С отчаянием покачав головой, молодой человек отошел в сторону. Лорд Алдаран хмуро смотрел ему вслед.
На короткое время действительно показалось, что атакующие, потерпев неудачу с колдовскими приемами, вернулись к обычному оружию. Весь день и большую часть ночи снаряды катапульт били в стены замка, иногда перемежаясь со стаями огненных стрел. Донел постоянно держал наготове людей у баков с водой. Даже некоторые женщины были вынуждены таскать ведра и тушить небольшие пожары, вспыхивавшие среди деревянных надворных построек. Незадолго до рассвета, когда большая часть замковой стражи гасила очаги пламени в дюжине разных мест, неожиданно прозвучал сигнал тревоги, призывавший всех вооруженных мужчин на стены для отражения вражеской вылазки. Многие лестницы были сброшены вниз, но некоторые из нападавших все же прорвались внутрь, и Донелу с двумя десятками копейщиков пришлось сойтись с ними в схватке. Эллерт, бившийся рядом с ним, получил небольшую колотую рану на левом предплечье. Когда стычка закончилась, Донел послал его на перевязку.
— Благодарение богам, ранение не опасное, — сказала Кассандра. Она была очень бледна.
— Донел не ранен? — спросила Рената.
— Не бойся, — ответил Эллерт, поморщившись, когда целительница начала зашивать его руку. — Он собственноручно зарубил напавшего на меня. Дом Микел имеет защитника, превосходно обученного воинскому искусству. Несмотря на молодость, он умеет командовать.
— Все стихло, — прошептала Кассандра и передернула плечами, словно от холода. — Какое злодейство они замышляют теперь?
— Стихло, говоришь? — Эллерт изумленно взглянул на нее, а затем понял, что как внутри, так и снаружи действительно наступила глубокая, угрожающая тишина. Надсадный вой зажигательных снарядов, свист стрел, осыпавших замок, — все смолкло. Крики, которые он так ясно слышал, звучали лишь в его сознании, вызванные игрой его ларана. Тем не менее юноша не сомневался, что еще услышит их наяву.
— Любимая, как бы мне хотелось, чтобы ты сейчас находилась в безопасности, в Хали или в Трамонтане! — прошептал он.
— Где угодно, лишь бы с тобой, — тихо ответила Кассандра.
Целительница забинтовала руку Эллерта, а затем вручила ему чашку, наполненную вязкой красноватой жидкостью.
— Выпей, это от лихорадки. Пусть рука немного побудет в покое; в замке достаточно людей, готовых обнажить меч в схватке.
Она в ужасе попятилась назад, когда чашка выпала из внезапно ослабевшей руки Эллерта и красная жидкость растеклась по полу. Но в следующий момент крики, которые он слышал своим лараном, грянули во внутреннем дворе. Не тратя времени на объяснения, Эллерт встал и побежал по лестнице. До него донеслись новые крики.
Во внутреннем дворе собралась толпа. Люди пятились от разбитого сосуда, лежавшего на мостовой, из которого сочилась странная желтоватая слизь. Там, где она расползалась, сам камень мостовой дымился и прогорал, оставляя огромные зияющие дыры с оплавленными краями.
— Во имя преисподен Зандру! — взорвался один из стражников. — Что это такое?
— Не знаю, — мрачно произнес дом Микел. — Раньше мне не приходилось видеть ничего подобного.
Один из наиболее храбрых солдат вышел вперед, попытавшись сдвинуть в сторону куски разбитого сосуда. Секунду спустя он отшатнулся назад, крича от боли. Его рука почернела от ожогов.
— Ты знаешь, что это такое, Эллерт? — спросил Донел.
Эллерт плотно сжал губы:
— Это не колдовство, но оружие, изобретенное в Башне: кислота, которая плавит камень.
— Неужели мы ничего не можем с ней поделать? — спросил лорд Алдаран. — Если они забросают такими снарядами наши внешние стены, то расплавят весь замок над нашими головами. Донел, пошли людей проверить наружные посты.
Донел подозвал стражников:
— Ты, ты и ты, отправляйтесь на стены. Возьмите щиты из рогожи. Эта жидкость не проедает солому — смотрите, вот здесь она брызнула на фураж, и ничего не случилось. Но если она попадет на металл, едкие пары могут разъесть легкие.
— Возьмите известковый раствор, которым вы пользуетесь для очистки отхожих мест и конюшен, и полейте пораженные места, — добавил Эллерт, обращаясь к остальным.
Хотя щелочной раствор действительно нейтрализовывал кислоту и сдерживал ее распространение, некоторые из мужчин пострадали от едких капель, попавших им на кожу. Поврежденные участки внутреннего двора пришлось огородить, чтобы люди не покалечились, упав в яму. На внешних стенах было несколько прямых попаданий. Камень оплавился и частично потрескался; хуже того, запас щелочного раствора вскоре истощился. Обороняющиеся попробовали использовать заменители вроде мыла и мочи животных, но они оказались недостаточно действенными.
— Какой ужас, — пробормотал дом Микел. — С таким оружием они быстро возьмут замок. Это дело рук лорда Элхалина, родич. У моего брата нет дьявольских изобретений, подобных этому. Что нам делать? У тебя есть какие-нибудь предложения?
— Есть, — помедлив, ответил Эллерт. — Мы можем наложить на камень связующее заклятье, предохраняющее его от воздействия неестественных субстанций. Заклятье не защитит от землетрясения, наводнения или воздействия времени, но думаю, замок устоит перед кислотой.
И снова все прошедшие обучение в Башне заняли свои места в матриксном зале. Дорилис присоединилась к ним, умоляя взять ее в круг.
— Я могу работать Наблюдающей, — со слезами на глазах говорила она. — Я подменю Ренату…
— Нет, — быстро возразила Рената, благодаря богов за то, что телепатические способности Дорилис были еще слабыми и неразвитыми. — Если хочешь, можешь занять место в круге, но я буду наблюдать снаружи.
Будучи Наблюдающей, Дорилис бы немедленно узнала, почему Рената не может присоединиться к матриксному кругу.
«Мне претит обманывать ее, но вскоре она совсем поправится, и тогда мы с Донелом расскажем ей», — подумала Рената. К счастью, Дорилис была настолько счастлива впервые войти в круг и использовать свой матрикс, что не стала задавать лишних вопросов. Кассандра протянула руку, и девушка заняла место рядом с нею. Круг снова сформировался, и они приступили к сотворению заклятья, укреплявшего естественные силы природы.
«Камень един с планетой, на которой он создан, и человек един с землей, из которой он рожден. Ничто не изменит этого. Камень един… един… един…»
Связующее заклятие было наложено. Эллерт, чье индивидуальное сознание потерялось в объединенном разуме матриксного круга, всем своим существом воспринимал камень, из которого были сложены стены замка, его связующие элементы. Он сосредоточился на осознании тщетности воздействия на нерушимую мощь камня. Разрывные снаряды отскакивали от стен, едкая слизь стекала по ним, оставляя отвратительные лоснящиеся следы, но не разрушая камень. Камень един… един… един…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
