Все эти факты внушали мне личную антипатию к Берия…»
Одна из историй о похождениях Берии гласит, что в 1948 году, во время похорон Жданова, на процессию с балкона смотрела некая красавица в халате. Вдруг раздался телефонный звонок, мужской голос попросил ее никуда не уходить из дома, поскольку к ней придет товарищ Берия. Он, правда, вскоре появился и получил от удивленной женщины все, за чем пришел. Одеваясь, она заметила: «Ну как же можно, товарищ Берия! Вы же только что похоронили товарища Жданова!» — «После таких церемоний всегда тянет на что-то живое!» — ответствовал «лубянский маршал».
27 ноября 1954 года было принято постановление Президиума ЦК КПСС об административной высылке вдовы и сына Лаврентия Берия — Нины и Сергея Берия. При обсуждении постановления был затронут и такой вопрос: «…жена и сын Берия просили выдать им паспорта на фамилию Гегечкори (девичья фамилия жены Берия), мотивируя тем, что «с фамилиями Берия нас население растерзает». Предполагалось, что Серго будет трудиться по своей инженерной специальности, то есть продолжать разработку различной ракетной техники. Он проработал в Свердловске в «почтовом ящике» около десяти лет, после чего смог переехать в Киев, где стал работать в НПО «Квант». Был научным руководителем и главный конструктором НИИ «Комета».
Берия борется за чужую нравственность
С деятельностью Берии на посту высокопоставленного сотрудника ГПУ и народного комиссара внутренних дел Грузинской ССР связана романтическая грузинская история, увековеченная в служебных донесениях. 27 октября 1930 года Берия доложил руководству Закавказской Федерации о похищении и растрате: «Председатель Пахуланского колхоза (Цаленджихский район) Леонтий Гогохия около двух месяцев тому назад был арестован по обвинению во вполне доказанном похищении комсомолки Козуа с целью принудить ее ко вступлению с ним в брак. Кроме того, Гогохия имеет за собой ряд затрат, причем только по линии Цекавшири он растратил 13 000–14 000 рублей. После ареста Гогохия произошел ряд фактов, свидетельствующих о том, что он пользуется со стороны некоторых ответственных товарищей совершенно незаслуженной поддержкой, которая уже привела к освобождению Гогохия на поруки, а в дальнейшем может избавить его от ответственности за все содеянное.
Когда работник Зугдидского отделения Грузинского ГПУ нашел похищенную комсомолку Козуа, вместе с похитителем Гогохия, доставил в отделение, туда прибыл секретарь укома т. Жвания и в присутствии начальника отделения т. Закария, стал уговаривать Козуа: «Что особенного случилось, Гогохия тебя любит, и ты бы вышла замуж за него…»
Т. Жвания говорил комсомолке, что на нее «падет ответственность за гибель Пахуланского колхоза, который неминуемо развалится». Козуа возражала: «Я не только не люблю Гогохия, но даже не уважаю его. Я знала его только как председателя колхоза и, в качестве единственной комсомолки, выполняла всю ложившуюся на меня общественную работу». Параллельно с этим Козуа рассказала, что Гогохия приставал к ней с объяснениями в любви, с письмами и т. д…» Заодно Берия обвинял Гогохия, отправленного под конвоем в родной колхоз «для выяснения некоторых вопросов», в ведении агитации в пользу «автономной Мингрелии» и настаивает на принятии мер, позволяющих следствию по делу Гогохия продолжить свою беспристрастную деятельность. Помимо прочего, Лаврентий Павлович, в данном случае выступающий борцом не только за народные деньги, но и девическую честь, указывает и на тот факт, что жалобы похищенной девушки-комсомолки Козуа на посягательства Гогохия оказались бесполезными.
Спустя несколько лет по Москве поползет слушок о том, как в автомобиль одного из руководителей СССР заталкивали понравившихся ему девушек. Так что история со спасением Берией красавицы комсомолки от злодея — мелкого функционера стала выглядеть неактуальной…
Теперь в моде были страшные слухи о том, как Берия из своего особняка высматривал студенток и школьниц, которых потом в зависимости от настроения обаятельно очаровывал и щедро одаривал или жестоко насиловал, а потом убивал…
Разрешение на женитьбу дал Брежнев
Лаврентию Павловичу Берии приписывается не только любовная ненасытность, но и обилие незаконнорожденных детей. Среди них упоминается и Марта — дочь Берии от красавицы студентки Ляли Гальпериной, родившаяся в 1940 году. Судя по дошедшим до нас немногочисленным воспоминаниям, Марта была любимицей Лаврентия Павловича, который и познакомил ее со своим законным сыном Серго, заявив тому: «Помни, что у тебя есть сестренка, помогай, если вдруг придется. Только давай договоримся — маме об этом говорить не будем. Хорошо?» Но если Серго Берия был после низложения отца арестован и лишен степеней кандидата и доктора физико-математических наук, звания лауреата Сталинской премии и воинского звания инженер-полковник, то юную красавицу Марту не тронули. Через несколько лет среди поклонников повзрослевшей и похорошевшей Марты оказался сын В. В. Гришина, первого секретаря Московского горкома партии. Молодой человек решил, несмотря на сопротивление благоразумного отца, на Марте жениться. Как утверждает Николай Рубин (Рубин Н. Лаврентий Берия. Миф и реальность. М.: Олимп, 1998), тогда Гришин-старший отправился к Л. И. Брежневу с докладом о случившемся. Но этот советский вождь отнесся к предстоящей женитьбе сына одного из своих сподвижников на дочке Берии безо всяких волнений, заявив: «Если они любят друг друга, то пускай женятся. Во-первых, на ней не написано, кто ее отец. А во-вторых, мы еще сами толком не разобрались, что за человек был Берия. Хрущев с ним сильно перемудрил…» Дальнейших сенсаций и разоблачений в данном случае не последовало…
Реальность и реинкарнации
Это было первое поколение детей, которые родились, когда родители становились частью власти. И при этом родители уже понимали, что дети высшую власть не унаследуют. Значит, должен быть какой-то механизм, который бы обеспечил преемственность власти и сохранение наследникам части привилегий. Пример — сын Жданова Юрий.
Именно Берии было поручено призвать к порядку сына Сталина (по версии Володарского).
Когда сын Сталина начал закатывать пьяные истерики, с ним быстро и жестко расправились еще до всякой десталинизации. Хотя фактически ничем он помешать не мог. Причем все оставалось как было, не было никакого разоблачения культа. Пока не было. Вождь лежал в Мавзолее, а его сын сидел в тюрьме. Расправились официально, а ведь мог погибнуть в автокатастрофе.
Через месяц после смерти Сталина — списали всё, уже другой расклад. Видимо, Берия хотел списать еще больше, возможно, отодвинуть партию от хозяйственного управления, как при Ленине. За это же четыре года спустя погорел Жуков, стремившийся ограничить полномочия политработников в армии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
