На какойто миг Рэп почти поверил, что Эмшандар вызовет палача и прикажет отрубить голову строптивцу – слишком сильно вздулись вены под тонкой пергаментной кожей. Но император не гневался, он возмущался:
– Да знаешь ли ты, кем для них покажешься? Что они подумают о тебе?
– Конечно, – заверил Рэп, – мужлан, неотесанный деревенщина.
– Ну? – прогремел старик, полагая, что убедил колдуна.
Шанди в ужасе переводил взгляд вытаращенных глаз с одного спорщика на другого.
– Я и есть деревенщина, – упрямо гнул свое Рэп. – Вам нужна моя помощь? Ну так принимайте меня таким, каков я есть.
Спектакль в Круглом зале шел своим чередом. Итбен поднялся на нижнюю ступень центрального возвышения. От Опалового трона регента отделяла только пара шагов.
– Господи, вразуми кретина! – сердито проворчал император. – Ладно, будь потвоему, пошли! – Потянувшись к шелковому шнурку колокольчика, висевшего у полога кровати.
Эмшандар вдруг остановился и досадливо махнул рукой.
– Некогда с носилками, я прав? А нельзя ли магией переправить нас всех троих в Ротонду?
– Можно, сир. Но если за церемонией наблюдают Хранители, наш маневр обожжет им глаза.
– Так им и надо!
Рэп пожал плечами. Обещатьто легко, а как сделать? Фавн вспомнил рассказ Ишиста, что Литриан мог обходиться без Магического Портала, пользуясь для перемещения в пространстве волшебством.
«А почему бы и нет?!» – решился Рэп.
В пути фавн никого терять не собирался. Поэтому, встав между своими августейшими спутниками, Рэп взял императора за костлявый локоть, а Шанди за вспотевшую ручонку. Потом сконцентрировался на видении магического пространства… шагнул в темноту, которая на самом деле была Опаловым дворцом, вокруг которого сверкали мелкие сполохи, витавшие в Хабе; ярко светились сигнальные маяки на шпилях четырех башен в дворцах Хранителей, и переливчато мерцали огоньки в отдаленных землях – невольная весточка от живших там колдунов. Затем Рэп сориентировался на грозное величие Круглого зала, оценивая расстояние, и спросил своих спутников:
– Готовы?
Дед и внук только молча кивнули. Удерживая всех троих в полной неподвижности, Рэп сдвинул магическое пространство.
Бенволио: Тебя осудят на смерть за убийствоЧто ты стоишь? Немедленно беги!Ромео: Насмешница судьба!Бенволио: Зачем ты медлишь?
Шекспир. Ромео и Джульетта (пер. Б. Пастернака)
Часть девятая
В священном пламени
1
Под шапкой непроглядной тьмы Круглого зала Эмина, осиянный мириадами отсветов хрусталя с двух зажженных канделябров, припав к земле, дремал Опаловый трон.
На верхней ступеньке перед самым троном стоял регент, облаченный в пурпурную тогу и при императорских регалиях. Его жена восседала на стуле ступенькой ниже. На той же ступеньке, но с другой стороны от трона находился пустой стул, приготовленный, скорее всего, для Шанди.
Итбен обшарил взглядом освещенную часть Ротонды и, похоже, счел, что все, кто нужен, уже на месте. Синий мозаичный луч звезды суживающимся концом упирался в постамент Голубого трона. Словно застывшая ледяная глыба, окруженная морем мрака, мерцал под единственным канделябром пустующий трон Хранителя.
Вдруг из тьмы, уверенно шагая, появился император в сопровождении внука и колдуна. Сначала эту троицу никто не заметил, но, обратив внимание на изменившееся лицо Итбена, сановники заинтересованно повернулись и уставились на вновь прибывших.
Не отрывая тяжелого взгляда от узурпатора, Рэп, пользуясь магическим зрением, осмотрел собравшихся. Конечно же среди приглашенных была и Инос. Восторг в ее глазах очень беспокоил Рэпа. Рядом с ней улыбалась ее пухленькая тетя. Складки одежды тактично скрадывали ее оплывшие формы, и выглядела Кэйд превосходно. Но недаром говорят, что красота требует жертв; женщины зябко ежились в слишком легких для столь промозглого помещения одеяниях. В этом отношении тоги служили мужчинам гораздо лучше. Смешно завернутый в тогу Азак, как и следовало ожидать, казался неуклюжим и был мрачнее тучи. Непонятно, почему султану отказывали в одежде джиннов? Алый гребень блестящего шлема указывал местонахождение маршала Ити, а рядом с ним маячил человек в белой тоге с пурпурной каймой. Должно быть, консул. Отдельной группкой стояли трое мужчин в красных сенаторских тогах и женщина в длинной красной тунике. Посол Крушор и еще один джотунн сверкали крылатыми шлемами и щеголяли обнаженными бицепсами гдето на границе света и тени в северном секторе Круглого зала. С ними же находился Маленький Цыпленок, наряженный в джотуннские кожаные штаны. Он алчно скалился, глядя на Рэпа, но, в отличие от Инос, его радость была иного сорта.
Похоже, для Эмшандара единственной надеждой вернуть трон были Хранители. Захотят ли они ответить на призыв регента? А если появятся, то чью сторону примут?
Войдя вслед за императором в освещенное пространство между постаментами тронов, Рэп остановился и придержал за плечо принца.
Эмшандар шагая дальше один, худощавый и седой, закутанный в пурпур – живое воплощение духа мщения. Приблизившись к высоким ступеням, он будто врос, расправив сутулые плечи. Несколько мгновений он испепелял взглядом Уомайю, а та вся сжалась в комочек на стуле, даже голову опустила, не смея взглянуть на свекра. Потом император перевел взор на улыбающегося Итбена.
Два человека в пурпурных тогах мерились взглядами. Два государя стояли там, где место было только для одного.
Под ладонью Рэпа тельце Шанди дрожало, как в ознобе, и в то же время мальчик стоял не шелохнувшись, даже дыхнуть лишний раз не решался.
Противостояние властителей затягивалось… Император первым нарушил молчание:
– Ты свободен от своих временных обязанностей, Итбен.
Продолжая улыбаться, Итбен лишь головой покачал, а потом промолвил:
– Мы счастливы видеть, что выздоровление ваше продолжается. Консул!
Один из сановников в тоге с пурпурной каймой смачно Прочистил горло. Император развернулся в его сторону.
– Народная Ассамблея, безусловно, придет в восхищение, узнав, как прогрессирует выздоровление вашего величества, и несомненно единогласно постановит вознести благодарственные молитвы Богам и учинить всенародный праздник в честь этого события. А также рекомендует продолжать горячие молитвы и впредь, до полного восстановления сил любимого императора.
Елейная речь очень не понравилась Эмшандару.
– Пожалуй, тебя стоит поздравить со столь стремительным продвижением в должности, Гумайз. Ктонибудь сообщит нам, где консул Укилпи?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
