— Должно быть, оно спутало с Мечом Эльфийские камни.
— Может, ты и прав, — медленно согласился Панамон, задумчиво потирая здоровой рукой подбородок. — Я, честно говоря, ничего не понимаю. Кельцет, а ты что об этом думаешь?
Громадный скальный тролль пристально поглядел на них, а затем сделал несколько быстрых жестов руками. Панамон внимательно следил за ним, потом с раздраженным видом повернулся к Шеа.
— Он считает, что Меч очень важен, а Повелитель Колдунов смертельно опасен для всех нас. — Вор громко рассмеялся. — Он очень нам помог, должен отметить!
— Меч В САМОМ ДЕЛЕ важен! — повторил Шеа, и его слова растаяли в темноте. Потом они долго сидели молча, погрузившись в свои раздумья.
Наступила ночь, за кругом тускло светящихся багровых углей костра сгустился мрак. Лес стеной обступил маленькую полянку, укрывая их, окружая жужжанием насекомых и редкими далекими криками зверей. Между ветвей громадных деревьев виднелись клочки темно-синего неба, в котором горело несколько далеких звезд. Панамон еще пару минут тихо говорил, пока угли не превратились в золу. Тогда он встал, разбросал пепел и втоптал его в землю, и с такой уверенностью пожелал своим спутникам доброй ночи, что Шеа даже не пытался больше завести с ним разговор. Прежде, чем Шеа успел выбрать себе удобный клочок земли для ночлега, Кельцет уже завернулся в одеяло и заснул. После долгого напряженного пути и сражения с Носителем Черепа юноша невероятно устал. Подстелив одеяло, он улегся на спину, сбросил с ног охотничьи ботинки и бездумно уставился в темное небо, на фоне которого лишь с трудом мог различить контуры ветвей.
Шеа думал обо всем, что приключилось с ним за эти дни, вновь мысленно прослеживая свой долгий, бесконечный путь из Тенистого Дола. Так много загадок оставались нерешенными. Он так далеко прошел, так многое испытал, но до сих пор не знал всей правды. Секрет Меча Шаннары, Повелителя Колдунов, его собственного происхождения
— все это по-прежнему оставалось для него тайной. Отряд сейчас наверняка искал его, под руководством молчаливого мистика Алланона, кроме которого, никто не знал ответов на эти бесчисленные вопросы. Почему он с самого начала не рассказал Шеа все? Почему он предпочитал излагать им историю по частям, все время немного недоговаривая, все время скрывая от них ключ к окончательному пониманию загадочной силы, скрытой в таинственном Мече Шаннары?
Он повернулся на бок, вглядываясь сквозь тьму в силуэт Панамона Крила, спящего в нескольких футах от него. Чуть дальше, по другую сторону поляны, слышалось тяжелое дыхание Кельцета, сливающееся с ночными шорохами леса. Орл Фейн сидел прямо, прислонившись спиной к дереву, к которому был привязан, его глаза, неподвижно уставившиеся на Шеа, светились в темноте, как у кошки. Юноша некоторое время смотрел на карлика, настороженный его взглядом, но потом решительно повернулся на другой бок и закрыл глаза, быстро засыпая. Напоследок он успел сжать в кулаке Эльфийские камни, которые хранил в мешочке на груди, и подумал о том, защитит ли его их сила в будущем.
Шеа внезапно проснулся, в глаза ему полился серый свет раннего лесного утра. Его разбудил поток гневных разочарованных ругательств, исходящих от взбешенного Панамона Крила. Вор, вне себя от ярости, носился по поляне, громко крича и проклиная весь мир. Шеа не мог понять, что же послужило причиной его гнева, и только через несколько минут он протер глаза и приподнялся на локте, утомленно вглядываясь в полумрак. Казалось, он спал всего несколько минут; все его мышцы болели и ныли, а в мыслях клубился туман. Панамон продолжал бушевать, бегая взад и вперед по маленькой полянке, а Кельцет молча сидел под одним из огромным дубов. Затем Шеа понял, что Орл Фейн исчез. Он вскочил на ноги и бросился вперед, ощутив внезапный страх. Секунду спустя оправдались его самые худшие опасения — веревки, связывавшие карлика, теперь лежали, разорванные, вокруг основания могучего ствола. Коварный карлик сбежал, и Шеа лишился своего единственного шанса найти исчезнувший Меч.
— Как он освободился? — сердито осведомился Шеа. — Я думал, ты привяжешь его так, чтобы он не мог дотянуться ни до чего острого!
Панамон Крил взглянул на него как на полного идиота, и на его побагровевшем лице возникла маска раздражения.
— Я что, похож на такого кретина? Конечно, я привязал его так, чтобы он ни до чего не мог дотянуться. Я привязал его к этому проклятому дереву и позаботился даже заткнуть ему рот. Где твои глаза? Этот чертенок не резал веревок. Он их перегрыз!
Теперь уже онемел Шеа.
— Это не шутка, уверяю тебя, — сердито заявил Панамон. — Он перегрыз веревки зубами. Наш приятель-грызун оказался предприимчивее, чем я предполагал.
— Или, возможно, отчаяннее, — задумчиво добавил юноша. — Интересно, почему он не попытался убить нас? У него были хорошие причины нас ненавидеть.
— Это очень жестоко с твоей стороны — говорить такие вещи, — с деланным удивлением заявил вор. — Но раз уж ты спросил, я объясню. Его ужасала мысль, что один из нас может проснуться. Он же дезертир — существо низшего порядка. Он сбежал, потому что на другое у него просто не хватило смелости. Что такое, Кельцет?
Громадный скальный тролль безмолвно подошел к своему товарищу и сделал несколько быстрых жестов, указывая на север. Панамон раздраженно покачал головой.
— Этот хитрый мышонок ушел уже давно — несколько часов назад. Хуже того, глупец побежал на север, и гнаться за ним вряд ли будет полезно для нашего здоровья. Вероятнее всего, его заметят его же сородичи и расправятся с ним сами. Они беспощадны к дезертирам. Ха, пускай бежит! Нам без него будет спокойнее, Шеа. Тем более, он наверняка врал про твой Меч Шаннары.
Шеа задумчиво кивнул, не уверенный до конца в том, что все слова карлика были заведомой ложью. Несмотря на свое нервное поведение, он все же производил впечатление, что ему известно, где и у кого находится сейчас Меч. Сама мысль, что он мог владеть этим секретом, выводила юношу из себя. Что, если он отправился за Мечом? Что, если он знает, где искать его?
— Выбрось это из головы, Шеа, — уравновешенно посоветовал Панамон. — Карлик нас до смерти боялся; он думал только о том, как бы сбежать. Вот он и придумал эту историю про Меч, чтобы мы не убили его, пока он не нашел способ побега. Посмотри! Он скрылся так поспешно, что даже забыл свой бесценный мешок.
Только сейчас Шеа заметил, что на другой стороне поляны лежит полураскрытый мешок. В самом деле, странно, что Орл Фейн так просто бросил свои сокровища после таких стараний сохранить их при себе. Этот бесполезный мешок был вчера так важен для него, но вот он лежит, брошенный, на земле, и его содержимое чуть не высыпается на землю. Движимый любопытством, Шеа подошел к мешку и стал подозрительно рассматривать. Затем он вытряхнул из него содержимое, и мечи, кинжалы и безделушки со звоном посыпались на землю. Шеа осмотрел их, заметив, что рядом с ним появилась громадная фигура Кельцета, склонившего свое мрачное невыразительное лицо к земле. Они стояли рядом, изучая брошенные карликом трофеи, словно в них заключался некий таинственный секрет. Их спутник несколько секунд ждал, затем начал недовольно ворчать и, пошатываясь, присоединился к ним, глядя на оружие и украшения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
