им. Сотрудничайте. Россия и Германия вместе смогут горы свернуть. Никто и никогда не сможет нас опустить так, как было в наших странах после Первой мировой. Которую, кстати, и развязали для того, чтобы нас поссорить.
– Да, если меня не расстреляют в вашей стране как одного из главных врагов СССР, мне бы хотелось хотя бы иногда с вами беседовать.
– Не буду скрывать, мне тоже это будет интересно. И да, никто вас не расстреляет. Сталин очень умный человек, не считайте его кем-то вроде вашего бесноватого Адольфа.
– Вы раскрыли мне глаза, господин майор. Я хотел бы помочь вам немного. Тот человек, что остался лежать на берегу…
– Англичанин? – перебил я Канариса.
– Да. Так вот, он пэр Англии, очень богатый и влиятельный человек.
– Был, – коротко отрезал я.
– Ну да, ну да. Был. Так вот, вы прихватили кучу документов, среди них есть и мой портфель, кстати, там есть сведения о вас.
– Обо мне? – удивился я.
– Ну не лично, конечно, о ваших ликвидационных группах, как их называют у нас.
– А, вот в чем дело, ладно, посмотрю на досуге.
– Только не открывайте портфель без меня, он заминирован. Речь сейчас не об этом, я, конечно, сниму заряд. В портфеле того англичанина есть бумаги, прочитав которые, ваши следователи, или кто там у вас будет ими заниматься, просто отправят их в урну.
– Есть какой-то секрет, – предположил я.
– Да, конечно. – И дальше мне поведали очень интересную историю.
В портфеле какая-то «супер-пупер» навороченная бумага, точнее чернила, какими написаны бумаги. Помните детские рассказы об Ильиче и его чернилах из молока, вот тут было похожее. Сейчас на листах была информация, что заведомо заинтересует людей, их получивших. Там были деньги. Как сделать так, чтобы враги не стали искать важную информацию, а удовлетворились бы малым, правильно, надо дать денег, просто так. В тех бумагах множество счетов, которыми можно воспользоваться, нет, наглы не расщедрились. Это немецкие бабки, наглы не рискуют своим, никогда, от слова «СОВСЕМ». Но если обработать страницы нужным реагентом, проявится то, что и было спрятано от посторонних глаз. Что именно, мне поведал адмирал, ну проникся мужик, он ведь уже послужил свое, хочет просто отдохнуть. Поговорил со мной, поверил и открылся.
В документах зашифрованы все данные о разработках амеров в области деления ядер. Да-да, англы слили фрицам проект «Манхеттен», правда так и не доработанный, с божьей помощью. Надо признать, немчура очень быстро разобралась бы, что к чему, а дальше… Вот адмирал и зарабатывал себе очки. С помощью Канариса мы разминировали все портфели, в каждом была шашка, способная гарантированно сжечь все бумаги.
– Господин майор, вы надеюсь, понимаете, что будет, если мое руководство получит эти данные?
– Отлично понимаю. Мир перестанет существовать!
– Почему так категорично?
– Наши ученые давно это поняли и доказали, именно за это их и уничтожали в сорок втором. Якобы ваши солдаты уничтожали.
– Я совершенно не понимаю, о чем речь. Я, как руководитель разведки, точно не отдавал приказов на уничтожение ваших ученых, уж поверьте, – Канарис был очень красноречив.
– Верю, – просто сказал я, – просто я знаю, кто отдавал такой приказ. Успокойтесь, это вообще не немцы.
– Вот как? А кто, это секрет?
– Да, это закрытая информация.
– Теперь я понимаю, кажется, кто стоит за устранением Оппенгеймера, Гровса и других…
– Я вам ничего не говорил, – усмехнулся я. Ну а что, думаете такой человек не догадывался раньше? Чушь, мы оставили в Америке немецкий след. После наезда Штатов на Гитлера тот явно инициировал расследование.
– Я тоже кое-что знаю, – вдруг произнес Канарис.
– Интересно, – поднял я бровь.
– Вы, наверное, тот самый капитан Новиков, ну, теперь, видимо, уже майор, я прав? – адмирал смотрел на меня с интересом.
– О как! И откуда же вы так осведомлены? – сказать, что я был удивлен, вообще ничего не сказать. Зато теперь понятна его открытость и желание поговорить.
– Ну, не у одних Советов разведка работает, – многозначительно продекламировал адмирал. Конечно, разведка у фрицев очень хороша, особенно в части, касающейся вербовки.
– Кто-то у нас наверху работает на вас, так?
– Скажем так, помогает кое в чем, на не безвозмездной основе.
– Опять деньги! Куда ни плюнь, всюду бабки, – проговорил я на русском.
– Да, деньги интересуют многих людей, разница только в количестве, – подтвердил Канарис на русском. Вот зараза, а в личном деле про это ни полслова.
– Вы хорошо говорите на нашем языке, – кивнул я одобряюще адмиралу.
– Должность заставляла, вот и изучал. На самом деле я знаю свои возможности, ваш язык очень трудный.
– Да и ваш не проще.
– Я очень бы хотел услышать о той вашей операции в Америке, к сожалению, это не в моих силах. Но о вас знаю не только я. Информация есть и на острове, не от нас ушло, прямо из Москвы. Буквально пару недель назад был разговор, что для вас что-то готовят, к сожалению, я не знаю, что именно.
– Хорошо, кто предупрежден…
– Именно так, молодой человек.
– Оставляю вас, господин адмирал, мне нужно отдать распоряжение моим людям. Скоро берег, а нам еще долго добираться до дома.
– Думаете, у вас получится, наших войск тут мало, но вычислить, куда вы направляетесь, не трудно. Надеюсь, в горы вы нас не потащите?
– О нет, все будет проще, и я надеюсь, что именно поэтому все и получится.
– Да, насколько мне известно, из вашего досье, неудач вы не знаете, и всегда возвращаетесь.
– Поражен вашей осведомленностью, – еще раз признался я и, кивнув, вышел из каюты.
Шли по озеру мы ходко. Глубины здесь на удивление очень приличные и опасности нарваться на отмель или какую-нибудь подводную скалу отсутствовали. Заставил выйти на связь с Большой землей и передал информацию о месте встречи. Югославские партизаны должны пригнать нам транспорт прямо к берегу, через час новый сеанс связи, и если все в порядке, то успокоюсь.
Всё получилось. Немного пришлось пострелять, но это нормально, никто не пострадал, ни мои бойцы, ни пленные. Просто в том месте, куда мы причалили, был небольшой пост фрицев. То ли их предупредили, то ли они тут всегда сидят, непонятно, но тут рядом был немаленьких размеров городок, может, эти именно из него и прибыли. Кстати, я ошибся, когда шмонали трупы, удивились тому, что враги уж больно смуглые, правильно, оказалось – макаронники. Как они тут оказались и что тут делают, узнать, разумеется, не удалось, ребята просто покрошили их на подходе к берегу, и все.
Два грузовика, старых, убитых рыдвана, стояли на обочине дороги, ожидая нас. Не
