навыкате и крючковатым азиатским носом (наверно, как я уже упомянула, в его многочисленном роду были и индейцы, он был «самбо), а когда бегал по полю, напоминал краба. Эта ассоциация возникала из-за сильно развитых бедренных мышц футболиста и небольшого несоответствия с икроножными – они у африканцев часто несколько суховаты. А у Пеле еще наблюдалась небольшая кривизна ног и при его быстром перемещении по футбольному полю вспоминались крабы, испуганно удирающие от опасности. Такими крамольными мыслями о «короле» я, конечно, не делилась ни с кем, а тем более с фанатами. Ну-у-у, внешность для футболиста дело второстепенное. Крабы крабами, а бег его хоть и напоминал крабий из-за его ног «рогачиком» был стремителен и неутомим. Пеле был эталоном футболиста.
Гарринча же не только не уступал в мастерстве футболисту «номер Один», но к своему спортивному таланту обладал еще мужественностью и очень обаятельной белозубой улыбкой. Да вообще, привлекательный, как сейчас бы его назвали, сексуальный был мужик. А уж если говорить о фигуре, то противники Гарринчи в противовес своему любимцу Пеле, называли его только как «этот длинный, худой, колченогий». Действительно, одна нога Маноло была чуть короче другой – наследие детства, рост небольшой. Его даже не хотели принимать в один из известных клубов «Ботафого». Вот что значит предвзятость в оценке внешности: мне, видите ли, не понравились ноги Пеле «рогачиком», а у Гарринчи вообще одна нога была короче другой. Самое длительное время он играл в команде «Сан-Пауло». Хотя играл он виртуозно и самозабвенно, из-за упрямого характера, из-за лености и игнорирования тренировок Маноло перепродавали из одного клуба в другой. Для репутации игрока это был минус. А тут еще увлечение картами, винишком и прекрасным полом… Попадает в аварию. А здоровье? А травмы? Заработки падают.
Личная жизнь у него тоже не складывалась. Поклонниц было немерено, одиннадцать детишек от двух законных жен и не менее четырнадцати от любовниц. Вот тебе хотя и «колченогий», но любвеобильный Дон Жуан. Маноэл не корчил из себя святошу, мог флиртануть с хорошенькой мулаточкой, угостить на всю катушку вдруг нивесть откуда появившихся «друзей», занять денег собутыльнику без отдачи или своему брату-футболисту бывшему «в простое». Был не меркантилен, простой парень. Рубаха-парень. Вот эта простота, или, как у нас говорят на юге, «простодырость», и развела двух героев: Пеле – миллионер, в настоящее время Министр спорта, а Гаринча же в последние годы почти без средств умер в нищете в больнице от цирроза печени и, как определили медики, полного расстройства нервной системы. Результат: один – «с бантиком в шоколаде и кофе «Пеле», другой – в полном … отстое».
А ведь некоторые специалисты и знатоки футбола считали Гаринчу даже более перспективным игроком, чем Пеле. Гаринча играл также классно, как и «король», но ещЁ красиво и, якобы, беззаботно. Он обходил соперников легко, даже грациозно, а иногда и с юмором. Его игру часто сравнивали с театральными представлениями. После его ловкого финта противник мог оказаться сидеть на заднице посреди футбольного поля с растерянным видом и вертящейся головой «а где же мяч?», что вызывало гомерический хохот стадиона. Маноэл играл мячом, как мальчишка: крутил его, вертел, пинал и подпинывал, подбрасывал головой и опять ловко поддевал ногой, а мяч, как послушная собачонка, был будто привязан к его бутсам. Если «бола»-мяч оказывался у Гаринчи, то отобрать его было практически невозможно, он мог финтить его от ворот до ворот, только ведь играть нужно в команде – мяч отпасовывался другому игроку по задаче поставленной тренером. Кстати, по этому поводу: Маноэл в нужный момент всегда делал пас другому, хотя и сам мог бы блеснуть красивым голом, но не становился «собакой на сене», был покладистым командным игроком. Все это восхищало в нЁм, привлекало сердца болельщиков, но увы! судьба приготовила замечательному спортсмену и просто красивому мужчине несчастную долю.
Случилась тяжелая травма ноги, залечить до конца ее не было времени, т.к. по контракту он был обязан играть. Какие уж тут шутки с мячом на стадионе! Поубавились и амбициозность, и легкость, и грация. Отыграть бы и с поля долой! И вот уже всеобщего любимца, как я уже упомянула, перепродают из клуба в клуб как изработавшуюся клячу. Тут еще надо платить за лечение, деньги тают, друзья-подруги, пившие и гулявшие за счет «рубахи-парня», постепенно испаряются. Он был даже арестован как несостоятельный должник, правда, долг потом выплатил один из клубов.
Перепродажа игрока из клуба в клуб и сама не слишком праведная жизнь игрока настолько понизили его престиж и стоимость, что в какой-то из сезонов с Гаринчей просто не заключили контракт! Нет ни работы, ни пенсии, ничего…
Как же было обидно за этого футбольного гения, который не заготовил себе материальный плацдарм, как это сделал его коллега. Да! И ещё: будучи женатым человеком, Маноэл позволил себе роскошь влюбиться, и не без взаимности, в роскошную женщину, певицу Эльзу Соарес. Они стали жить гражданским браком, не скрываясь. Порядочный мужик, Гаринча не оставил свою семью без материальной поддержки.
Ах, он даже не скрывает свою неправедность! Вот тут-то его и предали анафеме: в католической Бразилии разводы были запрещены. (Все-таки ему удалось развестись). Налицо «моральный разложенец!» да еще стал и не так часто забивать голы: «Ату его! Ату!»
Толпа она и есть толпа: от восторгов и раболепства до презрения и ненависти один шаг. Был кумир, обожаемый идол, да весь вышел, тем более идол-то, смотрите, прихрамывает! Может, пожалеем недавнего кумира? Нет! Давайте его добьем! И добили-таки – просто о нем забыли. Он жил на микроскопическую пенсию, пытался работать тренером, но тщетно, его здоровье и репутация были сильно подмочены и им самим и прессой. Он уже был никто, существовал на средства своей гражданской супруги Эльзы Соарес. Надо отдать ей должное, она не оставила спивавшегося футболиста. Бывший всеобщий любимец та и умер забытый и в бедности.
Почему вдруг всплыли такие довольно подробные воспоминания именно о футболе?… Почти весь семидесятый и начало семьдесят первого года на наших пятничных передачах чаще всего выступал молодой обаятельный корреспондент Советского радио Фесуненко и рассказывал именно спортивные или околоспортивные новости. Слушать о футболе и, тем более о футболистах, было интересно. Кроме того, нужно было изучать язык, а в этом очень помогали красочные журналы, где под фотографиями актёров, политиков, бизнесменов, а чаще всего спортивных звезд, печатались немудреные заметочки с самой простой стилистикой и вокабулярным запасом среднего гражданина. Вот мы, как школьники, разглядывали картинки и коротенькие подписи под ними, сначала со
