Конечно, так рассуждает нехудшая часть осужденных, и с этим мнением можно согласиться. Более того, необходимо отметить существование определенной зависимости между стилем руководства отрядом со стороны его начальника и характером отношений актива с лидерами неформальных групп. В данном случае стиль руководства связывается с тем, какие нормы (формальные или неформальные) в основном поддерживаются начальником, насколько он контролирует положение в подчиненном ему сообществе людей, а все это тоже влияет на уровень насилия. Если руководитель придерживается главным образом официальных предписаний, если он твердо проводит свой независимый курс, знает все наиболее важные события и ситуации в отряде, агрессивные действия там редки. При этом он, конечно, должен ориентироваться и на неформальные общечеловеческие ценности, которые присущи и преступникам. Такая ориентация способна еще больше укрепить его авторитет, сделать его носителем справедливости.
Среди причин преступного насилия в местах лишения свободы особое место занимают те, которые связаны с недостатками и упущениями в деятельности администрации. Указанные недостатки имеют не только прямое криминогенное значение, но и существенно затрудняют процесс исправления осужденных.
В целом указанные недостатки можно сгруппировать следующим образом: 1) применение представителями администрации насилия к осужденным (от словесных оскорблений до рукоприкладства), что может вызвать ответную агрессию в отношении не только должностных лиц, но и других преступников; 2) попытки добиться некоего подобия дисциплины путем подстрекательства к физическим расправам одних осужденных (как правило, неформальных лидеров и их окружения) над непокорными; такое иногда бывает в колониях для несовершеннолетних; 3) несправедливое разрешение возникающих в среде преступников конфликтов, причем наиболее опасны и аморальны случаи, когда предпочтение отдается явно более сильному или заведомо неправому, например «вору в законе» или другому подобному лидеру; 4) нежелание администрации вообще вмешиваться в конфликты между преступниками; 5) неумение, а иногда нежелание администрации защитить обижаемого, отвергаемого, что, помимо всего прочего, создает общую атмосферу «беспредела», укрепляя уверенность лишенных свободы в том, что они полностью во власти произвола; 6) сокрытие фактов насильственных преступлений от учета, нежелание реагировать на них, что формирует цепную реакцию агрессии и жестокости; 7) непонимание, что в современных условиях унижение личного достоинства, в какой бы форме оно ни проявлялось и от кого бы ни исходило, воспринимается крайне болезненно; столь же остра реакция осужденных на помехи в получении материальных благ, в первую очередь продуктов питания, а также препятствия в общении с родными и близкими, другими лишенными свободы, в проведении досуга и т. д.; 8) неудовлетворительная организация охраны и надзора за осужденными, слабый контроль, в том числе оперативный, за их поведением.
Администрация многих пенитенциарных учреждений не в должной мере отдает себе отчет в том, что она должна строже регулировать и контролировать процессы, протекающие в субкультуре осужденных. Это совершенно необходимое условие для повышения эффективности деятельности по исправлению преступников, а значит, и по профилактике правонарушений в их среде.
Администрация, безусловно, должна быть высшим авторитетом для осужденных, ни в коем случае не уступая здесь позиции «ворам в законе» и другим лидерам преступного мира. В этой связи необходимо подчеркнуть, что представители администрации в глазах осужденных должны быть носителями идеи справедливости, т. е. каждый из них должен быть уверен, что именно у администрации и ни у кого другого он найдет справедливое решение своей проблемы. Справедливость – одна из самых высоких ценностей среди людей, лишенных свободы, во имя ее обеспечения совершаются многие насильственные акты.
Криминогенное значение могут иметь недостатки и упущения в воспитательной деятельности мест лишения свободы. Их можно сгруппировать следующим образом:
1. Отсутствие дифференцированного воспитательного воздействия на осужденных. Сейчас еще плохо выявляют субъективные причины, которые привели данного человека к совершению преступления и могут вновь породить преступное поведение. Воспитательное воздействие на взяточника, например, сейчас практически такое же, как на осужденного за убийство.
2. Сотрудники исправительных учреждений недостаточно владеют приемами и навыками педагогического воздействия на осужденных, не умеют профессионально использовать данные о психологии личности конкретного лица (если такие данные имеются) в своей воспитательной работе.
3. В пенитенциарных учреждениях отмечается низкий уровень общеобразовательного обучения осужденных, которое, как известно, обладает немалым воспитательным потенциалом. Во многом утрачены воспитательные возможности труда.
Когда подозреваемый или обвиняемый в совершении преступления берется под стражу, особенно если это происходит с ним впервые, данное обстоятельство воспринимается и переживается как сильнейший стресс. Поэтому человек мобилизует все свои внутренние ресурсы для защиты от обвинения, сохранения собственного достоинства, отпора возможной агрессии со стороны тех, кто тоже лишен свободы, и т. д. В связи с этим у него почти не остается сил на то, чтобы разобраться в себе самом, в содеянном, определить собственную вину и меру ответственности, чтобы прийти к подлинному покаянию, а не просто к формальному признанию себя виновным, что обычно не имеет ничего общего с покаянием. Обвиняемый во время суда, а затем и после осуждения, если он направлен для отбывания наказания в места лишения свободы, также продолжает находиться в обороне, что продолжает мешать ему сосредоточиться на субъективных нравственных проблемах; осужденные, как показало специальное исследование, чаще всего думают о разных, действительных и мнимых, несправедливостях, допущенных по отношению к ним, пытаются хоть как-то восполнить то, что отнято у них тюрьмой. Понятно, что и здесь у них мало возможностей сосредоточиться на своей вине и прийти к действительному покаянию.
Пока что пенитенциарная практика, воспитательная прежде всего, очень мало делает для того, чтобы разорвать этот незримый порочный круг, который способствует совершению новых преступлений, в том числе в местах лишения свободы.
Что касается преступлений, совершаемых сотрудниками пенитенциарных учреждений, то они вызываются как общими причинами, порождающими преступность, так и специфическими для этих учреждений. Во-первых, это упомянутые выше удаленность многих из них от крупных городов и изолированность, что приводит к снижению общей культуры сотрудников, огрублению нравов, примитивизации потребностей. Во-вторых, труд пенитенциарных работников оплачивается низко, у них плохие жилищно-бытовые условия жизни. Между тем поборы с осужденных и родственников представляют собой доступный и несложный способ улучшения их материального положения.
В местах лишения свободы сейчас работает 344,7 тыс. человек. Причины, порождающие преступления как арестованных и осужденных, так и представителей администрации мест лишения свободы, должны быть объектом профилактического воздействия. В частности, необходимо: строже контролировать жизнь осужденных, особенно конфликты в их среде, справедливо разрешать конфликты, принимать меры к нераспространению тюремной субкультуры; обеспечивать защиту жизни, здоровья, чести и достоинства лишенных свободы; не допускать проникновения к ним алкоголя, наркотиков и других запрещенных предметов, пресекать все связи, которые могут привести к нарушениям правопорядка. Не меньшее значение имеет улучшение воспитательной работы в колониях и иных заведениях, укрепление контроля за их деятельностью со стороны вышестоящих органов Министерства юстиции Российской Федерации, прокуратуры и общественных организаций.
По инициативе Министерства юстиции Российской Федерации утверждена Федеральная целевая программа «Реформирование уголовно-исполнительной системы на 2002–2006 годы», которой предусмотрено введение в ближайшие 5 лет дополнительно 46 тыс. мест для содержания обвиняемых и подозреваемых, 215 тыс. кв. м жилья для сотрудников следственных изоляторов и тюрем, обеспечение работой 40 тыс. осужденных.
При исправительных колониях функционируют 282 вечерние общеобразовательные школы и 205 учебно-консультационных пунктов, где получают образование более 60 тыс. осужденных, действуют 286 церквей и храмов, 662 молитвенные комнаты. Медицинское обслуживание осужденных и подследственных обеспечивают 119 больниц различного профиля, а также медицинские части и здравпункты в каждом учреждении.
