— Ах, вот как! Я смотрю, от твоего нового образования у тебя в голове настоящая мешанина. Хэтти, то, что было сейчас между нами, это особый случай, вынужденная мера, если можно так выразиться. Надеюсь, ты веришь мне?
— Иначе и быть не может. Я просто должна верить. Ведь ты спас сэра Гарри и утер нос Файли.
Он поправил на ней платье.
— Как ты себя чувствуешь?
— Полна бодрости, как никогда, — сказала она, устраиваясь поудобнее у него на коленях. — У меня почти не болит бок. Разве это не удивительно? Я хочу танцевать. Хочу поддразнивать тебя, хочу смеяться и кусать тебя за ухо. Я никогда не испытывала ничего подобного, Джейсон.
— И я тоже. Но к сожалению, нам с тобой необходимо вернуться к нашим делам. Ужасно не хочется, но нужно. Ты только не трогай меня. Ох, за что же такие муки!
Он подхватил ее на руки, подкинул и тотчас поставил на ноги. Потом подвел к креслу и, усадив, отступил на три шага назад. Он все еще вдыхал ее дурманящий запах, а пальцы ощущали ее нежную плоть. Нет, это невыносимо — он не сможет ждать больше недели. По привычке он набрал в легкие воздуха, стараясь быстрее вернуть самообладание.
— Хэтти, мне нужно рассказать тебе нечто более серьезное. Во время разговора с Файли я в лоб спросил его о Дэмиане. Я просто обвинил его в том, что он приложил руку к высылке твоего брата. Он был взбешен и клялся, что не имел к этому никакого отношения и вообще ничего не знает.
Похоже, он не лгал. Но в том, что он успел наговорить, я отметил одну важную вещь, Хэтти. Сам он не придал ей особого значения, потому-то, видимо, и проболтался. Или, может быть, хотел угодить мне. Он сказал, что однажды в какой-то компании, когда все они немало выпили и начали дурачиться, Дэмиан проговорился о своих «политических амбициях». А Файли тогда якобы насмехался над его увлечением Элизабет, говоря, что она будет неподходящей женой для политика. Хэтти нахмурилась и покачала головой:
— Джек немного рассказывал об отношении Дэмиана к политике. Дэмиан говорил о растущей бедности в крупных промышленных городах и о тяжелом труде рабочих. Он сравнивал их положение с рабством и считал, что дальше может быть еще хуже. Но я не помню, чтобы Джек говорил о намерении Дэмиана принять активное участие в политической жизни. Боюсь, что в данном случае я бы скорее думала так же, как Файли: я не нахожу ничего важного в его словах, Джейсон.
— Не находишь? Пойми простую вещь, Хэтти. Только кто-то очень влиятельный и с большими связями в военном ведомстве мог так быстро и надолго выдворить Дэмиана из Англии. Только очень могущественный человек из командования мог послать его в ту роковую кавалерийскую атаку.
Хэтти медленно закивала, обдумывая его слова.
— Да, не исключено, что кому-то не нравились его политические взгляды. Возможно, была группа лиц, боявшихся, что он добьется успеха и потеснит их. — Она задумалась, потерла лоб и отчаянно замотала головой. — Нет, не может быть. Невероятно. Неправдоподобно. Я уже и впрямь было поверила в это по своей наивности. Нет, Джейсон, все-таки я не могу допустить подобных мотивов.
— Хэтти, пойми, есть некоторые люди, высокопоставленные, облеченные властью, отдающие всю жизнь политике. Политические убеждения этих людей настолько сильны, что просто пожирают их, заставляют ни перед чем не останавливаться. Не забывай историю Англии. Посмотри, она прямо-таки кишит кровавыми примерами. Сколько людей боролись за право управлять страной так, как им заблагорассудится.
Она поднялась, прижав ладони к вискам.
— Да, Джейсон, все так, но мы живем в другое время. Сейчас тысяча восемьсот шестнадцатый год. Все эти жестокие кровавые схватки за власть позади. Уже нет ни Кромвеля, ни этого красавчика принца Карла. И даже если все, о чем ты сказал, остается и по сей день, то кому понадобилось делать это? Кто мог знать об убеждениях Дэмиана и опасаться его?
— Я.
Глава 33
На пороге стоял незаметно появившийся сэр Арчибальд. Первое, о чем подумал Джейсон, — это о своей ошибке. Как он не сообразил, что нужно было запереть дверь, прежде чем заниматься любовью с Хэтти? Но сейчас было уже поздно.
Сэр Арчибальд повторил:
— Я.
Он улыбался им обоим своей обычной чуть рассеянной улыбкой.
— Папа! — воскликнула Хэтти, подбегая к отцу. — Не может быть! Ты просто не понял, о чем идет речь. Мы разговаривали о Дэмиане и о властях предержащих. И о том, почему его выдворили из Англии. Конечно же, ты здесь ни при чем. Ведь Дэмиан был твоим сыном.
Сэр Арчибальд посмотрел на дочь долгим нежным взглядом, испытывая в то же время глубокую боль, связанную с воспоминаниями о своем младшем сыне.
— Ты должна простить меня, дочка, — сказал он, переводя взгляд на маркиза, — за то, что я невольно подслушал вашу беседу. Я собирался поприветствовать тебя, мой мальчик. Я знаю, что ты был рядом с моей дорогой Хэтти, пока она гостила в Торстон-Холле. Вам было хорошо вместе? Как вы провели время?
— Да, сэр. Нам было весело. Но что все-таки значат ваши слова?
Сэр Арчибальд глубоко вздохнул и подошел к Хэтти.
— Дитя мое, — сказал он, кладя руку ей на плечо, — я не думал, что ты раскроешь эту тайну. Я полагал, что отъезд Дэмиана из Англии так и останется в твоем представлении следствием обычного предписания. Я надеялся, что со временем и с моей помощью ты сможешь пережить эту боль. Теперь мне ясно, что ты многое успела выяснить и еще доверила маркизу эту историю. Но ты должна понять, моя девочка, что у меня не было выбора. Ты же видишь, что Дэмиан стал предателем своей страны.
Потрясенная таким неожиданным известием, Хэтти не сводила с отца изумленных глаз.
— Сэр, — вмешался маркиз, — этого не может быть. Какой смысл вы вкладываете в слово «предатель»? Ведь Дэмиан погиб за Англию. Почему вы считаете его предателем?
Сэр Арчибальд снова вздохнул и покачал головой:
— Увы, но это так. Дэмиан — предатель. Я никогда не говорил этого ни тебе, Хэтти, ни Джеку. Мне не хотелось, чтобы вы думали плохо о вашем брате, чтобы вы возненавидели его. Я старался оградить вас обоих от позора. Но теперь, когда я вижу, что ты и Джейсон знаете даже больше, чем я мог предположить, я должен рассказать тебе правду. Я очень сожалею, что вынужден буду причинить тебе страдания, Генриетта. Ты будешь презирать своего брата. Я в этом не сомневаюсь.
Хэтти с недоумением смотрела на отца, мягкого, воспитанного человека, отдавшего себя целиком политике и всю жизнь вдохновенно служившего Англии. Как он представлял себе предательство сына?
Она положила руку ему на рукав:
— Пожалуйста, папа, объясни мне, почему Дэмиан предатель? Я не могу поверить в это и хочу знать, что ты подразумеваешь под этим словом.
