он, не находишь, иногда такую дурь делал…
– Был дураком, стал мудрецом. Свалить из академии было единственным верным решением, что принял этот мальчишка. Слишком много хвост отдавил, слишком много обид досталось клановым от обычного парня. Слышал, что младшее поколение Лазурного камня хотело решать с ним раз и навсегда после экзаменов, при первой же возможности.
– Да, летом много кто пропадает или не возвращается с каникул. Парню повезло, что он решил слинять сразу же по завершению экзаменов. Не стал бы же он сидеть все время в академии и надеяться, что его в этих стенах никто не тронет.
– Не клановые, так девятый отдел им займется.
– Так это не слухи о том, что они делают со всеми призванными, которые решают уйти?
– Думаю, что доля правды в этом есть, отпускают только клановых из местных, сам знаешь, какой они потом вой поднимут.
***
– Нашли этого студента?
– Нет, господин ректор. Его видели на западных воротах, потом растворился в городе, – отчитался Теодор, личный адъютант ректора. – Ищем его, никуда не денется!
– Плевать на этого среднерангового земляного, невелика потеря, мы потом замучаемся отбиваться от этих цепных псов из девятого отдела, три шкуры спустят, выпьют все соки и будут недовольны.
Даларас был вне себя от ярости. Наглый студент решил своевольно покинуть его академию, тем самым показал всем свое мнение о самой первой магической академии. Тут дело принципа!
– Мне кажется, что ко всему этому приложил руку Байрон аст Медич. Артем не раз ему переходил дорогу и другие студенты из класса это подтвердили. Его сосед по комнате и друг охарактеризовал его, как неуравновешенного и неуправляемого человека, со странностями. Последняя стычка на экзамене была ярким примером и последней точно, – остальное Теодор решил не озвучивать, выделив самое важное, по его мнению.
– Что себе позволяет клан Лазурного камня? Неужели они прикопали этого студентика!? – еще больше разгорячился ректор.
– Маловероятно. Пропали все вещи студента и справочник с заклинаниями. Байрон при личном разговоре все отрицал.
– Тем же хуже для него, если девятка захочет поразговаривать с ним, ну… Либо они пожмут ему руку и поблагодарят за то, что выполнил их работу. Так, с этим разобрались, теперь что касается других дел, – Даларас требовательно посмотрел на своего адъютанта.
– Провели инвентаризацию всех сфер-накопителей, нашли две треснутых сферы. Кто виноват непонятно. Лансен говорил, что не пользовался сферами в личных нуждах. Были опрошены все учителя, но никто не признался.
– Простой дефект? Такое может случиться вблизи источников.
– Сферы были проколоты странным образом, не разрушены, а как-бы проколоты чем-то тонким, навроде иголки. Мана уходила не сразу, а долгое время, заметили это только при пересчете. Мы не сможем починить, сферы подлежат утилизации.
– Отлично, – паршивое настроение ректора стало еще хуже. – Теперь придется выделять бюджет в следующем году еще и на покупку двух сфер, а стоят они по пятьдесят золотых за штуку между прочим!
Теодор решил не напоминать архимагу о том, что еще нужно посчитать затраты по наполнению маной этих самых сфер. Время у источника стоит дорого, но не настолько дорого, как душевное спокойствие его начальника, поэтому умный адъютант не стал еще больше тревожить господина ректора данными известиями.
– Из хороших новостей, трое призванных уже показывают результаты на уровне вторых курсов. По моим скромным подсчетам, к выпуску они смогут превзойти уровень подмастерья, а то и еще выше.
– Вот это уже отлично. И кто же это такие? – ректор раскрыл свой дневник, чтобы сделать запись об отличившихся студентов.
– Два огневика, Дамир и Суриел. Обычные крестьяне, у Дамира скорее всего есть предрасположение к синему огню. За время каникул он будет в академии, поэтому я лично с ним позанимаюсь.
– Вот видишь, а ты волновался, что не сможешь найти себе личного ассистента и ученика.
– Премного благодарен, за такую возможность, – Теодор поклонился ректора.
Синий огонь, считается сильнейшим из действующих на данный момент. Маги с такой предрасположенностью очень редки и за такими кадрами идет охота. Взять под крыло такого потенциально сильного мага и взрастить себе надежную и сильную опору многого стоит. Теодор был когда-то точно таким же мальчишкой, за которым охотились многие кланы.
– А последний водник, зовут Молван, он тот самый из клановых, что у нас остался.
– Превосходно, мои птенчики должны расти сильными и полезными!
***
– Зачем ты тратишь на него столько времени? – Себас смотрел издалека на жалкие потуги черноволосого паренька, который отрабатывал серию ударов на манекене. – Он хуже куска мяса.
– Какой же ты пустоголовый Себ, – сказал Бегемот, который внимательно следил за тем, как ученики отрабатывают удары. – Учитель всегда говорил: смотри шире, чем оно есть, заглядывай за угол.
Себас вздохнул и отвесил затрещину нерадивому ученику, который неправильно выполнял упражнение. Он не понимал мотивации собрата по искусство, но всячески старался разобраться в том, чем движет Бегемотом. Взять ученика, без каких-либо умений, без какого-либо потенциала, на странных условиях, было крайне глупо. Хоть их Бойцовский ямы и являлся второсортным, но даже поступая сюда, ученики проходили отбор и
