$-Слизерин-Гриффиндор-Хаффлпафф-…
Сколько-сколько у него фамилий? Гарри-который-спал сбился со счёта. Тем более половину он даже не узнавал.
В общем, Гарольд-Который-Имел-Так-Много-Фамилий-Что-Все-Не-Разберёшь сидел во главе стола. По бокам сидело десять человек, закутанных в серые балахоны с глубокими капюшонами. Сам Гарольд был одет в чёрную мантию, и его нисколько не волновала её цена.
Гарри-который-спал чуть не вывернуло, когда он понял, что потребовалось для создания мантии. Он почти слышал крики детей с алтаря. Нет, как раз криков никогда не было — Гарольд их не любил и в работе не допускал. И Империо, заклятье контроля, спадало, когда жертва уже беспомощно хрипела перед смертью.
— Лондон продолжает сопротивление, — сказал один из серобалахонных. — Маги объединились с этой проклятой плесенью без грана волшебства! Зачарованные пулемёты успешно держат наших химер.
— Говорил, надо нарастить им брони, — проворчал другой.
— Ты идиот? — вздохнул третий. — Расчёты не видел? Чтобы сдержать зачарованные пули, им пришлось бы стать крайне тяжелыми. Ты бы сам их в атаку толкал, что ли?
— Что ты сказал? — вскочил второй, но тут же упал обратно по жесту Гарольда.
— Довольно, — спокойно сказал
