Студенты связываются с учеными на Южном полюсе 10 января состоится прямой репортаж с Южного полюса с участием Элизабет Фелтон, 17-летней выпускницы средней школы из Чикаго. Фелтон воспользуется данными американской геологоразведочной экспедиции, чтобы уточнить положение медного указателя, обозначающего Южный географический полюс Земли, с учетом ежегодного передвижения ледового щита».
Вопрос в том, ползет ли только ледяной щит или движется вся земная кора? И тогда уже речь может идти не просто о «необычном диалоговом учебном проекте», который имел место в января 1995 года; может, быть, Элизабет Фелтон, сама того не зная, регистрировала продолжающееся ускорение движения коры?
Ученые так не считают. Однако, как мы узнаем из последней главы, грядущее столетие характерно тем, что древние пророчества и поверья в один голос объявляют его эпохой беспрецедентного хаоса и тьмы, когда зло будет твориться в тайне, а Пятое Солнце и Четвертый Мир придут к своему концу…
ЭКСПОНАТ 14
Кобе, Япония, вторник, 17 января 1995 года: «Внезапность, с которой землетрясение нанесло удар, была почти жестокой. Только что мы спали, а в следующее мгновение пол, да и все здание, обратились в желе. Но то, что происходило, отличалось от нежного колыхания жидкости. Эта была мерзкая, выворачивающая внутренности вибрация ужасающей силы…
Представьте себе, что вы в постели, самом безопасном в мире месте. Кровать ваша на полу, к которому вы привыкли относиться как к прочному основанию. И вдруг без предупреждения мир превращается в сервироврчный столик, и вам больше всего хочется спрыгнуть.
Но, наверное, самое страшное — это звук. Это не монотонный рокот фона. Это оглушающий рев, который идет отовсюду и неоткуда, и звучит он как конец света».
Это — свидетельство Денниса Кесслера, очевидца землетрясения в Кобе, напечатанное в лондонской «Гардиан» 18 января 1995 года. Толчок длился 20 секунд, сила его составляла 7,2 балла по шкале Рихтера; погибло свыше 5 тысяч человек.
Глава 52
КАК ВОР В НОЧИ
В мире существуют некоторые структуры, некоторые идеи, некоторые интеллектуальные ценности, которые иначе, как таинственными, не назовешь. Я начинаю подозревать, что человечество само создает для себя смертельную опасность, не пытаясь учитывать возможные последствия этих тайн.
Мы обладаем способностью, уникальной в животном мире: учиться на опыте своих предшественников. После Хиросимы и Нагасаки выросли и стали взрослыми два поколения, которые знают, какими ужасными последствиями грозит использование атомного оружия. Об этом будут знать и наши дети, не испытавшие этих ужасов лично, и передадут это знание дальше, своим детям. Это означает, что знание того, чего можно ждать от атомных бомб, стало частью исторического наследия человечества. Сумеем ли мы извлечь пользу из этого наследия, зависит от нас. Тем не менее это знание существует и оно в нашем распоряжении, поскольку хранится и передается в виде письменных документов, в киноархивах, в аллегорических картинах, мемориалах войны и т. д.
Не всё свидетельства прошлого пользуются тем же доверием, что память о Хиросиме и Нагасаки. Напротив, подобно канонической Библии, свод знаний под названием «История» представляет собой такой продукт культурной деятельности человека, из которого много выпущено. В частности, из нее полностью выпал исторический опыт, накопленный человечеством до изобретения 5 тысяч лет назад письменности, а слово «миф» стало синонимом заблуждения.
А если это не заблуждение?
Представьте себе, что Земле грозит грандиозный катаклизм, способный стереть с лица планеты достижения нашей цивилизации и уничтожить большинство из нас. Представьте, что, перефразируя Платона, этот катаклизм вынудит нас «начать с детства, в полном неведении и относительно того, что происходило ранее». При таких обстоятельствах какие свидетельства сохранятся у наших потомков через десять-двенадцать тысяч лет (все письменные документы и киноархивы давно погибли) о том, что произошло с японскими городами Хиросимой и Нагасаки в августе 1945 года христианского летосчисления?
Легко вообразить, как они могли бы говорить, пользуясь мистической терминологией, о взрывах, которые испустили «ужасную вспышку света» и «страшный жар». Думаю, что не слишком удивил бы и примерно такой «мифический» отчет:
«Пламя снарядов, пущенных Брахмастрами, соединилось воедино, и вместе с огненными стрелами заполнило землю, небо и все пространство между ними, и возник пожар, пылающий, словно всесжигающее Солнце в конце света… И тогда все намеченные Брахмастрами к сожжению и видевшие ужасное пламя их снарядов почувствовали, что это — огонь Пралайи, что сжигает мир».
Как насчет «Эноды Гай», что доставила бомбу в Хиросиму? Каким запомнился бы нашим потомкам этот странный самолет, а также эскадрильи других, бороздивших небеса нашей планеты в двадцатом столетии христианской эры? Не кажется ли вам возможным, более того, очень вероятным, что в их преданиях запечатлелись бы «небесные повозки» и «небесные колесницы», «просторные летающие машины» и далее «воздушные города»? И тогда эти чудеса вполне могли бы воплотиться в мифические описания типа нижеследующих:
• «О ты, Упарикара Басу, просторная воздушная летательная машина прибудет к тебе, и ты, единственный из смертных, будешь восседать на ней, подобный божеству».
• «Васвакарма, будучи среди Богов строителем, построил для них воздушные средства передвижения».
• О ты, потомок Куруса, этот злодей прибыл на всепроникающей самодействующей летающей повозке, известной как Саубхапура, и пронзил меня своим оружием".
• «Он вошел в излюбленный божественный дворец Индры и увидал тысячи летающих повозок, предназначенных для богов, лежащих неподвижно».
• «Боги прибыли, каждый на своей летающей повозке, чтобы стать свидетелями битвы между Крипасарьей и Арджуной. И даже Индра, владыка Неба, прибыл на своей особой летательной повозке, в которой могли разместиться 33 божества».
Все эти цитаты взяты из «Бхагаваты Пураны» и «Махабхараты», двух капель в океане древней литературной мудрости Индийского субконтинента. И такие образы повторяются во многих других древних преданиях. Например, как мы видели в главе 42, «Тексты пирамид» заполнены описаниями полета:
«Царь — пламя, движущееся быстрее ветра к пределу неба и краю земли… Царь путешествует по воздуху и пересекает землю… ему приносят средство вознесения на небо…»
Может быть, постоянные ссылки в древних литературных произведениях на нечто, напоминающее авиацию, являются историческим свидетельством достижений забытой и далекой технологической эпохи?
Мы никогда не узнаем, если не попытаемся докопаться. Но до сих пор мы и не пытались, поскольку наша рациональная, научная культура считает мифы и предания «неисторичными».
Не сомневаюсь, что многие неисторичны. Однако, закончив исследования, положенные в основу этой книги, я убежден, что многие другие так назвать нельзя.
НА БЛАГО ГРЯДУЩИХ ПОКОЛЕНИЙ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
Рассмотрим такой сценарий. Допустим, мы точно установили на основе надежных данных, что нашей цивилизации предстоит скорая гибель от гигантского геологического катаклизма — например, поворота на 30° земной коры или лобового столкновения с железо-никелевым астероидом диаметром в пару десятков километров, несущимся к нам с космической скоростью.
Разумеется, сначала будет масса паники и отчаяния. Тем не менее при условии заблаговременного предупреждения, будут приняты меры, чтобы спасти хоть кого-то и сохранить на благо будущих поколений наиболее ценное из накопленных нами высоконаучных знаний.
Как ни странно, но именно такую модель поведения приписывает древнееврейский историк Иосиф Флавий, писавший в I веке н. э., мудрым и процветающим обитателям мира, которые жили до потопа «в счастии и без каких-либо неприятностей»:
«Они были открывателями того особого вида знания, которое посвящено небесным телам и их порядку. И чтобы их-открытия не пропали — а по предсказанию Адама миру предстояло погибнуть один раз от огня, а другой раз от насилия и обилия воды — они соорудили два столпа, один из кирпича, другой из камня, и записали свои открытия на обоих, на случай, если кирпичный столп будет разрушен наводнениями, то каменный уцелеет и сообщит об этих открытиях человечеству; и также расскажет, что был и второй столп, из кирпича, возведенный ими…»
Подобным же образом, когда астроном из Оксфорда Джон Гривз посетил Египет в XVII столетии, он собрал местные старинные предания, которые приписывали сооружение трех пирамид в Гизе мифическому царю, жившему еще до потопа:
