У нас в столице просто сумасшедший дом! – начала дочь, не находя слов, чтобы по иному выразить накипевшие эмоции.
– Милая моя доченька, я рад видеть и слышать тебя. Я знаю обо всех событиях, произошедших в столице, но, похоже, что ты не в курсе того, что происходит здесь, в Порту Огненного Моря, – в голосе Эдвина слышались тревога и сомнение. Ванессе показалось, что он не знает, может ли говорить сейчас полностью откровенно, чтобы не огорчать её.
– Я хочу знать всю правду, – твёрдо решила она.
– Ну, тогда начну, наш маленький выпуск новостей, – отец улыбнулся. Его оптимизм был заразителен для неё, даже в тяжёлые времена. – Наш город полностью закрыт, по решению юной наследницы Олафа Тэя, Арины. Она управляет городом с момента смерти своего отца, точнее, его казни. Ей в этом помогает совет, возглавляемый каким-то юнцом. Впрочем, их деятельность принесла свои плоды. После того, как вышла трансляция с королевской свадьбы в городе началась настоящая суматоха. Однако совет помог юной правительнице унять народ своей силой, обращениями и так далее, поэтому всё не так плохо, за исключением одного. Арина не может простить королеву Эйрин за казнь отца, она объявила о независимости Порта Огненного Моря, как о самопровозглашённом королевстве. Поэтому город и закрыт.
– То есть ты теперь в другой стране, и не можешь её покинуть ни под каким предлогом? – первая же новость расстроила соскучившуюся дочь, но Ванессу ожидали и другие известия.
– Меня, как и других учёных привлекли в данный момент к реализации наработок, с которыми я изначально сюда прибыл. Порт Огненного Моря готовится к защите от агрессии Мулсатора. Все заводы переквалифицируются в военном направлении. Лично я сейчас координирую производство боевых машин, способных противостоять солдатам Мулсатора, вооруженным энтропином и всеми разработками, что с ним связаны.
– Значит мы теперь по разные стороны фронта войны? – Ванессу прошибло на слезу.
– Насколько я знаю, Мулсатор готовится в первую очередь к штурму Фирсмура, как будут развиваться дальше вся эта заваруха, одному Богу известно. Я знаю одно, пока что наше самопровозглашённое государство не намерено атаковать, всё чего хочет Арина – защита своего народа от агрессора. Так что, пока будем надеяться на лучшее, а время покажет.
«Время покажет, – согласилась Ванесса, – но нужно готовиться к худшему».
В отличие от отца девушка не могла похвастать своим оптимизмом в такие тяжёлые времена. Она не стала рассказывать о бушующем звёздном вирусе, скорее всего, до западного побережья он ещё не добрался. И это хорошо. Чейз не хотела расстраивать отца, понимая, что его подневольное положение заставляет надевать маску оптимизма, а душа как всегда оставалась вне её взора. Ванесса тоже слыла жизнерадостной и несгибаемой, готовой с улыбкой работать, перерабатывать, сгорать во благо любимого дела, но в особо грустные периоды своей жизни она поддавалась депрессии.
Раньше она позволяла алкоголю служить лекарством от всех невзгод, но теперь её жизнь была трезвой, и от действительности был только один побег, в страну снов и грёз, в которой прятаться бесконечно было невозможно.
Рано заснув, проспав до обеда и провалявшись в постели до самого вечера, Ванесса ленилась даже лишний раз вставать в туалет, терпя до последнего. Из мягкого кокона её любимой постели нужно было рано или поздно выбираться, причём выпорхнуть из него бабочкой, либо остаться внутри, погибнуть и сгнить.
Чейз услышала вибрацию телефона, переведённого в режим «без звука». Она нехотя покинула свою теплую постель, сравнивая её уже не с коконом бабочки, а с насиженным гнёздышком пташки.
Это было сообщение от Винсента. Он извинялся на своё долгое отсутствие в её жизни, просил о свидании. Обещал всё объяснить при личной встрече.
«Ох уж эти мужчины».
Ванесса, конечно, помялась в принятии решения, но у неё и самой накопилось столько вопросов к полюбившемуся человеку, так не похожему ни на кого, кто встречался ей на богатом жизненном пути.
Она хотела выслушать его рассказ, узнать причины его отсутствия, пролить свет на его личные тайны. Девушка хотела расспросить про мятежников, не связан ли он с ними, обсудить её недавнюю встречу с Эриком, мужем королевы. Вникнуть в игру, которую он ведёт.
Самое главное, ей по-девичьи хотелось просто побыть рядом с родной душой, почувствовать его тепло, взгляд ласковых глаз, увидеть его эксцентричный наряд, его татуировки и пирсинг, ощутить его смелость, поразмышлять о философии, поцеловать его.
Чейз боялась в тоже время. Как-никак, ожидания, когда они столь грандиозные, могут обрушиться очень легко. Они хрупки, как песочные замки на берегу неспокойного моря. Её отец, Эдвин, учил её не строить высоких ожиданий, чтобы не падать с их вершин, если эти ожидания не оправдаются. Нужно было просто жить, принимать каждый день со всеми его трудностями, быть смелой, преданной, стремиться к правде.
Ванесса уже пароноидально начинала строить и негативные представления о перспективах встречи с Винсентом, но быстро взяла себя в руки. Она не такая. Она дочь своих родителей, изобретателя и доброй честной женщины. Поэтому стоит быть доброй, честной и изобретательной.
Взяв телефон в руки, после всех размышлений, Чейз дала Винсенту положительный ответ на его приглашение.
Винс назначил встречу в заведении под названием «Сын рыбака», что располагалось в Нижнем городе.
«Ну что ж, – подумала Ванесса, – Нижний город или Верхний, а к важной встрече стоит готовиться основательно».
Судя по названию, было понятно, что ресторан ориентирован на морские дары. Их она очень любила, давно не ела, поэтому с разыгравшимся аппетитом до еды и не только она приступила к тщательной подготовке.
Так она не нервничала даже в день собеседования в «Золотое блюдце», в котором, к сожалению, на работе долго не продержалась, но зато благодаря опыту, полученному там, наконец, осознала своё истинное место в жизни, определилась с профессией и расставила приоритеты.
Ванесса воспользовалась криосауной отца. Лютый мороз бодрил, улучшал кровообращение, сужал поры и придавал коже эффект загара. Причём не морского, а больше похожего на тот, что кожа получает после отпуска в высоких горах.
Выбор платья был нетрудным. Чейз знала, что хочет произвести сегодня впечатление роковой женщины, поэтому надела чёрное короткое платье без декольте, зарывающее руки до запястий. Несмотря на кажущуюся простоту, платье имело небольшие прорези вдоль боков, рукавов и посреди груди, слегка обнажая маленькие участки кожи, которые можно было заметить лишь при тщательном рассмотрении. Из обуви девушка выбрала кожаные лакированные ботфорты, не доходящие до нижнего края платья примерно сантиметров на семь. Достаточно, чтобы придать сексуальность и при этом не перегнуть планку, показавшись вульгарной.
Прежде чем облачиться в выбранный наряд Ванесса нанесла на
