обманули братья югославы. Старший из встречающих доложил на русском, что все готово и нужно скорее ехать. Немцы уже вовсю рыскают по округе. Загрузившись в кузова, мы двинулись в направлении границы. Путь благодаря горам был очень извилистым, иногда казалось, что мы вообще развернулись, но часов через восемь грузовики, наконец, остановились, и тот же старший из партизан подошел к машине.
– Товарищ, к сожалению, через границу надо идти пешком. Тут фашистов мало, но все же нам приказано не рисковать.
– Как скажете, уважаемый. Ведите.
На границе и правда было мало солдат противника, прошли достаточно легко. При приближении к месту перехода я взял и изменил маршрут.
– Что вы хотите, я не понимаю вас? На той стороне нас уже ждут, а вы предлагаете сменить место перехода! – возмущался наш сопровождающий.
– Да, чем здесь идти, ожидая засаду под каждым кустом, мы пройдем именно там, где у немцев есть пост.
Это не было сумасшествием, только холодный расчет. Неизвестно, кто и где нас может подстеречь, сами «юги» говорят, что ходят здесь всегда, могли же немцы и вычислить их переправу. А там где есть стационарный пост, вряд ли будут сюрпризы, там нас точно не ждут. Был я как всегда прав, более того, мы еще и транспорт взяли, и не пришлось идти пешком. Пограничников было всего отделение при двух пулеметах. Мы с Митрохой за полминуты вдвоем уничтожили весь гарнизон КПП, загрузились в их же грузовики и перешли границу. Так как тут нас не ждали, мы самостоятельно поехали в сторону аэродрома, партизаны подсказывали дорогу, хотя сначала крутили у виска, называя сумасшедшими. На что ответил им Саня Зимин.
– Мы на этом авось войну выиграли почти, так-то!
Аэродром, вообще-то это было просто поле, на окраине которого был замаскирован «дуглас», охранялся партизанами, чуть стрельбы не вышло, но командир партизан, ехавший с нами, помахал каким-то флажком на подъезде, и все обошлось. Растолкав спящих летчиков, приказал готовить машину к взлету.
Эх, хорошо-то как, мы летели уже над Румынией, когда к нам пристроились МиГи сопровождения. Летчик передал мне наушники, и мы перекинулись с истребителями парой фраз, просто для опознания. Тем было приказано сопроводить нас до границы СССР, дальше мы сядем на дозаправку и, нас уже будут сопровождать другие. Честно говоря, небо было абсолютно чистым, и мне казалось, что это лишнее, но командованию виднее.
Когда открылась дверь, я, выглянув наружу, увидел Петровича и Судоплатова, просто помахал им рукой. Я готовился посмотреть на их реакцию, ведь мне нравится эффектное появление. Начальники в курсе, что я кого-то везу, им уже доложили с аэродромов, где мы заправлялись, но вот о том, кто именно с нами, им ничего не известно.
– Здравия желаю, товарищи генералы, группа майора Новикова задание выполнила. Прошу пройти в самолет, – и сблизившись с генералами, добавил: – Кое-что покажу.
Командиры, молча пожав мне по очереди руку, устремились на борт. Эх, о такой реакции я даже не думал.
– Автобус сюда, быстро, – закричал Истомин офицеру, что сопровождал генералов на аэродроме. А потом, выйдя из самолета на поле, схватил меня за плечи.
– Ты хоть представляешь, кого ты припер? Ты знаешь, кто это такие? – вопросы сыпались из Петровича как водопад.
– Чего-то я не понял, вы, товарищ генерал, просили по возможности пленного, тут их семь, что-то не так?
– Ты знаешь, что означает захват только одного из них? Хотя бы адмирала Канариса?
– Ничего я не знаю, и мне не нравится ваш тон, товарищ генерал.
– Дурила, ох и везучий же ты, это же надо такое провернуть! Теперь понятно, почему ты отбрыкивался от наших инструкций и разрабатывал операцию сам.
– Если бы я всегда пользовался вашими планами, я вряд ли дожил бы до сегодняшнего дня, – твердо сказал я, – разрешите отвезти людей отдыхать? Мы устали чуток.
– Серега, конвоирование тоже на вас, уж довезли до Москвы, довезите теперь и до конторы, – игнорируя мои слова насчет планов и руководства, попросил Истомин.
– Вот так всегда, хрен дадут спокойно отдохнуть. Они там смирные все, молчат себе в трубочку, ели вместе с нами, не кочевряжились.
– Как прошло-то, ребята целы?
– Да, все в норме, у Вано ноги болят, еще не совсем в порядке, да Костя ногу подвернул на скале.
– Ну, с Вано-то понятно. Ты же помнишь, я вообще был против его участия. Ладно, сейчас поедем уже, а там и отдых. Все отчеты завтра.
Нас действительно отпустили отдыхать. Только оружие сдали в конторе, у нас там свой склад есть, и дернули к Алевтине. Был вечер, все по очереди отмылись в ванне и завалились спать кто где. Алевтина Игоревна даже не стала расспрашивать, как обычно, ей ведь заранее сообщают, что мы приедем. Истомин как всегда подсуетился и позаботился о нас. Спали как убитые, а наутро всех подняли звонком из управления.
– Майор Новиков? Группе в полном составе прибыть в управление через час, – услышал я в телефонной трубке, едва проснувшись.
Быстренько умылись, Алевтина даже завтрак успела сварганить, и умчались по приказу.
– Ты чего Канарису наговорил? – недобро встретил меня Истомин.
– Да все нормально. Лишнего ничего, я отвечаю за свои слова.
– Ты ему сообщил и звание, и даже чем группа занимается! – вспылил Петрович.
– А вы, товарищ генерал, для начала бы спросили у него, когда он узнал обо мне! – спокойно заметил я.
– В смысле? – осекся командир.
– Да вот в прямом! – я оглядел кабинет и, удостоверившись, что кроме нас двоих и Судоплатова больше ушей нет, продолжил: – Вы, товарищи генералы, разрабатываете тут операции, а враг не только знает о них, но и имена и звания исполнителей. У вас тут так течет, что даже интересно, как до сих пор мы все живы, хотя я знаю как. Точнее, благодаря кому мы еще живы и выполняем задания. Если бы я сам не брался за разработку планов или сообщал вам заранее все, что придумал, меня грохнули бы еще в сорок первом, край в начале сорок второго. Батя, предупреждаю, если что случится с кем-нибудь из моих… Я тут все переверну!
– Ты тут не ори. Работают люди, знаем, что есть у нас гнилье в конторе, но пока выйти не можем.
– Я, блин, сам всех найду и грохну, без вашей помощи. Хватит ждать уже у моря погоды. Учтите, я и Главному это же скажу, если спросит.
– Самодеятельность отставить. Я приказываю тебе, майор, никуда не лезть. Тут работа идет второй год.
– Да все понятно. От меня что-то нужно, прямо сейчас?
– Что значит нужно?
