Бритюков был не единственным, кто рассказывал о творящихся беззакониях. Все это негативно влияло на имидж Шелихова и его компаньонов в Петербурге.
32 Создание подставных компаний и фирм – излюбленная тактика и современных российских бизнесменов, которые стремятся получить госзаказ.
33 Сэмюэль и Иеремия (Джереми) Бентам родились в обеспеченной семье, которая проживала на улице Хаундсдитч (Houndsditch) в восточном Лондоне. Сэмюэль увлекался судостроением и с четырнадцати лет работал в доках Вулвича. В 1780 году он приехал в Россию, где познакомился с Потемкиным, который был известным англофилом. Потемкин назначил двадцатипятилетнего Сэма руководить строительством Черноморского флота. По проекту Бентама была, в частности, построена комфортная баржа, которую использовали во время поездки Екатерины по Крыму в 1789 году.
В 1785 году в Россию навестить своего младшего брата отправился Иеремия Бентам. О России он был наслышан и, можно даже сказать, связывал с ней некоторые планы. Известно, что он агитировал своих соотечественников переселиться в образцово-показательную деревню, которую якобы собирался создать князь Потемкин «на Белой Руси» (в Белоруссии). «Все умные люди, у которых есть хорошие идеи, как можно улучшить жизнь и управление, будут пользоваться покровительством князя», – писал Бентам-старший в английских газетах. «Князь хочет развивать в России производство пива, – читаем мы в другой газетной заметке, – и он также набирает штат молочниц для своего молочного, масляного и сырного производства». Многие, однако, относились к этой идее со скепсисом. Например, Уильям Петти Фицморис, 2-й граф Шелберн, некоторое время занимавший пост министра внутренних дел, а затем почти девять месяцев (с июля 1782 года по апрель 1783 года) возглавлявший правительство, позволили себе выразить сомнения как в платежеспособности Потемкина (хотя тот имел практически неограниченный кредит у придворного банкира российской знати Ричарда Сутерланда), так и в предпринимательском таланте братьев Бентам. «Оба со слишком уж большим энтузиазмом начали свою предпринимательскую деятельность, – писал он отцу братьев, который являлся его личным другом. – Сэм будет больше думать о новых изобретениях, а не о прибылях, которые наверняка может высчитать любой русский, гораздо глупее его самого». Как бы там ни было, в Англии нашлись желающие поехать на заработки в далекую Россию, но большинство из них оказались «чистыми проходимцами, бездельниками и бандитами из Ньюкасла», и «белорусский проект» Потемкина, которому стремились посодействовать братья, с треском провалился. Молочницы и садовник оказались «абсолютно бестолковыми», к тому же у них полностью отсутствовала профессиональная квалификация и необходимые навыки. Оказалось, что садовник «за всю свою жизнь не посадил ни травинки», а «мамзели никогда в жизни не сделали ни одной головы сыра».
Находясь в России, Иеремия Бентам предложил создавать «паноптические тюрьмы», в которых заключенные могли бы работать в помещениях, устроенных так, чтобы за ними можно было наблюдать сверху; позже принципы устройства «паноптической тюрьмы» он изложит в работе Panopticon, or the Inspection House (1791). Вернувшись в 1788 году на родину, Иеремия пытался построить такую тюрьму в Лондоне, на месте, где сейчас находится Галерея Тейт, но его проект не был принят парламентской комиссией.
В Англии Иеремия занял свой гениальный ум другими задачами. Например, он предложил принцип «расчета счастья». «Фактор счастья» по Бентаму («наибольшая сумма счастья для наибольшего числа людей») можно было определить, исходя из «двенадцати болей» и «четырнадцати удовольствий». Зло – это боль, причина страданий, а основу для удовольствий составляет благо, в чем бы оно ни выражалось.
Сэм Бентам остался в России. Помимо кораблестроения он занимался торговлей английскими тканями, используя речное судоходство. Так, он заинтересовался потенциалом сибирских рек. В Сибирь младший Бентам приехал по службе. Под его командованием было примерно два батальона солдат (около тысячи) человек. Он открыл инженерную школу в Иркутске, вел торговые переговоры с китайцами. Бентам посетил Кяхту и побывал в Нерчинске.
Вполне возможно, что Бентам и Шелихов познакомились еще в Петербурге. В любом случае они проводили много времени вместе в Иркутске. Их объединяли идеи развития Сибири и создания флота на Тихом океане. Шелихов хотел переманить Бентама к себе на работу, намереваясь поручить ему судостроение, но по деньгам и влиянию он, конечно же, не мог тягаться с Потемкиным.
После возвращения в Англию в 1791 году Сэмюэль Бентам продолжал строить суда; самое главное, чем он занимался в то время, – разработка водонепроницаемых отсеков, эту идею он «подсмотрел» у китайцев. В 1795 году Бентам был назначен Генеральным инспектором военно-морского строительства, то есть курировал строительство тех самых кораблей, которые победят французов и испанцев в Трафальгарской битве 1805 года.
34 В мае 1797 года «Северо-Восточный орел» поставил рекорд скорости среди судов компании Шелихова, пройдя около 900 километров из Охотска до поселения Якутат на Аляске всего за семь дней.
35 Письмо Его Сиятельству графу Зубову было написано 18 ноября 1795 года. См.: Marvin W. Falk. [Еd. and transl. by Alexander Petrov and Dawn Lea Black]. Natalia Shelikhova: Russian Oligarch of Alaska Commerce. – Р. 51.
36 Lydia T. Black. Russians in Alaska. – Р. 114.
37 Ibid. – Р. 122.
38 Ibid. – Р. 95.
39 Письмо от 20 мая 1795 года. [Тихменев П.] Историческое обозрение образования Российско-Американской компании и действий ея до настоящаго времени; в 2 ч. – СПб.: Типография Эдуарда Веймара, 1863. – Ч. 2. – С. 96.
Петербургский набоб
1 См.: Fitzgerald Molloy. The Russian Court in the Eighteenth Century. – London: Hutchinson, 1905. – P. 202.
2 Цит. по: Simon Dixon. Catherine the Great. – London: Profile Books, 2009. – P. 307.
3 John T. Alexander. Catherine the Great: Life and Legend. – London: Folio Society, 1999. – Р. 308.
4 См.: www.ceremonija.lv/pages/zubov.ru.php.
5 См.: Ekaterina Romanovna Dashkova.The Memoirs of Princess Dashkova / trаns. by Kyril FitzLyon. – Durham: Duke University Press, 1995.
6 Наппер В. Одесса в первые десятилетия ее существования. – Одесса: Optiumum, 2007. – С. 191.
7 Наталия Шелихова подтвердила важнейшую роль, которую сыграл Зубов, в письме Ювеналию от 10 ноября 1795 года, написанном после смерти ее мужа: «Я написала об этом Его Сиятельству графу Платону Александровичу Зубову, который защитил мою компанию. Благодаря его помощи и поддержке нашли и подобрали мастеровых для работы и поселения в Америке, а также отправили, Ваше Святейшество, и православную духовную миссию. Я надеюсь, что Ваше Святейшество напишет об этом императрице».
8 Elton Engstrom, Allan Engstrom. Alexander Baranov: A Pacific Empire // Juneau, 2004. – P. 62.
9 Только один из них вернулся. В конечном счете эта экспедиция закончилась не только смертью Шелихова. Иеромонах Ювеналий, бывший артиллерийский офицер, активно продвигал
