ловит ее и укладывает к изголовью кровати. Натягивает футболку. А я успеваю лишь завязать халат, когда раздается стук в дверь и щелчок.
- Ты еще и не закрыл? – шиплю на Алика. Но он принимает невозмутимое выражение лица, включает сурового главу семейства и берет меня за руку, притягивая к себе.
- Не нервничай, тебе нельзя, - его ровный тон не успокаивает, а раздражает. – Все нормально.
- Дети, к вам можно? Мы так соскучились, - доносятся голоса.
– Ле-еся! – и следом топот детских ног.
Шумно выдыхаю, лихорадочно поправляю растрепанные мокрые волосы, но осознаю, что это тщетное занятие. И опускаю руки, которые плетьми повисают вдоль тела.
Будь что будет. В конце концов, во всем Алик виноват – он пусть и выкручивается. А я молчать буду.
- Ой, а мы невовремя? – теряются мамы и останавливаются на пороге, преграждая путь отцам. – Алик? – две пары глаз устремяются на моего забывчивого мужа. И к ним присоединяется третья - моя.
- Лерочка, - не отпуская моей руки, Туманов нежно поглаживает ладонь большим пальцем. – Я хотел сделать тебе сюрприз. Раз уж у нас с тобой не было нормальной свадьбы, а в России мы церемонию провести не можем, так как для всех уже давно расписаны. То… - покоряет меня теплой улыбкой. – Я решил, что мы «поженимся» здесь.
- Я…
Растерянно моргаю, а глаза наполняются слезами. Я стала слишком сентиментальной. И дело не только в беременности. Трепетное отношение мужа не может оставлять меня равнодушной. Так приятно быть по-настоящему нужной, ценной и любимой.
А новость о предстоящей свадьбе и вовсе пробуждает вулкан эмоций внутри меня. Каждая девочка мечтает о сказке. И у меня она претворяется в жизнь.
- Не хочешь? – неправильно трактует мои слезы Алик. – Отменим! – твердо чеканит.
- Я тебе отменю! – всхлипнув, толкаю его в бок. – Хочу! Очень! – становлюсь на носочки, чтобы поцеловать его в щеку.
- Я планировал организовать свадьбу как можно раньше, но нужно было дождаться, пока твоим родным сделают загранпаспорта. И Стасе, - после паузы тяжело вздыхает.
- Она тоже будет? – едва не пищу от восторга.
- Ну да. Дружка же, - кривится Алик, но меняется в лице после моего предупреждающего кашля. – Что ж, зато у меня было время подготовиться. Я заказал лучший ресторан, машины, оформление. Нашел фотографа. Платье тебе мама поможет выбрать. И подскажет, где сделать прическу и прочие женские штучки, - бросает взгляд на Майю, и та кивает с готовностью. - У тебя будет все, что ты захочешь, - победно смотрит на меня.
- Ты неисправим, - качаю головой, намекая на патологическое желание мужа все держать под контролем. И принимать важные решения в одиночку.
Но он не понимает укора. Уверен, что все делает правильно, и ждет от меня поощрения.
Прикусив свой дерзкий язык, благодарно чмокаю мужа. Расплываюсь в улыбке, шепчу: «Спасибо». И наблюдаю, как он важно расправляет плечи.
Хозяин. Мужчина. Глава.
Но я слишком хочу красивую свадьбу, чтобы капризничать и выяснять отношения. Не сейчас.
Перевоспитывать мужа-тирана будем позже. И постепенно. Очень нежно. И любя.
- Идемте чай пить, - приглашаю родителей на кухню. Как можно дальше от нашей с Аликом спальни, откуда мы весь медовый месяц не выходим.
- А как поживает самый младшенький Туманов? – не выдерживает Илья, когда мы устраиваемся за столом. И мой папа тоже нетерпеливо ждет новостей.
- Сейчас! – хихикнув, бегу в комнату.
Нахожу в тумбочке справку от врача. В ней все по-итальянски, и я ни слова не разбираю, но Тумановы ведь знают язык. Радостно протягиваю листок Илье, однако перехватывает Майя. Вчитывается в текст, непонимающе сводит брови.
- Что там? – двигается к ней моя мама. – Беременность подтвердилась?
Мы не спешили сообщать родителям о результатах анализов. Хотели сделать это как-то по-особенному, в праздничной обстановке. Но все опять пошло не по плану.
- По-одтвер-дилась, - заикается Майя, покосившись на меня. – Двойня. Пол женский, - читает и переводит вслух. – Девочки-близняшки? – уточняет, а я отрицательно качаю головой.
- А? – заглядываю в справку, но по-прежнему ничего не понимаю.
- Срок… - смотрит на мой плоский животик. – Тридцать две недели? – окончательно ломается. И я тоже.
Пока все семейство Тумановых-Кузнецовых пребывает в ступоре, Алик забирает у матери справку. Пробегает глазами и с трудом подавляет смешок.
- Беда, ты у кого анализы увела? – не сдерживает доброго хохота. – Это не твоя справка.
- Да? – кручу бумажку в руках. – Я взяла ее со стола, пока ты с врачом по-итальянски говорил. Она мне указала на стопку, я верхнюю и прихватила, - пожимаю плечами, и на них тут же ложится рука Алика.
- Так, все отлично, - отсмеявшись, хрипло докладывает родителям. – Врач сказал, что малыш развивается согласно сроку, беременность протекает хорошо. Пол пока определять рано. Но ребенок один, никаких девочек-близняшек, - подрагивает и потирает переносицу, скрывая очередную волну смеха.
- Прекрасная новость, - в унисон заявляют отцы. Мамы поддерживают меня добрыми улыбками. А Аленушка с Андреем гадают, мальчик или девочка.
Остаток вечера мы проводим за обсуждением предстоящей свадьбы. Пока родители спорят о каких-то мелочах, я рассматриваю каталог платьев. Листаю, пристально изучая модели. Но в каждой нахожу изъяны.
- Пф-ф, - сдуваю высохшие, пушистые кудряшки с лица. – Все не то, - тихонько жалуюсь.
- Не нравится ничего? – вскидывает подбородок Майя, и я смущенно поджимаю губы. Неудобно критиковать то, что предлагает не кто иной, а сама свекровь. Да и каталог модный. Может, во мне бушует капризная беременная, и платья не так уж плохи?
- Они все безумно красивые, но… Я привередливая, - аккуратно говорю. – На первую свадьбу на заказ шила.
- Я найду здесь ателье, - с готовностью отзывается Майя.
- Не успеют с нуля пошить за столь короткое время, - обреченно откидываюсь на спинку стула, и ко мне подсаживается Аленка.
- Можно же купить готовое платье, а потом его немного переделать. Это будет быстрее, - резонно отмечает.
И простой фразой
