Артур запрокинул голову и начал терять сознание. Всей тяжестью повис на руках Драйма. Побратим тащил его, выбиваясь из сил. «Почему не даю ему спокойно умереть? Ведь не дойдем же…»
С мрачным упорством Драйм спускался по узкой извилистой улочке. Артур то терял сознание, то приходил в себя, стонал, захлебывался кровью.
Улочка выходила на площадь, и Драйм остановился, услышав цокот копыт. Какой-то отряд промчался от замка к воротам. Драйм не видел всадников, потому не беспокоился, что его заметят. Отряд… Кто мог скакать к воротам? Только люди Магистра — устроить засаду. Значит, из города не выйти, до Турга не добраться. Укрыться в соборе?
Драйм сделал еще несколько шагов. Щурясь, обвел глазами площадь. Там собралось множество народу. Из домов выбегали испуганные, полуодетые горожане. Почти все окна были распахнуты. С площади невозможно было увидеть замок, но по небу разливалось зарево. То и дело слышалось:
— Что это горит?
— Где пожар?
— Замок горит!
— Нет, не может быть.
— Как бы на город не перекинулось! Помните, как десять лет назад? Полгорода — подчистую.
— Ну, в тот раз замок не задело.
— Тогда еще повезло: снег лежал.
Уже возвращались с пожарища очевидцы и рассказывали о таких невиданных разрушениях, что никто не хотел верить. Слушатели в сомнении покачивали головами и тут же принимались расспрашивать друг друга, хотя ясно было, что никто не знает большего.
На площади горели костры, и в то время как одни горожане не находили себе места от беспокойства, другие, изрядно захмелев, продолжали праздновать победу и возвращение короля.
Драйм, понимая, что в такой суматохе они с побратимом ничьего внимания не привлекут, свернул к собору. Артур очнулся, вцепился ледяными пальцами ему в плечо.
На ступенях собора сварливо переругивались двое нищих. Какой-то грязный, оборванный мальчишка подскочил к Драйму, скороговоркой выпрашивая монету. Драйм повернулся, и в свете костра стал отчетливо виден каждый рубец на его лице. Мальчишку как ветром сдуло.
Двери собора были заперты. Артур стискивал зубы, удерживая стон.
— Надо постучаться в один из домов. — Драйм оглядывал разноцветные фасады.
Хозяин любого дома мог оказаться сторонником Магистра. Кому довериться? Кто осмелится после событий этой ночи приютить короля? Утром город окажется во власти Магистра. Если хозяева донесут — тогда смерть более мучительная, чем от стрелы.
Артур мутными глазами обвел фасады:
— Туда.
Теперь и Драйм заметил огромный венок из алых маков, прибитый над дверью. Такой знак могли вывесить только сторонники короля. В этом доме все ставни были заперты. Драйм не то усадил, не то уложил брата на ступени и забарабанил в дверь. «Если хозяев нет? Ушли поглазеть на пожарище?» Наверху скрипнули ставни. Драйм вскинул голову, крикнул в темноту окна:
— Помогите!
Наверху ответили — коротким, сразу захлебнувшимся женским криком. «Не откроют. Побоятся». Распахнулось соседнее окно, выглянула девушка, свесились через подоконник тяжелые черные косы.
— Сейчас отопрем.
Затем… Кто-то поворачивал ключ в замке и не мог повернуть. Кто-то не на жизнь, а на смерть сражался с дверью. Драйм оглянулся через плечо. Нет, горожанам было не до них. Толпа поредела — большинство отправилось-таки к замку. Остальные, собравшись вкруг костров, дожидались известий, обсуждали случившееся, высказывали догадки. На праздных гуляк никто не обращал внимания. В эту ночь многие не держались на ногах.
Дверь распахнулась. Рыжая Плясунья кинулась к Артуру.
«Так не бывает», — только и успел подумать Драйм. Следом за Плясуньей на крыльцо выскочил огромный мужчина.
— Куда?! — заорал он, вообразив, будто девушка собралась бежать из дома.
Замер, увидев короля.
— Скорее, да помогите же! — обернулась к нему Плясунья.
Драйм испугался, что она переполошит всю площадь. Оружейник подхватил Артура за плечи, Драйм — за ноги. Внесли в дом. Драйм успел еще сорвать венок, красовавшийся над дверью, швырнуть в переднюю. Захлопнул дверь, задвинул засов. Посмотрел на лежавшего на полу побратима. Плясунья металась вокруг, не зная, чем помочь, и мешая остальным. Артур открыл глаза, и Плясунья ринулась к нему с таким жаром, что Драйм ужаснулся: погасит еле тлевшую искру жизни. Артур улыбнулся.
— Осторожнее, красавица, — розовые пузыри лопались на губах, — испачкаешь платье.
Плясунья заломила руки. Музыканты появились откуда-то из глубины дома, остановились позади Оружейника.
Заскрипели ступеньки. По лестнице спускалась высокая девушка. Черные косы перекинуты через плечо. В руках таз с водой.
— Нужен лекарь, — заявила она.
Драйм вновь обрел способность думать:
— Либурне. Я приведу.
— Останься, — девушка повернулась к хозяину. — Отец, придется пойти тебе. Другие — Магистру пожива.
Хозяин хмуро, исподлобья взглянул на Драйма, потом на дочь. Не возразил. Молча накинул плащ. Драйм, путаясь, сбиваясь, объяснил, как найти дом лекаря.
Оружейник так же молча шагнул за дверь. Девушка коротким кивком велела Флейтисту задвинуть засов. Открыла дверь одной из комнат нижнего этажа:
— Несите сюда.
И вот Артур оказался в той самой комнате, на той самой кровати, где лежал когда-то больной Менестрель. По лицу Плясуньи потоком бежали слезы.
Черноволосая девушка поставила на пол таз с водой, протянула Плясунье ножницы:
— Надо разрезать на нем одежду.
У Плясуньи так тряслись руки, что Драйм вновь испугался за жизнь побратима. Но девушка, получив возможность помочь, взялась за дело с усердием и аккуратностью.
Хозяйка отослала музыкантов:
— Вы пока не нужны, — коснулась плеча Драйма:
— Идемте, я покажу, где дрова. Надо растопить здесь очаг.
Ни Плясунья, ни Драйм не могли сосредоточиться на самых страшных минутах ожидания. Им приходилось кипятить воду, заваривать поданные Гильдой травы, готовить полотно для повязок, смывать кровь и грязь… Они успевали взглянуть на Артура, простонать: «Где же лекарь?» — и снова принимались за дело.
Когда же послышался стук во входную дверь, Драйм с Плясуньей разом бросили терзаемое полотно. Плясунья вылетела в переднюю. Флейтист отворил дверь. Вошел Оружейник, и Плясунья задохнулась.
— Привел?
— Да.
Следом за Оружейником переступил порог невысокий человек в коротком воинском плаще. За спиной его висел здоровенный дорожный мешок, в руках был еще один — поменьше.
Ограничившись коротким кивком вместо приветствия, лекарь снял заплечный мешок и вручил его Флейтисту, ему же на руки скинул плащ и так стремительно вошел в указанную Оружейником комнату, что Плясунья, стоявшая в дверях, едва успела отскочить. Метнулась следом за лекарем, встала рядом с Драймом. Либурне, мельком взглянув на них и словно не узнав Драйма, скомандовал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
