С усилием Лант попытался поднять и тут же откинулся назад, на лбу выступил пот.
— Ты помнишь, что с тобой случилось? — суровый голос меж тем был на удивление мягок.
Лант моргнул несколько раз, точно пытаясь припомнить. Был лес, были звери….и всё. Последнее, что он запомнил — это свет огня и запах горелой шерсти. А теперь он словно заболел, да так, как никогда ещё в жизни. Все силы уходили только на то, чтобы снова не погрузиться в сон. Дикая усталость сковывала по всё тело, а в голове стучало обухом; так что Лант время от времени замирал, с трудом переключая внимание на Лину.
— Карамеры! — Дёрнувшись, он согнулся пополам, но всё же удержался. Вся грудь была в белых повязках, на которых вдруг выступили красные полосы. — Где Мэроу?!
Подойдя ещё ближе, Лина стала у самой кровати и сильнее сжала скрещённые на груди руки.
— Он жив, — сказала она и от звучания её голоса Лант мигом ощутил холод в затылке. Лина замолчала. Отвернулась в сторону и снова посмотрела на Ланта. Растеряв всё своё напускное спокойствие на этот раз. — Он в Ураване.
— Как в Ураване? — с трудом сев в кровати, Лант вопросительно смотрел на илию.
— После того как я ушла, на вас напали карамеры. Это ты помнишь?
— Да, — ожидая продолжения, коротко ответил Лант.
— И тебя, и Мэроу они ранили. Как вы сумели добраться до ближайшего форта уму непостижимо. Но там тебя подобрали травники и спрятали. Мэроу же, как каэла, схватила стража Уравана. В ту же ночь его увезли.
Добравшись до поселения, я узнала, что сюда не так давно пришёл каэл, а вместе с ним был ещё один человек. Тебя сразу же подхватили, раны не оставляли сомнений и потому тебе тут же дали противоядие. Однако одна из травниц увидела в тебе мага и, заручившись поддержкой своих, поскорее спрятала тебя у себя. Ведь если бы ураване узнали, что здесь есть маг — ты бы не дожил до утра.
Тут же тебя вывезли в Брасьен, чтобы здесь ты был в безопасности.
— Они дали ему противоядие?
— Нет, — ответила Лина. — Они ждали, пока Мэроу умрёт, но он выжил. Я последовала за отрядом ураван и настигла их. — Тут Лина отвернулась и так сильно сжала руки, будто бы хотела выдавить из себя весь воздух. Когда она обернулась, в глазах полыхала дикая ярость. — Я бы перебила их, всех до одного! Но я не могу нападать на стражей, какого бы то ни было человеческого королевства, если они не напали на меня. Сделай я это, и может начаться война между Илиумом и Ураваном. Сделай я это, и ваши маги обязательно узнают о нарушенном договоре! Я не спасла его! Не помогла. Хотя почти!..
Она отвернулась и так и осталась стоять, прямая и неподвижная как высеченная из камня статуя.
— Как давно это было? — спросил Лант не оборачиваясь, Лина ответила:
— Ты спал три недели. Я разговаривала с предводителем того отряда. После встречи со мной он приказал гнать лошадей со всей силы. По моим расчетам они должны были прибыть в Ураван день назад и поэтому Мэроу ещё жив.
— Как далеко отсюда до Уравана? — намереваясь подняться, решительно сказал Лант. Однако вернувшаяся к кровати Лина с сожалением посмотрела на него.
— Ещё неделю ты не сможешь подняться. Ты слаб Лант и с этим ещё ничего нельзя поделать. Пока ты будешь набираться сил, я ещё раз переговорю с Родером. Я передала ему послание и он дожидается твоего выздоровления, чтобы устроить совет.
— Он знает…
— Он знает, что Мэроу каэл, — не дождавшись пока Лант закончит, сказала Лина. — Думаю, ты понимаешь, что ради спасения каэла одно королевство связываться с другим не будет. Тем более, когда между ними околовоенное положение. Но прежде чем решать как действовать, нужно дождаться совета.
— За неделю его могут убить! — гневно бросил Лант, подбираясь на кровати.
— Я знаю! — обжигая взглядом, Лина вся взметнулась. В один миг, превратившись в обуреваемого яростью и беспомощностью, а потому наиболее опасного воина. — Тебе нужно дождаться совета! Ты им нужен. Я не знаю для чего, но вижу это. Им ты нужен и они ждут тебя. О тебе знают после битвы у Алфара. Каждый маг, которого я видела, подходил ко мне и расспрашивал как давно мы знакомы. А после, каждый маг подходил и спрашивал: неужели правда, что с нами был каэл?! И не он ли отдал мага на растерзание карамерам?
Как думаешь, сколько из них поверили, что этот самый каэл донёс мага до деревни в поисках противоядия? Ни один. И мне мерзко смотреть на эти самоуверенные лица. Сколько из них помогут нам? Люди!
Тут Лина умолка и с сожалением посмотрела на Ланта, который против воли уже закрывал глаза. На его лице так и остался отпечаток той суровой тревоги и решительности, которая уже так давно не покидала его. И страха. Лина склонилась ниже принюхиваясь. Да, страха.
Отойдя назад и отпустив ткань завесы, бесшумно ступая по мраморному полу, Лина пошла прочь из комнаты. Вдаль уводил светлый коридор, многочисленные изрезанные узорами балки подпирали потолок. Было такое впечатление, что бесчисленные переходы купались в свете, в то время как за окном солнце скрылось за облаками и тень легла на землю. Лина нахмурилась. Гнев душил изнутри при одной мысли, что она не имеет права сейчас же вылететь в Ураван и пробраться за его стены. Древним договором ей запрещено вмешиваться в дела людей против их воли. Так и им запрещено вмешиваться в дела илий без воли тех.
Ударив кулаком по стене, трясясь от не видевшей выхода ярости, Лина замерла, крепко сжав губы. Другая рука сама собой скользнула к рукояти кинжала.
За спиной послышалось вежливое покашливание. Разом собравшись, Лина обернулась, холодно сверкая большими хищными глазами.
Алая мантия оплетала коренастую фигуру, так что та походила на кривое дерево. Взгляд илии был таков, будто она могла прожечь дыры в той мантии.
— Лучше ли чувствует себя сегодня господин Лант? — по-доброму улыбаясь Лине, вежливо осведомился маг.
— Лучше чем вчера, — коротко ответила илия. Голос её был настолько ровен и лишён каких бы то ни было чувств, насколько любезно говорил маг. Его тёмные карие глаза так и просились вызвать на откровенность. Однако, на самом деле, зная горный народ Илиума, маг и не надеялся вызвать доверие у одного из его представителей.
Чтобы человек заслужил доверия илия!..
— Спит ли он сейчас?
— Даже посапывает, — не удержалась Лина и горькая стрела тут же пронзила сердце.
Кивнув напоследок, Лина поспешила прочь, оставляя позади недоумённого мага и покои, где набирался сил Лант для предстоящей встречи с государем Брасьена.
Шли дни. Всё было, как говорила Лина: на протяжении недели Лант то просыпался, то снова засыпал — даже не замечая, когда соскальзывает в сон. Ему казалось стоит закрыть глаза — и вот уже минует день. Порою же приходило чувство, будто не одна неделя миновала, а целый год. Он просыпался с болезненными мыслями и с ним же засыпал. И ему снилось, что никак не может проснуться и открыть глаза. Со всей силы пытался, однако под веками мелькали лишь слабые блики. А потом просыпался и на миг с облегчением успокаивался, пока не вспоминал, что друг сейчас в Ураване и его в любой час могут лишить жизни. А он лежит здесь, беспомощный, не способный даже зачастую пошевелиться!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
