– Я знаю, что так и будет, – сладко ответила Вив, подходя к нему и расстегивая пуговицы на его отделанной воланами рубашке. – Ты не сможешь мне ни в чем отказать.
Тот полдень был первым из многих, что Вив провела в Клермон Отеле. Она всегда приходила точно ко времени и уходила задолго до того, как возвращалась Ди-Ди, и ее слегка волновала лишь одна мысль – а не бывала ли здесь раньше ее мать.
В театре не замедлили сказаться последствия этого. Белинда, поняв, что она утратила расположение Блэйка, стала непереносимо язвительна, она обвиняла Вив за любой промах и орала на нее перед всеми, а остальные актеры труппы, кто был расположен к Ди-Ди и терпеть не мог, когда ее дурачили, подвергли Вив остракизму так же, как до нее – Белинду. Лучшие роли, которые ей обещал Блэйк, означали возможность курить (сигареты как театральный реквизит обеспечивал дю Морье), ее застекленная фотография появилась на афише у входа в театр, а также она получила профсоюзную карточку лондонских актеров – «эквити». Однако вскоре Вив обнаружила, что все это не такое уж удовольствие, как она себе представляла, изучение реплик и прохождение новых пьес каждую неделю оказалось невероятно трудной работой, особенно после того, как она привыкла выполнять исключительно закулисную работу.
Однажды вечером в конце августа пришел вахтер Джо, разыскивавший во время антракта Вив.
– Там, возле входа, молодой человек. Говорит, что он – ваш друг, – сказал он, мягко картавя. – Хочет видеть вас после спектакля.
– Правда? Как его зовут?
– Он не сказал. Сказал, что хочет увидеть вас. Это может быть розыгрыш, но я так не думаю. Я много видел шуток в свое время, но мне кажется, здесь все настоящее.
– А как он выглядит? – спросила Вив.
– О, симпатичный парень. В форме.
– В какой форме?
– Королевских военно-воздушных сил.
Поль! – подумала Вив. – Это, должно быть, Поль.
– Думаю, я знаю, кто это, – кивнула она Джо. – Скажи ему, что я выйду, как только сниму с себя грим.
Во время спектакля Вив была в прекрасной форме и на подъеме сыграла свою роль. Она знала, что Поль – среди зрителей, и это еще больше раззадоривало ее. И потом, когда она кусочками ваты вытирала грим с лица, руки ее немного дрожали от волнения при мысли, что она скоро снова увидит его. Она натянула хлопковые брюки и рубашку и, наспех попрощавшись со всеми, кто оказался поблизости, заспешила вниз по узкому пыльному проходу к дверям.
Как только она вышла, то тут же увидела его: он стоял возле стены и курил. Он стоял спиной к ней, она подкрались и, вытянув руки, накрыла ладонями его глаза.
– Привет, Поль! Догадайся, кто это!
– Вив! – Он обернулся и взял ее руки в свои. – Как ты узнала, что это я?
– А сколько мужчин я знаю в военно-воздушных силах? – парировала она.
И это правда, подумала она. За годы, что она не видела Поля, он повзрослел. Его лицо и фигура стали полнее, и это шло ему, а в униформе – для Вив она всегда была привлекательной – он выглядел ослепительно красивым, и она подумала, а почему, собственно, всегда считала его не более как заместителем Ники. Конечно, в те давние дни он был всего лишь подростком, ну а сейчас – стал мужчиной, настоящим мужчиной.
– Тебе понравился спектакль? – спросила она.
– Спектакль был хорош, хотя, должен признаться, я пришел посмотреть его только потому, что там была занята ты. Я ведь не такой уж театрал, ты знаешь.
– Я польщена! Но как ты узнал, что я в нем играю? Что ты здесь делаешь, в этой части света?
– Я здесь неподалеку остановился. Мы с приятелем были в городе, и я увидел твою фотографию. Так что решил в первый же свободный вечер прийти и посмотреть, как ты справляешься.
– Ну и как, оно того стоило? Я была в порядке?
– Ну хватит напрашиваться на комплименты, Вив! Ну да, ты была ужасающа. Хотя я не вполне уверен, что ты нравишься мне в образе привидения. Я хочу сказать, что предпочитаю тебя во плоти.
– Поль, а ты – злой!
– Стараюсь! Ну а теперь – как насчет того, чтобы выпить что-нибудь и перекусить? Ты ела?
– Нет, я никогда не ем, пока не кончится спектакль.
– Ну тогда куда же мы пойдем?
– Для чего-то приличного я не так одета, это уж верно. Обычно я перехватываю колбаску с бобами или что-нибудь в этом роде у «Лайонс», там, за углом. Но вот что я тебе скажу: раз уж сегодня такой теплый вечер, давай пойдем и купим рыбу с чипсами и съедим это на берегу.
– Рыбу с чипсами! – засмеялся Поль. – Ну если это все, чего ты хочешь, ты это получишь. Ты знаешь, где тут магазин, где продаются хорошие чипсы?
– Знаю. Пошли, покажу тебе.
Они купили рыбу и чипсы, щедро посыпанные солью, политые уксусом и завернутые в газету, и пошли гулять. Они уселись возле дамбы, чтобы съесть это, и Вив подумала, что каждый глоток этой еды был божественным, как амброзия. Но из-за чего эта ночь столь волшебна? Она не могла точно выразить это ощущение, но ею овладели дразнящее возбуждение и предчувствие, такое потрескивание в воздухе, словно между нею и Полем пробегали разряды.
– Я знал, что ты стала актрисой, – сказал Поль.
– Да, но откуда?
– Из дома, разумеется. – Но ни один из них не упомянул Ники.
– Я думала, что пойду по стопам матери, но это не так здорово, как я себе представляла. Честно говоря, я бы все это забросила хоть завтра, если бы у меня была возможность.
– Ну а почему ты тогда этого не делаешь?
– Необходимость, мой дорогой Поль. Я не сомневаюсь, что ты наслышан о падении дома Моранов?
– Ну…
– Держу пари, слышал! Держу пари, люди радуются по этому поводу. Хотя меня не слишком-то волнует, что говорят люди.
– Это хорошо для тебя.
– Ну а как твоя семья? Все в порядке?
– Насколько я знаю, да. Кроме мамы, конечно. Ты знаешь, она… немного странная.
– Ничего удивительного. Боже, я хотела бы, чтобы этот зверь, Гитлер, был бы жив, чтобы его казнили! Его надо было бы подвесить вверх ногами и четвертовать за все его злодеяния! Пуля для него – слишком быстрая и легкая смерть!
– Они все очень заняты, – сказал Поль, меняя тему. – Они расширяют бизнес. В общем, когда я освобожусь, тоже примкну к ним.
– Ты!
– Почему бы и нет? В конце концов, четвертая часть «Ла Мэзон Бланш» и агентства – по праву мои, и, раз уж они используются как второстепенные, я думаю, что морально имею право участвовать и в остальном. Можно будет устроить приличный отдых. Бернар очень честолюбив, он не упустит хорошей возможности.
– В самом деле? – задумчиво спросила Вив.
– В самом деле. Ну а теперь, если ты покончила со своей рыбой и чипсами, хочешь, я провожу тебя обратно в твою берлогу, или сначала немного прогуляемся?
