Лебедь посмотрела вдаль, через заболоченные участки земли.
– Здесь удивительно красиво, правда? Казалось, она не слышала последних слов Нейла.
– Да, – согласился он.
– Никогда не видела ничего подобного. – Дева-Лебедь повернулась к нему. – Очень любезно с вашей стороны заботиться обо мне, сэр Нейл.
– Это ничто в сравнении с тем, что сделали для меня вы, леди. Я бы не хотел, чтобы вы пострадали.
Она пожала плечами.
– Мне не грозит физическая опасность. Они не станут меня убивать, если вас это беспокоит.
– Рад слышать, – сказал Нейл.
– Я принимаю ваше предложение, – решила Дева-Лебедь. – У меня немного шансов спастись в море Святого Лира, ведь теперь мои враги меня почти догнали. Однако надежда остается. Быть может, я еще сумею выиграть эту партию в фидчиз.
– Я буду за вас молиться, госпожа Лебедь.
– А ведь это не настоящее мое имя.
– Я не знал, – ответил Нейл. – Но я хотел бы услышать, как вас зовут на самом деле.
Она покачала головой.
– Я дам вам лодку и припасы.
– В этом нет необходимости, – ответил он.
– Мне это ничего не будет стоить, а вашу жизнь облегчит. Почему вы отказываетесь? – Дева-Лебедь подняла голову. – Однако если вы хотите отблагодарить меня за лодку, я могу вам кое-что предложить.
– Все, что в моих силах.
– Конечно. Поцелуй – всего один поцелуй. Больше я ни о чем не прошу.
В ярком свете восходящего солнца ее глаза были голубыми, точно небо. Нейл вдруг вспомнил слова песни, которую так любил в детстве, – «Элвеер квей Куерйевен»:
Раз ты не ляжешь спать со мной,Сказала госпожа Квирин,То я прошу лишь поцелуй,Лишь поцелуй один.
Но когда Элвеер наклонился, чтобы поцеловать леди Квирин, та ударила его в сердце ножом, спрятанным в рукаве.
Со своей неземной красотой Дева-Лебедь столь же легко могла оказаться Квирин, сколь и человеком.
– Но зачем вам мой поцелуй, леди?
– Потому что другого, возможно, я никогда не получу, – ответила та.
– Я… – Внезапно Нейл понял, что Дева-Лебедь не шутит.
– Вы же сказали: все, что в ваших силах.
– Да, сказал, – признал он и наклонился к ней, продолжая смотреть в удивительные, прекрасные глаза.
Нейл ощутил слабый аромат роз.
Ее губы были теплыми и непохожими на все губы, которые ему когда-либо доводилось целовать, и после их прикосновения все вокруг странным образом изменилось. Когда Нейл выпрямился, ее глаза перестали быть таинственными. Ему показалось, что он начал понимать, что кроется в них.
– Меня зовут Бринна, – сказала она. В ее руке не было кинжала.
Вскоре Нейл уже сидел в маленькой лодочке. Он смотрел на корабль Бринны до тех пор, пока его паруса не скрылись из виду. Тогда он начал грести против течения. И всякий раз, как весла касались воды, Нейлу мерещился голос Фастии, повторяющей, что ему суждено ее забыть.
Начался прилив, заметно облегчивший Нейлу путешествие, но Палдх находился в нескольких лигах вверх по течению, а он все еще не оправился после ранения, так что ему часто приходилось отдыхать. Впрочем, физический труд доставлял Нейлу удовольствие, и он с наслаждением вдыхал солоноватый воздух. Перед закатом солнца он причалил к берегу возле рыбацкой деревушки, где светловолосый мальчик лет двенадцати помог ему привязать лодку. Нейл заглянул в кошелек, который дала ему перед расставанием Бринна, и обнаружил там деньги. Выбрав медную монетку для мальчика, Нейл сначала решил рассмотреть ее. На ней был изображен лишь меч, без какой-либо подписи. Тогда Нейл достал золотой. Его украшал профиль мужчины, а ниже шла надпись: «МАРКОМИР ЭНТХАР СИУЗАН МИКИЛ». Маркомир был королем Ханзы.
Вздохнув, Нейл положил золотую монету обратно в кошелек.
Мальчик что-то сказал на хорнском, но на этом языке Нейл знал всего несколько слов.
– Мальчик, быть можешь, ты говоришь на королевском или лирском языке? – спросил он, с трудом подбирая хорнские слова.
– Конечно, я знаю королевский язык, – медленно выговорил мальчик с мелодичным акцентом. – Вам нужен ночлег? В «Мойр мак» есть комната.
Он показал на длинное здание, крытое щепой.
– Благодарю, – кивнул Нейл. – Как твое имя, парень?
– Нел МейпПеннар, – ответил мальчик.
Нейл улыбнулся.
– Почти как мое – Нейл МекВрен. Нел, ты умеешь различать корабли?
Мальчик гордо выпятил грудь.
– Да, сэр, конечно.
– Скажи, не заходило ли в порт в последние несколько дней купеческое судно из Вителлио, «Делла Пучиа»?
– Я видел этот корабль, – кивнул мальчик, – но давно.
– А как насчет большого бримвульфа без названия и флага?
– Они были здесь три дня назад. Они попали в шторм, и им требуется новая мачта.
– В шторм?
– Да, очень плохой шторм. Несколько кораблей потонуло – один неподалеку, «Тунн Карвант».
– А не могла «Делла Пучиа» пройти мимо незаметно?
– Все может быть, – с сомнением ответил Нел. – Поспрашивайте в «Мойр мак». У вас на нем родичи?
– Да, что-то вроде того, – ответил Нейл. – Спасибо.
Подобрав свои вещи, он зашагал к постоялому двору.
Возле входа красовалась вывеска с изображением дельфина, подтвердившая подозрение Нейла, что «Мойр мак» – это то же самое, что и меурмак – так на Скерне называли дельфинов. Слово означало «морская свинья», совсем неподходящее название для такого изящного животного. Впрочем, «нейл» значит «защитник» – а он едва ли заслужил такое имя. Он потерял доспехи и меч, а принцесса, за которой его послала королева, возможно, покоится на дне моря.
Среди посетителей «Морской свиньи» никто «Деллы Пучин» не видел, однако один из них сказал, что вителлианскии корабль с небольшой осадкой, спасаясь от шторма, вполне мог пристать к берегу в другом месте. Настроение Нейла улучшилось, однако его задача легче не стала: даже если Энни жива, он вновь потерял ее след.
Нейла не слишком удивило, когда оказалось, что ни у кого из жителей Торн-и-Ллага не найдется меча, но ему удалось купить рыбацкий гарпун и нож – хоть какое-то оружие. Нейл с удовольствием поужинал вареной треской и хлебом – пищей, напомнившей ему детство. На следующее утро он почувствовал, что силы к нему возвращаются, и решительно двинулся в Палдх.
Палдх был старым городом. О строительстве огромных портов Эслена и мощной стены Торнрата еще никто даже не думал, а здесь – единственная на сотни лиг вокруг – расположилась гавань, куда могли заходить тяжелые корабли. В те дни, когда еще не существовало Кротении, Хорнлада и Теро Галле, Палдх оставался главным портом на всем побережье. Из-за него не раз велись кровопролитные сражения с местными жителями еще до создания Гегемонии и Колдовских королевств.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
