в них, однако из-за приказа Царицы Наук, ему пришлось поменять маршрут и сразу отправится в Иентрин, где его ждут новые интриги королей и Богов.
Теперь Кориандр решил по серьезному взяться за Перстень Сопротивления — союз Богов, что смеют противостоять Высшим Существам — а для этого необходимо искоренить ту веру, благодаря которой они до сих пор обладают бессмертием.
Глава 70
3 месяца спустя
Смотря на привычный белый горизонт, Лилит заметила легкую зеленушку, выглядывающую из-под толстого слоя снега. Весна незаметно начала подступать к порогу каждого дома, едва касаясь утренним воздухом замерзших окон.
Пхоник оставил после себя много разрушенных деревень и лесов, лишь Маллийский лес смог противостоять непокорной стихии, гордо пережидая два месяца постоянных смерчей. Столица осталась нетронутой, благодаря сплочённой работе синтонов и помощи алур в тени. Жители, после столь продолжительного прибывания в собственных домах без права выхода, наконец смогли открыть двери и вдохнуть свежего ледяного воздуха, чувствуя, как все напряжение спадает с их тел.
Сама же Лилит, вместе с Габриэлем, покинули столицу, как только открыли границу, и отправились в Маллийский лес, в уже полюбившееся графство Фритч.
После отлучения от храма, они утратили свои статусы святой и паладина, а для простолюдинов и аристократов это все равно, что лишиться королевского титула — самого ценного, что может иметь человек — поэтому, не желая видеть жалость или презрение этих людей, Лилит спросила у Габриэля, не хотел бы он вместе с ней вернуться в башню Верум? Тот сразу согласился. Подготовка не заняла много времени и через несколько дней после открытия границ, они ушли из столицы, сохранившей для них множество веселых воспоминаний о их приключениях.
На протяжении всех этих месяцев Габриэль пытался помочь Лилит справится с ее зависимостью от косметических процедур, но, к сожалению, ничего не помогало. Хотя один положительный результат все же был, девушка, наконец, могла купаться в теплой воде без последующих кошмаров, что уже казалось для нее невероятным чудом. Часто они вместе проводили время, читали, играли и веселились, пока им позволяла молодость и весь мир, который словно утратил все свое значение для них.
Лишь они одни, на всем белом свете, понимали друг друга, не желая расставаться и на краткий миг.
Лишь они одни…
* * *
Тем временем, в королевском кабинете, Людвиг холодно взирал на ответ о создании секретного взвода. Так как он еще давно узнал о существовании Киллиана, то не мог не воспользоваться ситуацией и не повернуть ее в свою сторону. Его дядя является иммундусом, с помощью которого он сможет остановить непрекращающиеся нападения Абрахама на других жителей, это идеальное решение проблемы из всех имеющихся, однако Киллиан тоже не оказался глупцом. Он прекрасно осознавал возможности секретного взвода и выдвинул выгодные для себя условия.
Не то, чтобы в положении Людвига их тяжело было удовлетворить, но в такое время он должен всегда стремиться минимизировать свои затраты, чтобы направить ресурсы на борьбу с храмом и королем Пэспелы. Так как эти двое уже являются непримиримыми врагами, у Людвига есть пару идей как разжечь потухший фитиль, чтобы вновь возгорелось пламя вражды и гнева между ними.
— Теперь настал мой черед делать ход, — прошептал юноша, переставив шахматную фигуру по доске так, что вражеский король попал под «мат».
* * *
В герцогстве Шутте, Розалина вновь, с утра пораньше, вышла на плац и приветливо поздоровалась со всеми тренирующимися там рыцарями. Те лишь кивнули в ответ, не смея отвлекаться от упражнений под надзором строго наставника, хотя любой мог видеть, как сильно они хотели подойти к принцессе и поговорить с ней.
Недалеко от плаца в укромном месте ее уже ожидал Нестор. Его длинные синие волосы плотно завязаны на затылке, а обычная рубашка и брюки не могли скрыть невинной внешности, за которой скрывался понимающий и добрый юноша.
— Начнем как обычно. — улыбнулся Нестор, держа в руках деревянный меч, но пока что, не отдавая его Розалине.
— Хорошо.
Принцесса начала бежать вокруг плаца. Она не могла забыть всего того, что произошло перед и во время коронации, пусть боль и прошла, но воспоминания, словно зудящий шип, в любой момент напоминали о себе через разные действия. Постепенно, Розалине начало казаться, что ее руки сцеплены оковами, концы которых держит в своих пальцах Генрих. Каждый раз терпя неудачу или проходя через муки, он появляется перед ней и бездушно смотрит в глаза, наталкивая ее на те фрагменты воспоминаний, где она бессильно держала плотный плед на его груди, пытаясь остановить каждую вытекаемую из его тела каплю крови. Но все бес толку. Он умер прямо на ее руках, а она могла лишь смотреть… смотреть и мечтать о том, чтобы он выжил и вновь игриво подшутил над ней и поругал ее.
Когда он был жив, никто не мог сравниться с его доброй улыбкой или издевательским тоном.
И хоть Розалина понимала, что эти оковы мешают ее нормальной жизни, она не смела их разорвать. Ей не хочется потерять еще один лучик, еще одну надежду, найденную после стольких дней боли и страданий. Даже если это означает, что ей все оставшиеся дни придется видеть несуществующий образ, она все равно готова к такому бытию.
Ведь это единственное, что у нее осталось и за что она может держаться.
* * *
— Внимание! Подлетаю к материку Иентрин. Координаты вышлю позже. — монотонно сообщил Айрон через коммуникатор.
— Где ты пропадал? — Царица, по ту сторону, недовольно снизила тон.
— За мной гнались парящие корабли с искусственного острова Энрикс, пришлось спрятаться на материке Клеизе, пока они не ослабили бдительность.
— Поторопись, Кориандр уже нашел себе новую жрицу в том месте, она станет нашим ключевым звеном в свержении Корлеса.
— И как же зовут эту несчастную?
— Дарайя.
