Испытывая невероятное облегчение, Эспер положил на землю лук, выпрямился и пошел навстречу существу.
Глава 4
Пограничные земли
Когда Энни и Остра снова вошли в разрушенный город мертвых, за их спинами раздался крик. Энни резко обернулась и увидела, что по склону холма скачут два всадника в доспехах.
– Они нас заметили! – без нужды крикнула она.
Затем она нырнула за ближайшее здание, буквально затащив за собой Остру, и принялась оглядываться по сторонам в поисках места, где можно было бы спрятаться.
Повсюду их ждала смерть или плен – ровные ряды виноградников по обе стороны долины не могли служить укрытием; девушки сумели бы оторваться от своих преследователей на некоторое время, но в конце концов те все равно их настигнут.
Спрятаться было негде…
Разве что в хорце. Если он действительно так сильно зарос, как кажется, возможно, им удастся забиться в какую-нибудь щель, куда не протиснется рыцарь в доспехах.
– Сюда, – позвала она Остру. – Быстрее, пока они нас не увидели.
Энни показалось, что они добирались до обнесенного стеной сада целую вечность, но, когда они прошли под разрушенной аркой, рыцарей все еще не было видно. Энни опустилась на четвереньки и начала пробираться сквозь буйные заросли, которые заполонили здесь все – даже сильнее, чем в хорце в Тенистом Эслене, где они с Острой играли в детстве. От земли исходил едва различимый аромат тления.
– Они нас найдут, – сказала Остра. – Они сюда явятся, и мы окажемся в ловушке.
Энни проползла в узкую щель между двумя корнями старой оливы.
– Они не могут прорубать себе дорогу, – сказала она. – Святой Селфан их проклянет.
– Они убили сестер святого ордена, Энни, – напомнила Остра. – Им плевать на проклятия.
– Это наш единственный шанс.
– А ты не можешь… не можешь что-нибудь сделать, как тогда у реки?
– Я не знаю, – ответила Энни. – Это просто случается, и все.
Она сказала не совсем правду. Но ведь когда она ослепила рыцаря у монастыря и остановила Эрисо в з'Эспино, она ничего не обдумывала заранее, просто сделала.
– Я боюсь этого, – призналась она. – И не понимаю.
– Да, Энни, но они нас убьют, – сказала Остра.
– Убьют, – не стала спорить принцесса.
Они забрались в хорц так глубоко, насколько могли. Они уже прижимались к земле – а впереди растения переплелись слишком плотно.
– Лежи тихо, – сказала Энни. – Ни звука. Помнишь, как мы представляли, что за нами гонятся скаосы? Вот так же.
– Я не хочу умирать, – прошептала Остра.
Энни взяла ее за руку и, притянув к себе, крепко обняла. Где-то совсем рядом переговаривались их враги.
– Влайт ин тижхай хуршай, – распорядился командный голос.
– Райш, – ответил другой.
Энни услышала скрип седла и шаги. Неожиданно она подумала о своей лошадке, и перед глазами у нее возникла яркая картинка – вот она скачет по залитому солнцем берегу реки, а воздух пропитан ароматами весны. Казалось, это было тысячелетия назад.
Сердце Остры отчаянно билось рядом с ней, звуки шагов приблизились, зашелестели ветки виноградника. Энни закрыла глаза и попыталась пробиться сквозь страх в самое темное место своей души.
Вместо этого она нащупала болезнь. Без всякого предупреждения та накатила на нее, что-то вроде лихорадки, которая превратила ее кровь в горячий поток грязи, а кости – в гниющую плоть. Энни затошнило, но она не чувствовала своего горла, и вообще ей казалось, что ее тело куда-то исчезло.
– Ик ни шайвха ийо атан са снори ванзис тику, – сказал кто-то совсем рядом с ними.
– Ита мейт, таннух, – прорычал другой голос издалека.
– Мейта? – с запинкой спросил тот, что находился рядом.
– Йа.
Наступила тишина, а затем возник звук, будто кто-то прорубается сквозь заросли. Энни затаила дыхание, неприятное ощущение усилилось.
Остра была права. Эти люди не испытывают никакого почтения к священным реликвиям.
Она еще сильнее вжалась в землю, и у нее отчаянно закружилась голова. Казалось, земля начала подаваться под тяжестью ее тела, и Энни стала погружаться в нее, минуя корни, чувствуя, как их волокна щекочут лицо. Одновременно у нее возникло ощущение, будто прямо из-под нее нечто пробивается ключом, точно кровь из раны. Ярость пульсировала в ней, словно дрожащая струна, и на миг ей захотелось удержать ее и отдаться ее власти.
А потом и это исчезло, вместе с тошнотой и ощущением погружения. Энни почувствовала тепло на щеке.
И открыла глаза.
Она лежала на лугу, заросшем зеленой весенней травой, среди дубов, тополей, амбровых деревьев, эвериков и десятка других, названий которых она не знала. За левым ее плечом веселый ручеек впадал в озеро, усеянное водяными лилиями и окаймленное камышами, среди которых в поисках рыбы бродила на длинных тонких ногах одинокая цапля. По правую руку крошечные голубые и белые цветы, служившие ей ложем, уступали место папоротникам и колокольчикам.
Остра лежала рядом с ней. Неожиданно она села, и Энни увидела в ее глазах ужас.
Энни, продолжавшая держать подругу за руку, сжала сильнее ее ладонь.
– Все в порядке, – сказала она. – Думаю, здесь мы в безопасности.
– Я не понимаю, – прошептала Остра. – Что случилось? Где мы? Мы умерли?
– Нет, – ответила Энни. – Мы не умерли.
– Тогда где мы?
– Я не уверена.
– В таком случае откуда ты знаешь… – Неожиданно в глазах Остры появилось понимание. – Ты здесь уже бывала.
– Да, – призналась Энни.
Остра встала и начала оглядываться по сторонам. Через мгновение она испуганно сказала:
– У нас нет теней.
– Я знаю, – ответила Энни. – Это место, куда попадаешь, если пройдешь по волшебной тропе.
– Как в сказках?
– Да. В первый раз я попала сюда на дне рождения Элсени. Помнишь?
– Ты потеряла сознание. А когда пришла в себя, все время спрашивала про какую-то женщину в маске. Потом ты решила, что она тебе привиделась, и отказывалась про это говорить.
– Она мне не привиделась – точнее, не совсем привиделась. С тех пор я возвращалась сюда дважды. Первый раз, когда сидела в святилище Мефитис, и еще – когда спала на палубе. – Энни огляделась по сторонам. – Здесь всякий раз все выглядит иначе, – добавила она, – но я все равно откуда-то знаю, что это одно и то же место.
– В каком смысле?
– В первый раз я оказалась в лабиринте из живой изгороди. Во второй – на лесной прогалине. А когда мы плыли на корабле – в темной чаще.
– Но как? Я имею в виду, как мы сюда попали?
– В первый раз меня привели, – объяснила Энни. – Женщина в маске. А потом я приходила сама.
Остра, скрестив ноги, уселась на землю и нахмурилась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
