может видеть лишь тот, кто наделён магическим даром. А это явно не про Освальда. Иначе мы бы с Айлин уже почувствовали. Значит…
Я подошёл к краю обрыва и начал пристально рассматривать узор угловатых улочек, разрезающий серые массивы высеченных из камня домов. На главном проспекте, ведущем к ратуше и впрямь виднелись несколько силуэтов. Пять или шесть фигур. Разобрать отсюда было довольно трудно. Четыре стояли неподвижно, словно замершие статуи. Одна — куда-то неторопливо брела неровным, дёрганным шагом.
— Похоже некоторым из храмовников удалось добраться до города, — мрачно подметил я, отходя от края обрыва, — Правда, им это не слишком то помогло. Придётся идти тихо и осторожно. Впереди нас ждут ещё тварей, вроде той, что мы встретили в гробнице.
— Думаешь, получится проскользнуть мимо них незамеченными, — с сомнением в голосе спросила Айлин.
— Они слепые, да и не такие уж и быстрые, — я пожал плечами, поставил рюкзак на землю и принялся доставать оттуда инструмент для спуска. Верёвка, длинные металлические клинья, с расширением на конце, небольшая киянка, чтобы их забивать, нечто отдалённо напоминавшее то ли две небольших кирки, то ли два ледоруба. Честно говоря, как применять последние штуки я догадывался довольно смутно, — Ориентируются исключительно на звук. Там в подземелье не было толком посторонних шумов, поэтому он слышал нас отчётливо. Почти что видел. А тут, — я указал на водопад, бьющий из стены и бурным потоком уходящий на дно расселины, — У нас есть небольшое преимущество. Жаль только про добычу кристаллов придётся забыть. Шум от кирки наверняка привлечёт к нам нечисть со всего города.
— А ты вообще уверен, что нам нужно туда, — Алвур кивнул в сторону массивного силуэта ратуши, возвышавшемуся над серыми городскими кварталами, — А то зайти то мы может и зайдем. Но выйдем ли обратно, если суки нас прижмут?
— Придётся рискнуть, — пожал плечами я, — Иного способа связаться с магами мы просто не знаем. Да и, думается мне, еслиб мы мыслили в неправильном направлении они бы уже подали нам какой-нибудь знак.
— Могли бы просто выйти и встретить, — скептически заметил Арвель, — Если уж настолько хотят пообщаться.
— Должно быть, не имели возможности, — ответила ему Айлин, — Или всё ещё присматриваются к нам. Хрен их разберёт на самом деле.
— Ладно. Потрындеть потом успеем, — оборвал дискуссию я, — Вяжемся по трое и давайте спускаться. Только осторожно. Кое-где ступеньки уже искрошились и могут не выдержать. Будьте готовы вытягивать сорвавшегося.
— Почему по трое? — поинтересовалась девушка.
— Меньше риски, — пожал плечами я, оборачивая толстую пеньковую верёвку вокруг талии, — Двое вполне смогут вытянуть одного. А вот если сорвётся несколько человек, то они хотя-бы не утащат за собой всех остальных.
— Звучит очень обнадёживающе, — бросил Арвель, передавая свой моток Освальду.
— Как есть, — равнодушно пожал плечами я.
Спускались медленно и осторожно. Выкрошившихся ступенек на этот раз было куда больше. Скорее всего перед нами по ним прошагал целый отряд закованных в тяжелую броню храмовников, и кое-где старая, подточенная водой и подземными корнями лестница просто не выдержала. А вот у провала, через который мы в прошлый раз прыгали, нас ждал весьма приятный сюрприз. В трещины в стене уже были вбиты длинные, толстые штыри, сантиметрах в двадцати друг от друга. Нам оставалось лишь вообразить себя горными козлами и проскакать по ним на тот край пропасти.
— Иду первый, — бросил я, — Айлин сразу за мной. Верёвки между нами должно хватить, чтобы покрыть всю пропасть.
— Уверен, командир? — с сомнением в голосе поинтересовался Одрик. Его волею случая занесло в нашу «упряжку», — Может лучше меня пустишь?
— Я меньше и легче чем ты. Так что вам вдвоём будет куда проще меня вытащить, если что-то пойдет не так.
Я ещё раз с сомнением посмотрел на пропасть. Преодолеть предстояло всего метра три. Пять небольших шагов, не больше. Вот только цепляться особо не за что, да и падать — высоко. Если верёвка порвётся, то шансов выжить не будет. А сможем ли вытащить… Хороший вопрос.
Шумно выдохнул, отёр со лба каплю пота, ухватился за крохотный выступ чуть впереди и сделал первый шаг. Штырь вбитый в стену заскрипел и слегка согнулся под моим весом. Вниз полетели крохотные кусочки отколовшейся породы. Второй шаг. Главное не смотреть вниз. Не смотреть и не останавливаться, а то потеряю равновесие и пиши пропало. Третий. Штырь вновь слегка согнулся под моей тяжестью и угрожающе заскрипел. Я поспешил сделать четвёртый шаг. Пятый и… под ногой оказалась первая ступенька каменной лестницы. Опасность миновала. Почти.
— Не задерживайтесь на штырях, — крикнул я остальным, — Они ходят ходуном. Постарайтесь пробежать, тогда не сорветесь.
— Легко сказать, — донёсся с той стороны пропасти голос Айлин, — Готов?
— Да, — ответил я, отступая на два шага назад, упираясь каблуками в ступеньки и обматывая верёвку вокруг предплечья.
— Ну, поехали.
Девушка оттолкнулась от лестницы легко вскочила на первый штырь. Тут же перенесла одну ногу на второй, первую на третий и довольно легко сбежала по ним вниз. Поскользнулась лишь на последнем. И то сумела оттолкнуться, и влететь на уступ, едва не отправив меня спускаться вниз по лестнице кубарем. В последний момент я подхватил её и упершись вещмешком в каменный выступ, затормозил падение.
— Если ставить ноги на два штыря сразу, то они держат, — крикнула девушка оставшемуся по ту сторону пропасти Одрику.
— Лучше бы вы крепко держали, — съязвил боец и тоже начал спуск.
Ему пришлось тяжелее всего. Массивная фигура, природная неуклюжесть и тяжелый рюкзак за спиной очень сильно осложнили дело. Под конец, когда он наступил на четвёртый штырь и тот начал выскальзывать из стены, боец чуть было не сорвался в пропасть, но вовремя оттолкнулся и допрыгнул до первой ступеньки. По той тоже поползли крохотные, неприятные трещины, так что Одрик тут же поспешил отойти подальше, предпочитая лишний раз не искушать судьбу.
У второй тройки дело пошло наоборот легче. Первым делом они перекинули нам конец верёвки и переправили подвязанные на неё рюкзаки. А затем спустились и сами. Единственным происшествием стал всё-таки выпавший четвёртый штырь. Но сделал он это уже после того, как с него была убрана нога последнего бойца, так что спуск можно было считать более-менее успешным. Только время потеряли
