Читаем без скачивания Белые искры снега. Анна Джейн - Анна Джейн

- Не надо его бить, - поморщилась я, не слишком приветствуя такие способы разборок между друг другом. – Встрянете. У этого мальчика непростые предки, да и много чести ему.

- Много чести, так много чести. Тогда двигаем на выход? – мотнула в сторону двери подруга.

- Мне хочется увидеть, что он в ответ сделает, - честно призналась я, совершая ошибку. Вот если бы мы ушли сразу, то ничего бы больше не произошло, и два часа ночи я бы спала и видела третий сон, а не шлялась бы где попало в компании сомнительной личности со скверным характером, на которых можно было бы смело лепить табличку: «Высокомерие и глупость».

- Что ж, тогда посидим немного, вечер обещает быть веселым, - согласилась Алсу, однако вскоре ей пришлось оставить нас с Ранджи. Позвонила ее мама и срочно потребовала подругу домой – оказывается, она забыла ключи дома и теперь топталась в подъезде, ожидая, когда дочь приедет и откроет дверь. Ранджи хотела, было, подвезти подругу до дома, но та отказалась – жила Алсу близко, через пару кварталов.

- Пока ты будешь по пробкам этим бесконечным ехать, я уже трижды успею туда и обратно смотаться, - отозвалась Алсу, натягивая длинный черный приталенный кожаный плащ с замысловатыми эполетами и с какой-то мега тонкой, но мега теплой подкладкой. Вид ее был недовольным – покидать нас ей явно не хотелось, но не сделать этого подруга не могла – Дина, ее мама, которая не разрешала называть себя по отчеству и которая, к слову сказать, работала художником по костюмам в самом большом и известном городском театре, в ярости была страшна. Наверное, именно от мамы, талантливой в своем деле, наша Алсу унаследовала способность здорово шить и придумывать самые невероятные вещи в своем (и не только) гардеробе. Она же открыла для меня удивительный мир hand made.

- Не было печали, мама позвонила, - проворчала девушка. – Ладно, котяточки, оставляю вас двоих. Не шалите.

Распрощавшись с нами и наказав звонить, писать и отчитывать обо всем, брюнетка, чьи прямые волосы из-под угольно-черной шапки обрамляли бледное лицо с обеих сторон, вставила в уши наушники-капельки, помахала нам и, включив музыку – любимый дез-метал, если не ошибаюсь, направилась к выходу, оставив нас с Ранджи вдвоем.

Да, наверное, надо было уйти вместе с Алсу, но мы не ушли. Не люблю сожалеть о том, чего я могла бы сделать, но в этот раз я, правда, сожалела.

- Такси к нам выехало, - довольным голосом проговорил Ярослав, откладывая в сторону мобильный телефон, по которому ему только что сообщили, что машина, наконец, выехала на их заказ. Ему порядком надоело сидеть в этом месте. Они тут словно застряли.

- Отлично, сваливаем отсюда! – обрадовался Шейк, одним глотком допивая свое пиво. – Просим счет и делаем ноги из этого унылого местечка. Где наша официанточка? – принялся высматривать он среди посетителей девушку, обслуживающую их столик. – Заметил, какие у нее прелести? – и он очертил в воздухе два внушительных полукруга собственной грудью.

- Ну уж не такие, - усомнился Яр.

- Я бы поставил ей «троечку», - авторитетно заявил Шейк, явно имея в виду не школьные оценки.

- Не дотягивает, - отозвался его друг лениво, однако в голосе его звучали нотки превосходства, мол, я все равно лучше знаю. – Меньше.

- Ты лично уже, что ли, проверил, дружище?

- У меня глазомер четкий.

- Глазомер четкий, говоришь? А кто летом палатку собрать не смог со своим четким глазомером и все детали перепутал? – усмехнулся Шейк, вспомнив июльскую поездку за город на машинах. Ярослав приехал одним из первых и великодушно решил собрать палатки. У него ничего не получилось, он психанул, перепутал все детали, и в результате палатки собирали Ван, сам Шейк и еще один парень из их компании. А Зарецкий, заявивший, что во всем виноват производитель этих «кривых палаток», в это время ушел гулять в лес и делал карандашные зарисовки, сидя напротив озера, притаившегося между деревьями. Друзей же он не предупредил, и когда стемнело, те закономерно подумали, что Яр потерялся, и пошли его искать. Зарецкого обнаружили быстро – спящим в обнимочку со своими листами на здоровенном камне, нагретом за день палящим солнцем, да вот только потеряли одну девочку – уже по-настоящему. Вот ее искали долго. Ребята уже хотели обращаться в МЧС, однако все обошлось. Шейк самолично нашел перепуганную девушку.

- Палатки были неправильными, - с ледяным спокойствием отвечал Ярослав, который редко сомневался в собственной правоте.

- Может быть, были неправильными руки у одного идиота, который их собирал, а потом все детали перепутал? – предположил Шейк с невинным видом.

- Или у идиотов, которые купили бракованные вещи, - не спешил соглашаться Яр. – И все-таки ты не прав, - вернулся он к первоначальной теме разговора.

- Прав. Тройка у конфеты, - стоял на своем Шейк, считавший себя – и не без оснований – знатоком женского пола.

- Нет, - был непреклонен Зарецкий, которого иногда легче было прибить, чем переубедить. – Не дотягивает.

- Да ты в шары, что ли, долбишься? – возмутился темноволосый парень. – У тебя в голове что-то где-то не дотягивает.

И друзья продолжили препираться. А предмет их спора, ни о чем не подозревая, подошла спустя пару минут.

- Счет, пожалуйста, - попросил Зарецкий, а его друг еще раз оглядев, как следует, фигуру девушку, незаметно от нее показал другу ладонь с тремя оттопыренными пальцами и выразительно поиграл темными бровями. Яр ухмыльнулся и едва заметно покачал головой.

- Да, конечно, счет сейчас принесу. И еще вот. Для вас. – Поставила на стол послание от Насти девушка.

Увидев перед собой пустое блюдо с салфетками, Ярослав вопросительно посмотрел на официантку. Та молча ему улыбнулась, чувствуя себя при этом некомфортно.

- Это что? – спросил он с недоумением.

- Тарелка.

- А это? – ткнул пальцем Яр в аккуратно сложенные салфетки.

- Послание от пятого столика.

- Да ну? – изумился парень. Кажется, он не ожидал еще одного ответного хода от практикантки. – Ну, посмотрим, что мне пятый столик накарябал. – И с этими словами он брезгливо взял обе записки. Развернув, парень принялся читать, и на его лице все отчетливее становилась видна ярость.

Дочитав, Ярослав злобно произнес несколько непечатных слов и резко отбросил послания на салфетках в сторону.

Глядя на столь бурную реакцию друга, любопытный Шейк тут же схватил записки и пробежался глазами по высокому ровному «учительскому» почерку Насти, который словно в противовес почерку Ярослава, был аккуратным и твердо выведенным. А после стал смеяться. Официантке, которая, вытянув шею, прочитала Настино послание, и ей тоже стало смешно, но она и виду не подала, а просто-напросто ушла за счетом.

- Что ты ржешь? – во взгляде Зарецкого не было ничего хорошего – в нем бушевал ледяной огонь бешенства.

- Твоя училка очень горячая девочка! Не зря она мне тогда так понравилась! – тут же заявил Шейк, вспомнив, как подкатывал к Насте около клуба в День рождения друга. Жаль, что тогда все сорвалось.

- Горячая? – прошипел Яр. – У этой горячей, по ходу, температура. Написать такое можно только в бреду. Пустое место? – он ненатурально, словно герой-злодей из сказки, рассмеялся. - Да кто она такая, черт возьми! Опозорила, как только смогла, - никак не мог простить парень Настину выходку с радио. И хватит ржать, придурок, - окрысился он на приятеля. – Ее тупость не смешна.

- Да она вроде бы не тупая, тебе ошибку исправила, - все равно было смешно Шейку. – Но в ней есть что-то учительское, да? Девочке бы для полноты образа еще очки, указку, костюмчик… Я бы не отказался от того, чтобы меня наказала така-а-ая учительница.

- Заткнись. – Вспомнилось не к месту Яру, что однажды Настя представилась ему именно в таком образе. Да даже и не однажды – в таком виде она как-то даже ему снилась, только вот рассказывать об этом парень никому не собирался.

- Да ладно тебе, дружище. Все нормально. Посылай ей лучи добра, - все равно было весело Шейку.

- Я ей такие лучи добра пошлю, что сгорит, - пообещал Ярослав. Его взгляд упал на пустое блюдо, и парень инстинктивно сжал челюсть. Эта девица решила, что сможет тягаться с ним? С человеком, который благородно спас ее в туалете от разборок и не дал бюсту в школе свалиться на ее несчастную голову? Да она должна его боготворить, а не унижать. Неблагодарное Дно!

Еще чуть-чуть, и у Яра из ушей пошел бы дым.

- Что-то у тебя рожа дюже зверская, - заметил Шейк, которого ситуация очень веселила. Яр что-то ответил ему, однако друг не расслышал – компания гопников за соседним столом разразилась громким смехом, как будто бы волю положительным эмоциям давали не трое подозрительных личностей, а целый еще более подозрительный батальон.

- Что за место, - скривился русоволосый парень, который везде и всегда находил плохие стороны. – Бычары.

- Зато здесь пивас нечего так, - не был с ним согласен друг. Он вдруг расплылся в улыбке. – О, троечка к нам идет. И не спорь больше со мной.