— Барантер, а Декар знал, какую змею пригрел на своей груди? — проговорила я, искренне удивляясь, что еще на это способна.
У меня не было сомнений, кто сейчас стоял передо мной. Обступленный со всех сторон черной стражей, барон Барантер Верделет Вуал. Долгие столетия этот оборотень был ближайшим советником Декара. Именно ему доверил озвучивать посмертное завещание императора. Именно он был хранителем большинства тайн семьи Валлийских. Теперь стало понятно, почему орден Агалиарепт был так неуловим.
— Значит, я ошибся, — устало заключил Барантер. — В тебе еще достаточно сил, чтобы бороться.
Я молчала не по тому, что не хотела, ответить. Не смотря на то, что думал мой нечаянный гость, просто действительно сил больше не осталось.
— Поверь, я даже делаю тебе одолжение, — неожиданно озвучил свою версию происходящего старый оборотень. — Там, далеко уже давно идет беспощадная война. Жертвы требуют Ангела Смерти. Но мы не позволим. Мир будет наш…
Я рассмеялась, задыхаясь, вновь чувствуя, как каждая частичка словно рвется от боли… Фанатики. Обезумевшие. Они поклонялись неведомому культу, совершенно не задумываясь об истине…
— Так почему я еще жива? — смогла прохрипеть я. — Убили, и проблемы бы ваши решились.
Наверное, улыбка, которой я одарила обезумевшего оборотня, была ужасной. Барантер даже сделал несколько шагов в сторону двери.
— Не все так просто. Если Ангел Смерти поддет от чужой руки, то Ирида сможет призвать нового. А вот если спрятать сосуд с сутью правой руки божества, ослабить его…
— Но все равно держать вечно вы меня не можете, — предрекла я не минуемое.
— И не требуется. Великая битва близка к своему завершению…
Наверное, сил во мне и впрямь осталось мало. Несмотря на всю свою злость, ненависть… Я отключилась. Снова черная болезненная пелена сковала мое сознание.
Когда очнулась в камере вновь царили темнота и одиночество. Дни, ночи, недели потянулись обычным кошмарным чередом. Так же регулярно приходил палач. Так же я оставалась одна, и мысленно сопротивляясь… Затем всеми силами, старалась не давать начаться процессу регенерации. Может, наконец, придет освобождение и смерть сжалиться надо мной? Все равно тело против воли восстанавливало кости, суставы, кожу… Раз за разом я все чаще прибывала в состоянии бреда, болезненного забытья. Мне начали видятся необычные, яркие видения… Маркус, Дерек и даже Алекс… Затем ко мне начал приходить Декар и Фридрих. Они с сожалением смотрели на меня, скрашивая мое одиночество.
— Поднимайте ее!
Я с трудом раскрыла слипшиеся под коркой крови глаза. Толи я окончательно обезумела, толи мой палач размножился. Теперь в моей маленькой камере помимо меня находилось еще четыре черных силуэта. Они нещадно дергали меня за приросшие кандалы и волокли в центр комнаты.
— Быстрее времени нет…
У меня как раз времени было уйма. Но я была не в состоянии, что — то спрашивать, словно поломанная кукла подчинялась любому движению палачей. Да и если честно, то уже было не интересно…
Тем временем, черные существа разделились по обязанностям: двое держали меня за руки, один читал не понятные для меня заклинания, еще один сверкал остро заточенным ножом…
«Неужели это конец?» — я сама не поняла, обрадовалась я этой мысли или…
Додумать я не успела. Помимо моей воли за спиной распахнулись воздушные крылья, поднимая в воздух комья грязи и мутной воды. Кажется, я закричала?
Между тем, палач, который держал в руках нож, с явной целью приблизился ко мне…
Я кричала. Я билась. Не понятно, откуда взялись силы, но я сражалась… Бесполезно. Слишком слаба…
Два огромных белоснежных крыла, залитые кровью, были брошены к моим ногам. Боль…Разве можно описать боль, когда у тебя на живую вырывают сердце? Разве можно описать страдания, когда из твоих глаз текут кровавые слезы?
Мне не дали опомниться. Быстро схватив за кандалы, вновь приковали к сырой, холодной стене. Но сейчас прохлада, медленные струи студеной воды по каменной кладке, хоть немного остужали пожар, горевший за моей спиной. А я смотрела на два белых крыла, которые медленно растворяются в пространстве.
«Хоть они теперь свободны», — промелькнула мысль, прежде чем я вновь погрузилась в болезненное забытье.
После этого ко мне уже никто не приходил. Видимо моим палачам, показались достаточными страдания. Или посчитали, что я и так долго не протяну. Вновь время, наполненное болью потянулось медленно, неспешно…
— Милолика!? Ангел…
Я брежу. Где-то издали, слышится еще знакомый и родной голос. Я его еще не забыла. Не могла забыть.
Звон цепей о каменную кладку, болью отзывается в тяжелой голове. Неимоверными усилиями я чуть приоткрываю глаза.
— Маркус, — одними губами проговариваю я.
Вот сейчас мне было хорошо. Я ведь могу попрощаться… Собрав последние силы я протянула руку к родному лицу, едва прикоснулась, как кисть словно с ковалось свинцом, безжизненно ударяясь о каменный пол.
— Прости.
Меня поглотила тьма. Сил не осталось. Сердце перестало биться… Дыхание исчезло…
* * *
Мне казалось, что я нахожусь в состоянии невесомости. Словно качаюсь на сотканных из воздуха качелях. Повсюду было тепло и светло…
«Откуда в темнице свет?» — задает логичный вопрос разум.
Пытаюсь прислушаться к своим ощущениям. И ничего не чувствую. Боль исчезла.
А потом было падение. Словно меня столкнули в глубокое ущелье. Только мне не суждено было разбиться.
Я вновь ощущала свое тело. Точнее тела, я как раз не ощущала, лишь непонятные чувства того, что я в безопасности…
Я с трудом открыла глаза. Яркий свет тут же заставил зажмуриться. Я услышала, чей — то громкий вздох и горячие пальцы начали прикасаться к моей руке лицу…
— Стефан?
Мне показалось или я действительно еще жива? И даже могу говорить…
— Тихо Лика, все хорошо, — успокаивал меня бархатистый тон. — Ты дома. Теперь все будет хорошо.
Голос мага при каждом слове ломался. Движения его были неумелыми, хаотичными.
Я снова заставила себя открыть глаза. Посмотреть вокруг. Стефан был не видением. Маг действительно сейчас находился рядом со мной. Вот только он сильно изменился. Черты лица стали острее, жестче. Вместо длинных светлых волос теперь была короткая прическа. Вместо аристократической белизны, вся кожа была сильно загорелой и обветренной. И на ней были десятки шрамов…
— Стефан сколько меня не было? — смогла произнести я, вновь чувствуя мучительную боль.
Маг дернулся. Крепко сжал кулаки.
— Восемь лет, — прохрипел Стефан. — Восемь лет мы, не останавливаясь ни на минуту…
