София решила вписаться в жизнь сообщества тем же самым способом, что безотказно срабатывал всегда, — продумав и осуществив определенный план. Она активно изучала предложения о продаже домов. Помимо этого, ей нужно было завести друзей. У Софии было несколько близких подруг — например, девушки из колледжа, которые очень поддержали ее, когда она узнала, что забеременела, а также Тарик в Гааге, чьи чувство юмора и забота скрашивали серые будни, проведенные вдали от детей. Все они, однако, были далеко. В Авалоне у нее была только одна настоящая приятельница — Гейл Райт. София понимала, что, если она намерена остаться жить в этом городке, ей необходимо расширить круг знакомств. Но как? Она осознала, что запланированная осада — это способ действий Софии из прошлого. Прошедшие несколько недель показали, что правила игры изменились. Те, кому суждено подружиться, неизбежно встретятся. Как бы то ни было, София намеревалась завязать новые знакомства. Она просто обязана была это сделать.
Она уже угощала кофе Хетти Крэндалл, владелицу книжного магазина, расположенного на первом этаже здания, в котором находилась ее контора, и ходила в кино с Беки Мюррей, женщиной, которая вела у Дэзи занятия для молодых матерей. Сегодня София пригласила на обед Дафну Макданиэл из своего офиса, молодую энергичную женщину, рассудив, что ей не помешают такие знакомые.
Они отправились в модное кафе, расположенное на главной площади. Все блюда в меню были исключительно органического происхождения и вегетарианскими и названы в честь героев саги «Властелин колец».
— Я буду сэндвич «Боромир», — сказала София девушке за стойкой.
— Но ты же даже не прочла, что в него входит, — запротестовала Дафна.
— Мне понравилось название. Боромир — очень трагический персонаж. Он тот, кто предал своих друзей, но потом искупил вину, правда, слишком дорогой ценой.
Сэндвич оказался питой из цельных злаков с начинкой из побегов люцерны и пастой из турецкого гороха.
— Говоришь прямо как фанатка Толкиена, — заметила Дафна.
— Мне нужно перечитать его книги, — ответила София, шокированная тем, что купила свои экземпляры по крайней мере четверть века назад. — А каковы твои литературные пристрастия? Я видела, ты читаешь Роберта Сильверберга.
Дафна кивнула:
— Да, меня увлекла научная фантастика. Один из моих бывших приятелей познакомил меня с классикой жанра, и я особенно увлеклась Сильвербергом и Теодором Стердженом.
Ной тоже увлекался научной фантастикой. София решила развить тему.
— Бывших приятелей? — повторила она, глядя на Дафну. — А сейчас ты с кем-нибудь встречаешься?
Та отрицательно покачала головой. В улыбке ее сквозила тоска. А она красивая девушка, подумала София, хотя это не сразу заметно. Аниме-стиль — кислотно-розовые пряди волос, пирсинг на лице и кожаная черная одежда — затенял ее природную красоту. София тут же подавила подобные мысли. Она рассуждала как мать, а не как подруга и коллега, для которой возраст — всего лишь цифры.
— Какое-то время нет, — сказала Дафна. — Мы с моим последним парнем расстались несколько месяцев назад. Боже мой, уже восемь или девять месяцев, как я ни с кем не встречалась. Достойным внимания, я имею в виду. Такое часто случается, если живешь в маленьком городке. — Она добавила капельку меда в свой чай с шиповником. — Есть многое в нем, о чем я до сих пор скучаю.
— Что, например? — поинтересовалась София.
— Да все.
— Возможно, не следовало вам разрывать отношения.
— Я думаю об этом каждый день, поверь мне. Но было одно условие, выражаясь юридическим языком, препятствующее заключению сделки.
София молча ожидала продолжения, не желая давить на Дафну, но в то же время сгорая от любопытства. Так вот каков был удел юристов в маленьких городках? Жить жизнью своих клиентов и коллег?
— Все очень просто, но неразрешимо. Он хотел детей, а я нет, — сообщила девушка, глядя на Софию затуманенным от сожаления взором. — В подобных вопросах не бывает компромисса. Я предлагала завести собаку, но Ной отказался.
У Софии кровь замерла в жилах. Неужели Дафна говорит о Ное? ЕеНое? Мистере Давай-Заниматься-Любовью-До-Изнеможения? Мистере Спасателе-По-Первому-Зову?
Ей нужно было знать наверняка.
— А ты, случайно… э-э-э… не о Ное Шепарде говоришь?
— Да. Ты его знаешь?
— Он живет от меня через дорогу, — с усилием выговорила София. Слова ранили ее, как острые кубики льда.
— Так ты его знаешь.
«Даже не представляешь, насколько близко», — подумала София.
— Значит, ты сейчас будешь говорить мне, как все прочие, что я сумасшедшая, раз позволила ему уйти, да? Что однажды я захочу детей, а лучшего отца для них, чем Ной Шепард, мне просто не сыскать?
— Похоже, ты все это уже слышала. — София испытывала легкое головокружение, будто ее незаметно стукнули чем-то по голове.
— Да, все мне об этом говорят.
— И?..
— Я тоскую по нему как ненормальная, потому что он действительно отличный парень. Ты и сама это поймешь, когда познакомишься с ним поближе.
«Куда уж ближе, — мысленно возразила София, — я почти сразу оказалась в его постели».
— У нас все равно ничего бы не получилось. Я по-преж нему не хочу детей, — продолжала Дафна. — И не захочу. Я самая старшая из пятерых детей, и мне приходилось присматривать за своими братьями и сестрами, когда мама заболела. Поэтому с меня хватит. — Она откусила маленький кусочек от сэндвича и отложила его в сторону. — А Ной отказывается это понять. Если когда-нибудь познакомишься с его семьей, тебе все станет ясно.
— Что мне станет ясно?
— Семья Шепард настолько хороша, что кажется нереальной. Но уж такие они есть. Хороши друг для друга и слишкомхороши для всех прочих. Ну сама посуди — много ли найдется людей, живущих в том же доме, где выросли? Большинство из нас ждет не дождется, когда можно будет сбежать. Ной же мечтает, чтобы в доме поселилась его собственная семья.
У Софии пересохло во рту, и она сделала глоток воды, прежде чем сказать:
— Но если ты любила его по-настоящему, разве нельзя было что-то придумать? Найти компромисс?
Дафна грустно улыбнулась.
— Знаешь что? Возможно, я бы и решилась все же родить ему ребенка, но случайно узнала кое-что о нем. — Девушка взяла нож и разрезала свой сэндвич посередине. — Детей он хотел гораздо больше меня самой. Мне было очень трудно принять такое положение вещей, но я уберегла себя от разбитого сердца. — Она отправила в рот кусок и, тщательно прожевав, добавила: — Большинство моих друзей все еще считают меня ненормальной потому, что я позволила ему уйти.
