Да, отца. Зачем? Что изменится, когда я его найду?
Отставив опустевшую бутылку, приступил к следующей. Чтобы отвлечься от самокопания снова, обратился к воспоминаниям. В связанные со мной не лез, опасаясь увидеть там что-нибудь, что мне не понравится.
Я вспоминал города, которых никогда не видел, людей, которых никогда не встречал. И случайно залез туда, куда не стоило влезать. Увидел то, что люди стараются скрывать. У Рады была не самая простая жизнь, эмоциональное давление со всех сторон, слишком мало людей, что относились бы к ней хотя бы неплохо. Ничего удивительного, что у неё были и другие партнёры. Даже тогда, когда она переписывалась с Барнсаром. Бывали случаи, когда днём она писала наивно-глупое романтическое письмо, а ночь проводила в объятиях другого парня. Я её не осуждаю, верность и любовь на расстоянии, когда нет возможности встретиться — вещи почти фантастические.
И всё равно увиденное вызвало чувство стыда. Лёгкое, не такое, чтобы начать самокопания и тем более самобичевание, но от воспоминаний личных решил отойти, сосредоточившись на магии. Однако быстро оказалось, что меня учили лучше. Настолько, что ничего принципиально нового Рада мне дать не могла, кроме, может быть, навыков обращения с огнём.
В комнате всё равно пахло алкоголем, и я вышел на балкончик, посмотреть на вечерний город. Взгляд начал цепляться за девушек, что иногда попадались на улицах. Для меня трезвого они бы не представляли интереса, но сейчас выглядели вполне ничего. О чём это говорит? О том, что я уже порядком пьян.
Сделал большой глоток и вернулся в комнату, пока идея отправиться на поиски приключений не начала пересиливать здравый смысл. Попытался вернуться в кресло, но свалился на пол. Неважно, если опереться спиной на это же кресло, до бутылки я доставал без проблем, остальное особого значения не имело.
Сам не заметил, как снова обратился к воспоминаниям. Последним. К тем моментам, что были связаны со мной. Увиденное вызвало грустный смех. Рада ненавидела меня и себя за нашу связь. Одновременно наслаждаясь нашей близостью, моим теплом. И всё равно до конца пыталась найти силы, чтобы одёрнуть себя, ведь я оставался чужаком. Она искала способ, повод, причину со мной порвать. Останавливал её, похоже, только долг. Не передо мной, конечно же, перед Эвверанами. В её глазах я должен был продолжить служить роду. Однако девушка считала, что если разорвёт отношения, я уйду. Считала, что меня ничего не держит.
Кажется, она была права.
Вздохнул.
Молодец, Солрен. Пришёл к тому, что перестал понимать, зачем вообще всё это делаешь.
Оценив содержимое бутылки и прикинув, смогу ли я влить в себя остатки и не попрощаться с содержимым желудка, решил не рисковать. Опираясь на кресло, поднялся, но к кровати сразу идти не решился, пол под ногами начал покачиваться.
Открылась дверь, на пороге возник Зак. Мага жизни я видел, а вот рассмотреть его лица уже не мог.
— Нажрался, свинья?
Хмыкнул, промолчав. Не вижу смысла озвучивать очевидное.
— Твоя очередь дежурить, — сообщил мне Зак.
— Ага, конечно. Уже бегу.
Сделал первый неуверенный шаг в сторону кровати. Что же, пол не так уж и сильно раскачивается. Главное, не торопиться.
Зак двинулся ко мне.
— Побежишь. Как только я помогу тебе протрезветь.
Нас разделяло всего шага три, поэтому я даже не успел ответить, а Зак уже схватил меня за руку, толкнув свою силу в моё тело. А я был категорически против, разозлившись и пустив в ход уже свою силу. Зак отпора не ожидал, да ещё такого, хаос раскалённой кислотой обжёг ладонь моему бывшему другу.
— Проклятие! — вскрикнул маг жизни, одёргивая руку.
От резкого движения я покачнулся, но на ногах устоял. Хотелось ещё двинуть ему в морду, однако уверенности в том, что моё желание выполнимо, нет. Скорее я свалюсь ему под ноги.
— Проваливай, — ограничился словами. — Кретин…
— Да как вообще смеешь, после того, что сделал…
— Зак! Завались! — всё же оборачиваюсь, стараясь держаться на ногах. — Что бы я там ни сделал, ты, ублюдок, сказал: мы более не друзья. Поэтому все свои нравоучения можешь засунуть поглубже в задницу. А теперь проваливай, пока я не подогнал тебя чем-нибудь боевым.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Снова развернулся и нетвёрдой походкой всё же доковылял до кровати. Упал прямо как стоял, и не подумав раздеваться. Однако вместо того, чтобы сразу вырубиться, пришлось сосредоточиться и подготовиться свою силу к отпору, если до моего бывшего товарища всё ещё не дошло.
Зак постоял немного. Я слышал его тяжёлое злое дыхание. Нет, ничего не сказал, развернулся и ушёл, хлопнув дверью. Бедный косяк.
Я расслабился, полежал, понял, что поза не самая удобная. Собрался с силами и всё же перевернулся на спину.
Из-за стены донеслись приглушённые голоса Жака и Илары. Хотя нет, не из-за стены, а через открытые окна. Жак встал и вышел в общую комнату.
— Я же говорил, что не стоит его трогать.
Ответа Зака я не услышал.
— Мы закончим нашу работу. Потом делай что хочешь. Но я говорил тебе раньше и повторяю снова: оставь это. И без тебя Сол осознаёт ответственность за случившееся.
Зак что-то ответил, на этот раз я слышал слова, однако из-за интонаций вновь не разобрал.
— Как знаешь. Иди спать, я подежурю.
Ещё какое-то время были слышны шевеления, затем всё затихло. Момент провала в темноту я не заметил.
Глава 25
— Голова не болит? — с язвительной насмешкой спросила Илара.
— Нисколько, — злорадно улыбаюсь. — Спал, как младенец. Отлично выспался, бодр и весел.
Паладин поморщилась, сама зевала минуту назад. Жак бросил на нас неодобрительный взгляд, однако промолчал. А что он скажет? Какую команду собрал, такую и имеет.
Мы шли в торговый порт. Информатор знал о Корсоне, даже смог кое-что рассказать. В последнее время Эрих работал с одним заказчиком, кто-то купил контрабандиста с потрохами и гонял исключительно по своей надобности. Но имя заказчика Юлус не знал, зато догадывались мы. Сейчас Корсон был в городе, однако пришвартовался он в порту квартала знати. И это было проблемой.
По трущобам мы могли бродить беспрепятственно, даже устраивать разборки с местными, это никого не волновало ни в малейшей степени. Но даже в квартал торгового порта попасть было уже не так просто. К знати нас не пропустят. Придётся нам искать незаконный путь, а потом действовать аккуратно. Воевать со стражей целого города — идея бесперспективная.
Жак незаконные способы проникнуть в закрытые районы знал, как раз в нужное место мы и направлялись. Неприметный склад, один из многих, прижатый к самой воде встретил нас тройкой весёлых ребят, азартно резавшихся в какую-то игру у самого входа. Заметив наше приближение, парни поспешили убрать игры и принять серьёзный вид, но всё равно безалаберная беспечность в них так и сквозила.
Имперец бросил несколько слов, и перед нами открыли покосившуюся дверь. Оказавшись внутри, я понял, что это закрытый причал. Весь первый этаж был складом и гаражом для пяти небольших лодочек, покачивавшихся спокойной воде. Второй и третий этаж, вероятно, отводились под жилые комнаты.
— Ждите здесь, — кивнул нам Жак, прежде чем уйти по лестнице наверх.
Зак сразу отошёл от нас и развернулся к воде. На меня он не смотрел демонстративно, что меня забавляло. Илара подпёрла плечом колонну, державшую второй этаж. Я принялся разглядывать лодочки. Длинные, узкие, центральная часть выполнена в виде большого короба для груза. Контрабандисты? Только в масштабе одного города, возят грузы из квартала в квартал. Грузы и людей, если придётся.
Жак сговорился с ними довольно быстро, я не успел заскучать. Спускался имперец в компании с женщиной. Как бы её охарактеризовать, чтобы не уделять внимания больше, чем она того заслуживает. Роковая красотка, успешно занимающаяся незаконным делом, бандитка, притворяющаяся обычной горожанкой. Она осмотрела каждого из нас, задержавшись на мне.
