такое ощущение, будто началась менструация, — пораженная собственным открытием, произнесла она.
Киаран резко выпрямился.
— Хм, я думал, что ты другое скажешь.
— Да, она вибрирует, — закивала Аудроне. — Знаю. Но менструация…
Аудроне отступила на шаг и прижала руку к животу. На ее лице медленно сменялись выражения от искреннего удивления, затем к радости и, наконец, к гримасе негодования.
— Inder-r-ram!!! — выпалила она громко. — Я ненавижу менструацию!
Аудроне побежала в ванную, а Киаран почесал затылок. В принципе, прописать ей лекарство от менструации он был вполне готов… Вот только захочет ли она ввязываться в подобную авантюру?
— Аудроне, а ты о детях когда-нибудь думала? — спросил он, прислонившись к двери в ванную.
— Я сегодня умерла и воскресла, Киаран! О каких детях я могла думать?!
— О наших, — лаконично ответил он, и с грустью улыбнулся. — Нет, так нет. Только не злись.
Дверь в ванную открылась, и Киаран едва не ввалился внутрь. Аудроне демонстративно пощелкала пальцами и перевела на него испытующий взгляд.
— Кажется, эта реальность всерьез думает, что я тут местная.
— Это же замечательно, — он коснулся ее щеки и провел по коже подушечками пальцев.
— Но ты обманул ее, вернув меня сюда.
— И я ничуть не жалею об этом, — он обхватил ее лицо ладонями.
— Так же, как и я, — ответила Аудроне и поцеловала его.
* * *
Тартас с венцом на голове сидел на кровати в каюте Вильяма и смотрел на дверь.
— Почему ты грустишь? — Вильям придвинулся к нему ближе и обнял.
— Я дал слово, что позабочусь об Аудроне и убью Сюзанну Мэль. Я не смог сдержать обещаний. А это для любого равнерийца — настоящий позор.
— Но Аудроне жива и здорова, если верить ее же заявлениям, — вторил Вильям. — А Сюзанна Мэль мертва. Так чего ты сокрушаешься?
— Это не мои заслуги, — Тартас виновато опустил голову.
— Если бы не ты, мы бы все там полегли, — Вильям потерся щекой о его щеку. — Я понимаю, что для тебя, как равнерийца, исполнение клятв крайне важная часть культуры. Но иногда нужно уметь принять чужую помощь и смириться с тем, что мы не всесильны. Кто бы не взял с тебя эти обещания, он не мог быть до конца уверен, что ты их выполнишь. Скорее всего, этот человек просто рассчитывал, что ты сделаешь все от тебя зависящее, чтобы исполнить их.
— Этим человеком была Лала Ли, — ответил Тартас. — Настоящая мать Аудроне.
— И теперь ты думаешь, если удалишь с лица все татуировки и напишешь на нем слово «позор» — это почтит память Лала Ли? — спросил Вильям.
— Нет.
— Или поможет тебе смириться с тем, что все случилось именно так, как есть? — продолжал задавать вопросы Вильям.
— Нет, — тихо ответил Тартас.
— Или подскажет остальным, какой ты смелый и отчаянный человек? — Вильям сильнее обнял его и прижал к себе.
— Нет, — Тартас спрятал улыбку.
— Или после этого я стану любить тебя меньше? — прошептал Вильям ему на ухо.
Тартас промолчал.
— Нет, — ответил за него Вильям. — Нет, нет и нет. Мне плевать, что будет написано на твоем лице, Тартас. Хочешь — делай татуировку со словом «позор». Но знай, что ты просто недостоин его носить.
— Я недостоин носить слово «позор»? — Тартас невольно улыбнулся.
— Нет. Ты недостаточно провинился, чтобы претендовать на такое ужасное клеймо. Вот напортачишь посерьезней — тогда подумаешь об этом. А пока… — Вильям пробежал пальцами по груди Тартаса, — подумай лучше обо мне.
— Ты и без того из моих мыслей не вылезаешь.
— Правда? — Вильям прикусил мочку его уха. — Так приятно это слышать. Может, скажешь еще что-нибудь в том же духе?
— Я люблю тебя, — произнес Тартас.
— О! — Вильям лизнул ямочку за его ухом. — Ты сегодня весьма откровенен. И это так заводит, если честно…
Вильям начал поглаживать его по бедру.
— Ты выйдешь за меня? — едва слышно прошептал Тартас, будто боялся озвучить подобное предложение уже очень давно.
Ладонь Вильяма на мгновение застыла, а потом продолжила путешествие к застежке комбинезона Тартаса.
— Я сегодня умереть собирался, — ответил Вильям. — Но не вышло, — отметил он. — Ты тоже сегодня собирался погибнуть. И у тебя тоже ничего не получилось. Два неудачника, живущих одним днем. По-моему, идеальный тандем.
— Это значит да? — спросил Тартас.
— Это значит: «конечно, я выйду за тебя», — ответил Вильям и поцеловал своего равнерийца.
* * *
Разговор Киарана и Вильяма тет-а-тет состоялся только спустя двое суток. И хотя вся команда встречалась в столовой, куда они являлись по расписанию, кроме обсуждения новостей о замершей по всем фронтам войне и начавшихся бунтов, других тем за протеиновой трапезой никто не поднимал.
Вильям пришел в каюту Киарана и Аудроне сам и попросил Киарана уделить ему пару минут. Аудроне тут же вспомнила, что хотела что-то взять со склада, и быстро ретировалась.
— Если честно, я пришел сообщить тебе, что мы с Тартасом намерены официально оформить наши отношения, как только ситуация вокруг уляжется, — Вильям переминался с ноги на ногу и старался Киарану в глаза не смотреть.
— Поздравляю вас обоих, — кивнул Киаран.
— Я еще кое-что хотел сказать. — Вильям прижал кулак к губам и откашлялся. — Я попал в «Зарю» еще до того, как оказался в твоей команде. Туда меня привели убеждения и бывший жених. Я ненавидел то, что творится вокруг, и верил, что помогаю это остановить. Повторюсь, ты всегда был моим другом и останешься им впредь.
Киаран сложил руки на груди и тяжело вздохнул.
— Я хотел спросить тебя: почему ты не убил Сюзанну Мэль, когда у тебя была такая возможность?
— Ренард сказал, что, если Сюзанна погибнет, Аудроне взорвется, — Вильям опустил голову, изучая свои ботинки. — Я шел на твою свадьбу умирать, а не убивать жену друга. О том, что Тартас с Аудроне в одной упряжке, я не знал. Ты спас моего любимого человека. За это я безмерно тебе благодарен.
— А я благодарен, что ты пощадил мою женщину, — Киаран подошел к Вильяму и похлопал его по плечу. — Ты уже выбрал свидетеля брачных обетов? — неожиданно спросил он.
— Пока нет. Кроме членов нашей команды у меня никого нет.
— Тогда попроси меня. Я почту за честь быть свидетелем, — Киаран улыбнулся, а Вильям вскинул голову, пристально глядя на него.
— Спасибо, — произнес он, выдыхая с заметным облегчением.
— Не расслабляйся! — хмыкнул Киаран. — За этим равнерийцем глаз да глаз нужен! Не успеешь оглянуться, как они с Аудроне опять в какую-нибудь авантюру ввяжутся.
— Что-нибудь вроде спасения мира? — предположил Вильям.
— Боюсь, что именно так!
* * *
— А ты чего здесь мнешься? — Тартас остановился в коридоре рядом с
