сам начальник стражи замешан в сложившейся ситуации. Иных выходов, кроме центральных ворот столицы, было два, но их охраняли те же стражники, и через них простым смертным не разрешалось проходить. Основная масса населения и гостей Даэрата передвигалась через центральные ворота, и у нас были все шансы смешаться с людьми или караванами повозок, покидавших столицу.
Сэр Алан настойчиво отговаривал сэра Лаэна от идеи покинуть город, и прямо заявил ему и мне:
— Если на выходе вас узнают, прорваться с боем через ворота не удастся — лучше уж сразу сложить оружие и сдаться в надежде, что при большом скоплении свидетелей вас не станут убивать. И даже мой статус здесь не поможет!
Сэр Алан пообещал нам убежище в своем доме и предложил отправить гонца к принцу Дэниэлю, а не рисковать жизнями, пробираясь через ворота города самостоятельно. Моя интуиция отрицательно покачала головой, но сэр Лаэн убедил меня, что другого решения нет. И мы оба не подозревали, что сэр Ро Ал Аан уже предал нас, а его разговор со старым другом — лишь попытка потянуть время…
Мы не успели закончить разговор, как услышали громкие и скорые шаги на лестнице. Дверь комнаты распахнулась, и в помещение стремительно ворвались десять вооруженных до зубов людей, чьи лица скрывали маски.
Я не коснулась эфеса шпаги, мгновенно оценив численное превосходство, и поняв, что мы не продержимся и минуты — нас просто снесут и затопчут в этой комнате.
— Миледи, я прошу вас и ваших людей сдать нам свое оружие! — С этими словами один из воинов шагнул ко мне и протянул руку.
Прозвучавший голос был до боли знаком и я не удержалась:
— Может быть, вы откроете свое лицо, сэр. Я хочу знать, кому вручаю свое оружие.
Его рука на секунду зависла в воздухе, а затем коснулась лица и повязка спала сама. Сэр Да Ахон — сам начальник городской стражи, чей голос я хорошо помнила, еще раз требовательно протянул руку, и я молча повиновалась и кивнула двум своим спутникам, давая понять, что иного выхода у нас нет. Впрочем, сэр Лаэн тоже это понимал.
— Надеюсь, у вас есть объяснения своим действиям, сэр Да Ахон. Они вам понадобятся на допросе у принца Дэниэля! — Я произнесла это, медленно снимая пояс со шпагой и кинжалом, одновременно пытаясь сообразить, как действовать дальше.
— Полагаете, мне придется что-то объяснять? — Мой противник передал мое оружие одному из воинов и точно также поступил с оружием сэра Лаэна и Та Лика.
Я громко и демонстративно рассмеялась, привлекая к себе внимание всех присутствующих:
— Только не говорите мне, что вы надеетесь сохранить в тайне все происходящее! Или вы слишком наивны или глупы. Милорд отпустил меня на встречу с принцем Дэниэлем ненадолго и через пару дней, поняв, что я не вернулась, потребует объяснений. На мои поиски направят лучших людей, а у вас такая неразбериха! Пропажа стражников, сэра Лаэна и его слуги. Первыми, кому зададут вопросы, будете вы и сэр Ро Ал Аан. А как быть с жителями, которые наверняка видели наше передвижение по городу? Поверьте, мы свое присутствие от них не скрывали! — С этими словами я обернулась к сэру Алану и улыбнулась ему: — И как быстро принц Дэниэль заподозрит измену с вашей стороны и со стороны начальника стражи? Хотите пари, сэр Ро Ал Алан? — Я почти оскалилась при этих словах, вновь ощущая, как во мне ворочается темная и уже неконтролируемая сила, чуть не убившая Та Лика.
Мои слова на мгновение вызвали гробовую тишину, а я, не давая опомниться сэру Ро Ал Алану и сэру Да Ахону, обратилась к последнему с тем же вопросом:
— Может, вы заключите это пари со мною, сэр Да Ахон?
В ответ Да Ахон лишь слегка поморщился и ответил на мою эскападу совершенно невозмутимым голосом:
— Вы предали нашего принца, миледи. Казнь изменника — не предательство.
— Отпустите моих спутников, и я соглашусь с вами. В противном случае, вы все — убийцы, а не слуги принца Дэниэля, поклявшиеся служить ему верой, честью и самой жизнью! — Я не могла сдерживать тьму внутри меня, но уже не боялась последствий.
— Вы прекрасно знаете, что я не могу этого сделать, миледи! — С этими словами сэр Да Ахон медленно отступил за спины своих людей и до меня вдруг дошло, что между нашими жизнями и смертью остается лишь вздох — краткое мгновение между здесь и сейчас, и нашим концом.
Я даже не поняла, чья это была мысль, но отчетливо помню ужас и изумление в глазах Лаэна и Та Лика, и слова молитвы, которые прошептали мои губы:
— Господи, спаси и сохрани нас грешных!
Через мгновение, а может быть, его половинку, черная тень, уже неподвластная мне, вырвалась на свободу и заметалась по комнате, раскидывая в беспорядке тела моих недругов. Никто ничего не успел понять, а я уже выталкивала сэра Лаэна и Та Лика из комнаты, не желая видеть того, как безумная боль разорвет на части разум и тела людей.
Мы выбежали из дома, и тень бросилась вслед за мною. Она быстро догнала меня и вновь соединилась с моей душой, заставляя корчиться от невыносимого ощущения ужаса, который только что испытали соратники сэра Ро Ал Аана и сэра Да Ахона. А еще я почувствовала себя сильной и неуязвимой, и я засмеялась от восторженного чувства победы — чувства, которое принадлежало не мне. Мой смех напугал моих спутников. Они остановились и посмотрели на меня совершенно одинаковым взглядом, словно два брата близнеца. В их глазах плескались изумление и страх, уважение, признание силы и даже ужас, но единственного, чего не было в них — это благодарности.
И тогда смех мой замер, словно захлебнулся, и я застонала, готовая закричать, что мне не смешно, а больно, что смеялась не я, а нечто во мне, но эти слова так и не родились, а вместо них я произнесла:
— Нам нужно вернуться и забрать наше оружие, а также поискать пропуск через ворота города. Сэр Да Ахон без труда провел в него десяток вооруженных людей, и вряд ли они все служат в городской страже. Следовательно, он имел при себе грамоту, подписанную кем-то из очень высоких сановников. Нам лучше выяснить кем и прихватить ее с собой.
Мы вернулись в дом, и осторожно вошли в покои сэра Ро Ал Аана. Представшая перед глазами картина в какой-то мере потрясла меня. Люди лежали, как сломанные куклы, разбросанные по комнате,
