нашего адмирала, благо, ее плотно сплетенные из лозы и обмазанные глиной стенки давали отличное укрытие от дующего с зимнего моря пронзительного ветра, сохраняя тепло горящего в очаге бревнышка. …Учеников же своих, по доброй ирокезской традиции, я отправил спасаться от холода, кто как может, исходя из собственных способностей и соображаловки. Ибо нехрен прививать детишкам излишнюю изнеженность. Пусть выкопают себе яму в песке, выстелят ее ветками, пробегутся по берегу, соберут плавник для костра… — как-нибудь да переночуют, грея друг дружку собственными телами. …И пусть скажут спасибо, что я развел Кор’тека выделить им чуток копченой рыбы и коровкиного жира. Это им, можно сказать, от меня банкет по случаю достижения цели путешествия.
— Так значит, говоришь, скоро ко мне люди еще придут? — Задумчиво переспросил наш адмирал. — А кормить их чем, и селить где?
— Они ближе к лету придут. — Осторожно ответил я. — Как раз сезон охоты на коровок начнется. — Тебе, думаю, лишние руки не помешают. А поселить, сами себе хижины сделают, да и чумы у многих свои будут. Это же ирокезы будут, а не приблуды какие-нибудь!
— …А вот это ваше вот, насчет Младших Вождей… и этого — Голоса Закона. — Кор’тек говорил очень осторожно, явно выбирая слова. Похоже эти нововведения его не больно-то радовали. — Это что там и как?
— Ну, тут Младший Вождь, ясное дело, ты. — Поспешил я успокоить старого приятеля. — Тебя все шибко уважают, а Лга’нхи на меня сердится, что я упросил у Совета тебя оикияоо первой оикия не делать, потому как ты у нас важным делом занят — лодки строишь.
А насчет Голоса Закона, так я помню у тебя парнишка один смышленый был. Маби’ксак, двоюродный племяш твой по третьей жене. Он уже и читать, и писать умеет. И в ремеслах хорошо продвигался, насколько я помню, пока с подгорными мастерами с тобой сюда не ушел. Вот ты мне его и отдай. Он хоть и помладше чуток, и ирокез на голове ему только через год брить будем, но я его с остальными учить буду. Большим человеком станет. Только ты помни, что я сказал — «твой» Голос Закона в другой поселок жить уйдет.
— Угу, — пробурчал недовольным голосом Кор’тек. — Такого хорошего парня тебе отдай. Ты его выучишь и неизвестно кому отправишь. А кто мне помощником будет и меня после Ухода заменит? Зачем так придумал?
— А вот если вдруг так случится, что Закон будет говорить одно, а тебе по-другому захочется сделать. Сможет твой парень тебя от такого предостеречь? …Нет. Не посмеет, ибо ты его двоюродный дядя. А что в результате? Сделаешь ты по-своему да против Закона, а Духи на это обидятся да и пошлют на нас разные беды. Хорошо ли такое будет?
— …Ну да… — Согласился со мной Кор’тек, изображая однако рожей сильное несогласие. — Не было у нас раньше такого. Вожди были. Шаманы были. А вот такого «Голоса Закона» никогда не было… — Хотя предложение вроде и было построено в форме утверждения, однако в конце его ясно читалось не меньше десятка-другого вопросительных знаков, и мне пришлось, уже наверное в пятый или шестой раз, объяснять хозяину хижины, на фига эти Голоса Закона нужны. …Увы, но Кор’тек был страшно консервативный мужик и прежде чем хотя бы начать принимать что-то новое, считал своим долгом раз двадцать выслушать пояснение.
— Нас много. — Привычно начал я. — А шаманов, да еще таких, чтобы с Духами напрямую говорить могли, таких шаманов мало. Витек с Осакат, они хорошими шаманами станут… Да они, почитай, уже хорошие шаманы. Витек лечить скоро лучше меня научится, а Осакат… Осакат — вообще баба особенная, с ней племя точно не пропадет…
Но с Духами говорить так, как я могу, они не могут. Такие как я… э-э-э… они вроде полностью белых «больших братье»… Ты таких видел? А они бывают! Просто рождаются очень-очень редко. У Лга’нхи спроси. Может несколько поколений смениться, прежде чем в стаде такой бычок или корова народится. А ведь это к большой удаче!
…Короче, нас много. Поселков будет много. А Шаманов всего три. Нужны люди, которые будут понимать, как правильно поступать, чтобы духи радовались, а как нет. …Для того мы Закон и принимали!
— …Ну да… — Опять согласился со мной Кор’тек, однако глаза его продолжали выражать большое сомнение. — А вот эти, которые к лету придут… С ними как??? Ну там, Вождь Малый, и все такое?
— Те, что к тебе придут, — я сразу уловил суть его сомнений. — Те под тобой ходить будут, хотя бы первое время. А вот если они рядом другим поселком встанут, там у них уже свой вождь будет.
…Но ты, ясное дело, все равно старше его будешь, потому как у тебя тут главный наш поселок на море будет. Ведь у тебя тут и бухта самая лучшая в округе, а главное, тут новые лодки делают. А это ради всего племени труд. Он ценится выше. Тебя на это дело Совет поставил, а значит ты Вождю вроде как правая рука!
— Ага. — Согласился со мной явно расслабившийся и успокоившийся по поводу альтернативы своей власти адмирал. — Лодки мы делаем, каких раньше не бывало.
…Я ведь, признаться, раньше в такое не верил. Если бы Леокай мне не… — Кор’тек осекся. По смущенной роже я мог только догадываться, кто именно убедил его последовать моим советам и начать строить флот из деревянных способных уходить далеко от берега лодок, вместо того чтобы послать назойливого Дебила к этакой матери и просто жить, рыбача или возя товары. — …Очень хорошие лодки получаются. — Как ни в чем ни бывало продолжил Кор’тек. — Мы тут как раз недавно одну заложили, так в нее чуть ли не целая коровка поместиться сможет. Или человек «много» за раз.
— Хрена себе! — Произнес я заклинание удачи. — Это что же, метров десять-двенадцать что ли в длину будет? …В смысле, шагов двадцать длиной? И гребцы в два ряда?
— …Угу. — Согласился со мной Кор’тек. — Много-много длиной (не силен был старый адмирал в арифметике). — Такой еще никогда не делали. И весла у нее будут, как ты тогда придумал, с укл’ючиной. А груза она одна поднять столько сможет, сколько раньше целый караван вез!
…Тут прибоем бревно вынесло. Ребята-мастера как его увидели, так чуть ли
