слышала, что он твой сокомандник.
— Да, он мой друг, — на мой ответ она бросила на меня настороженный взгляд. — А что не так? Он вам не нравится? — я поначалу даже испугалась. Мне больше всего не хотелось, чтобы мой сенсей входила в ту категорию людей, которые считают его монстром.
— Да, — кивнула она, — когда он пребывал в ЛПУ[33], то вечно нарушал правила, и даже доходило до того, что он сбегал, — нахмурила она брови, и я поняла, что Иоши недолюбливает его из-за непоседливости, а не из-за того, что он джинчуурики.
Ирьёнин приступила к осмотру руки.
— А ты знаешь, зачем я пришла, если могла отправить к тебе кого-нибудь из моих подчинённых?
— Даже понятия не имею, Иоши-сан.
— Чтобы сказать тебе кое-что, — закончив осмотр, она выпрямилась и посмотрела на меня.
— Ч-что? — такое ощущение, что меня сейчас будут отчитывать.
— За все года нашего знакомства ты приходила ко мне со своей рукой семнадцать раз, это восемнадцатый. Простой человек уже бы умер. Может, у тебя регенерация нечеловеческая, но и ты не железная. В конце концов, ещё несколько раз и твою руку можно будет ампутировать. А знаешь что самое неприятное? Всё это время ты придумывала какие-то оправдания, хотя прекрасно понимала, что я уже давно догадалась. Скажи, чего ты добиваешься всем этим? — в этот раз она была крайне серьёзной. Она и раньше ругала меня за мою руку, но, кажется, ей это уже конкретно осточертело.
Прочитав мне нотацию, она замолчала и начала ждать от меня ответа.
— Иоши-сан… эээ… — подбирала я слова. Было жутко неудобно и стыдно. Она была недовольна и явно разочарована мной.
— Опять скажешь, что ещё рано об этом говорить? — резко прервала она меня. — Ты много молчишь, Ариза. Ты очень скрытный человек. И не только со мной, а со всеми из своего окружения. Если продолжишь молчать, то я однажды приду к тебе не в палату, а в ПАО[34]. Помяни моё слово, Саито. Успешного выздоровления, — сказав мне всю горькую правду, сенсей направилась к выходу.
— Иоши-сан… — подала я голос, когда она была уже у двери. Она остановилась. — Вы полностью правы, я постараюсь исправиться. Но знайте одно, — улыбнулась я, — я не умру. Я ни за что не умру… — мне нельзя умирать.
— К сожалению, Ариза, никто из нас не знает будущего, — вздохнула она, не поворачиваясь ко мне, — но все надеются на лучшее. Ариза, ты умная девочка, так что заканчивай с этим. Я зайду к тебе завтра утром.
— Хорошо, спасибо.
Она права. Она действительно права. Нужно рассказать сенсею про Кабуто и Орочимару и про печать заодно. Ах да, ещё осведомить Минато про нападение на Коноху. И друзьям ещё про техники рассказать, чтобы знали. Плюс, про свиток спросить у Хокаге.
Надо только продумать какой момент для этого будет наилучшим.
А сейчас я лучше буду спать.
***
8:34
20 июля 1056 года
Проснулась довольно поздно, если учитывать то, что уснула я в девять. Мне уже было куда лучше, поэтому лежать на кровати я не собиралась. Встав, я быстро привела себя в порядок. Мыться, конечно, я не пошла, так как у меня бинты и раны, но умылась.
На это утро у меня ещё давно было запланировано погружение в подсознание. Конечно, я думала, это пройдёт в более мягкой домашней обстановке, но, как сказала Иоши-сан, никто из нас будущего не знает.
Не став долго ждать, я погрузилась во внутренний мир.
Первое, что я почувствовала, — это ледяную воду по щиколотки. От неожиданности я аж подпрыгнула. Когда вода успела стать такой холодной?! Она ведь всегда была практически неощутимой! Наклонив голову и внимательно присмотревшись, я заметила, что вода немного фиолетового цвета. Хм…
Через некоторое время я привыкла к ощущениям и оглянулась по сторонам. Нахожусь я сейчас рядом с комнатой, где находится чакра. Всё, что мне остаётся сделать, так это открыть дверь. Что я собственно и сделала.
Я вошла в комнату и пошла к бассейну с чакрой.
Как я и предполагала, изменения на лицо — теперь у меня не один бассейн с чакрой, а два. Один с фиолетовой — чакра от Проклятой Печати Неба, — довольно холодной, а второй с моей — прозрачно-голубой. Вот только если бассейн с моей чакрой был открыт, то бассейн с фиолетовой чакрой был накрыт железной клеткой. Помимо всего этого бассейны были как-то связаны друг с другом — я этого не видела, но чувствовала.
Почему вода в подсознании стала холодной, я поняла сразу. Бассейн с моей чакрой был заполнен только на одну третью. Всё-таки много я чакры потратила на втором этапе и в отборочном туре. Она просто не восстановилась ещё. А вот бассейн с фиолетовой чакрой был практически переполнен — поэтому железная клетка не могла сдерживать.
Ну, не знаю, насколько точны мои предположения. Впрочем, сейчас это не важно. Мне нужно лишь в кое-чём удостовериться.
Я подошла к бассейну с фиолетовой чакрой змеиного санина. Она плескалась и переливалась на свету, словно хотела выбраться и захватить меня. Овладеть моим телом. И изменить моё сознание. Я встала на железную клетку и пошла по ней. Мне нужно пройти к центру клетки — в середину бассейна.
Кстати, по размеру они равны. Это сразу удивило меня. Так как Орочимару просто не мог столько чакры влить в меня. А это значит одно — бассейн с чакрой санина каким-то образом забирал чакру из основного бассейна.
— Ой! — пискнула я, чуть не оступившись. Прутья находились не близко друг к другу, да и я тут задумалась, ё-моё!
Иногда поднимала ногу, чтобы встряхнуть: железо было жутко холодным. И чем ближе к центру я подходила, тем холоднее оно становилось.
От чакры исходила кровожадная аура. Даже не представляю, что будет, если я в неё окунусь. Я практически кожей чувствую злобу, ненависть и жажду убийства. И последнего было больше всего. Не просто убить, а именно со всей жестокостью, со всей зверской бесчеловечностью.
Это пугало больше всего. Я никогда не воспользуюсь этой чакрой, ведь тут думать не надо, какие будут последствия.
Добравшись до середины, я увидела там то, что и ожидала, а именно — какую-то печать. Она находилась в виде круга на пергаменте, а от неё исходили иероглифы
