15 мая 1990 г. управление шерифа округа Спокан приняло сообщение об обнаружении раздетого женского тела на отмели в реке Спокан в районе Трентвуд. Это была лесистая местность восточнее городка Спокан менее чем в 10 км от того района, где в феврале и марте были найдены первые два женских трупа.
Осмотр извлечённого из воды трупа позволил сделать заключение о насильственном характере смерти. На голове погибшей имелись гематомы и рассечения, причём было очевидно, что они не могли возникнуть вследствие ударов о речное дно утонувшего тела, поскольку река Спокан в Трентвуде узка и имеет небольшую скорость течения. Погибшая явно была избита ещё при жизни. Кроме того, в неё дважды выстрелили с близкого расстояния.
Из личных вещей на теле погибшей женщины остались лишь три золотых колечка. Благодаря тщательному осмотру берегов реки, полиции удалось обнаружить место, в котором убийца опустил в воду труп. Более того, удалось найти и окровавленные вещи погибшей, сложенные в полиэтиленовый пакет и спрятанные в кустарнике. Рядом с пакетом стояли женские ботинки. Продолжая обследование района, полицейские отыскали участок дороги, на котором убийца, видимо, выехал на обочину и вытащил из автомашины труп. Следы волочения на грунте и несколько обломанных веток позволили восстановить путь, который проделал убийца от автомашины к реке. На обочине дороги остались качественные следы автомобильных протекторов, которые криминалисты должным образом закрепили.
Тело удалось довольно быстро идентифицировать. Погибшей оказалась 38-летняя Кэтлин Брисбойс, профессиональная проститутка. В её крови были найдены следы морфия и кокаина. С трупа были сняты несколько человеческих волос, принадлежавших коротко стриженому брюнету. Волосы отличались от тех, что были обнаружены на трупах Иоланды Сэпп и Никки Лоу.
Смерть Кэтлин последовала менее чем за 24 часа до момента обнаружения тела. Правоохранительные органы приложили немалые усилия для того, чтобы как можно детальнее восстановить события последнего дня жизни женщины, однако ничего существенного с точки зрения разоблачения убийцы выяснить не удалось.
Время шло. 23 июня 1990 г. в Сиэтле был обнаружен труп забитой до смерти проститутки Мэри Энн Похлрейч — так в штате Вашингтон начался новый, ставший широко известным «сериал», связанный с нападениями на женщин очередного сексуального маньяка. Правда, в отличие от убийств в Сан-Диего и Спокане, никто его не связывал с деятельностью «Зелёного Убийцы». Почерк преступника, подвергавшего свои жертвы жестоким истязаниям и дважды проникавшего в их дома, настолько отличался от того, что делал «Убийца с Грин-ривер», что вопрос о возможной преемственности двух «сериалов» даже не обсуждался. Всего этот маньяк совершил три убийства (23 июня, 9 августа и 3 сентября 1990 г.), после чего был задержан полицией (случилось это 12 сентября 1990 г.). Убийцей оказался чернокожий плейбой и повеса Джордж Уотерфилд Рассел (George Waterfield Russell).
История этого преступника не имеет никакого отношения к убийствам проституток в округе Кинг в первой половине 80-х годов, однако, коль уж пришлось упомянуть о нём, имеет смысл рассказать об обстоятельствах ареста Рассела, тем более, что они несколько неординарны. Около 22 часов 12 сентября 1990 г. его задержал полицейский патруль, вызванный жительницей престижного района Беллвью. Она была напугана видом одинокого мужчины, прогуливавшегося вдоль квартала. В принципе, Рассел не делал ничего предосудительного — не заглядывал в окна, не подходил к домам, просто гулял по тротуару. Правда, впоследствии появилась версия, будто Рассел прятался на заднем дворе одного из домов, но сам он категорически отвергал подобное подозрение. Он не имел при себе орудий взлома, а отправляться на преступление, связанное с проникновением в жилище, без стамески или хотя бы хорошего ножа, мягко говоря, самонадеянно.
Итак, дамочка (по случайному совпадению — подруга одной из убитых Расселом женщин) позвонила в полицию, и полицейский патруль прибыл незамедлительно. Рассел не пытался скрыться и держал себя с полицейскими весьма предупредительно — ответил на все вопросы и показал содержимое карманов. Ничего подозрительного при нём найдено не было, кстати, и выбросить он тоже ничего не мог, поскольку район впоследствии подвергся тщательному осмотру. Тем не менее, патрульные задержали Рассела и доставили в участок. Единственное, что ему инкриминировали в тот момент — это пребывание в богатом районе без видимой цели, ведь он не жил в Беллвью и не имел там знакомых.
К моменту задержания Рассел уже имел судимость за кражу, кроме того, он арестовывался за хранение наркотиков. Не имелось никаких оснований подозревать его в причастности к упомянутым выше трём убийствам. (Кстати сказать, поисковый «психологический портрет», составленный сотрудниками ФБР, предполагал, что убийца является белым мужчиной!). Тем не менее, Рассела из полиции не выпустили, а подвергли продолжительной проверке.
Джордж Рассел после задержания вечером 12 сентября 1990 года.
Полицейские провели в его жилище несанкционированный обыск, в ходе которого оказался найден пистолет, похищенный из дома, расположенного неподалёку от места жительства одной из трёх жертв неизвестного на тот момент маньяка. Найденный пистолет ввиду противозаконности обыска нельзя было приобщить к невозбуждённому ещё на тот момент уголовному делу, но эта находка побудила полицию внимательнее изучить образ жизни Рассела. В конце концов, удалось выяснить, что арестованный бывал в тех же самых барах, которые посещали погибшие женщины, и даже был с ними знаком. Эта информация предопределила последующий ход расследования: ДНК Рассела подверглась сравнению с ДНК убийцы, выделенной из спермы, найденной на месте первого убийства, и выявленное совпадение однозначно доказало виновность Джорджа.
Важно отметить, что многие действия полиции в этом деле были незаконны или как minimum нарушали принятые в США процедуры. Само по себе задержание Рассела вечером 12 сентября явилось грубейшим попранием фундаментальных прав «свободной личности» — права на свободу перемещения и права не свидетельствовать против себя (нежелание Рассела объяснять полицейским причину своего местонахождения в Беллвью послужило причиной его удержания под стражей). Необходимо добавить, что помимо Рассела, в августе и сентябре 1990 г. полицией в Беллвью были задержаны многие десятки других негров и латиноамериканцев; фактически в «белом районе» действовал «комендантский час» для цветного населения. Подобная мера также была совершенно незаконна. Представьте только, какой бы вой поднялся в либероидной отечественной прессе, если бы наша полиция принялась без разбора хватать и целыми неделями держать в «обезьянниках» выходцев с Кавказа за одно лишь то, что те появились в каком-нибудь элитном коттеджном посёлке!
Случай с Джорджем Расселом замечательно характеризует ту истину, что в США полиция допускает нарушения процессуальных норм точно так же, как и в России, Турции, Китае или любой другой стране мира. В её рядах точно так же есть морально разложившиеся и коррумпированные сотрудники. Честность работников правоохранительных органов, их бдительность и законопослушание совершенно не зависит от общественного строя. Фашистская Германия и сталинский СССР имели в высшей степени профессиональные и добросовестно работавшие органы охраны правопорядка, в то время как в полиции демократических
