понять: попробуй сохрани здоровье, когда тебя пинают во все места тяжеленными бутсами, вминают ребра, дробят колени и щиколотки или «случайно!» «бьют по голове с 15-ти лет», как мрачно бубнил в молодости мой знакомый боксер, когда я попеняла ему на отсутствие памяти.
Опять же вернемся к моим далеким воспоминаниям о бразильском футболе. Знала я о нем немного и поверхностно, но все же кое-что: слышала рассуждения и отзывы как наших мужчин, так и знакомых бразильцев, мнение журналистов, читала заметки и развернутые статьи в журналах. В Бразилии просто невозможно абстрагироваться от сведений о футболе и футболистах: в беседах это любимая тема, нужно хоть немного разбираться в ней и к месту вставить умненькое словечко.
Вот игрок приходит к тренеру, говорит, что хочет играть и показывает, что именно он умеет. Никто его не собирается обучать там разным теоретическим и практическим нюансам и тонкостям игры. У него уже должна быть техническая база, навыки игры, смелость, безумная работоспособность и такое же безумное честолюбие, желание выбиться. Тренер смотрит игрока, сложение, его технику, кураж, дыхание при беге. Если считает его перспективным товаром, ставит на более оптимальный номер и начинаются долгие изматывающие тренировки, а там понаблюдаем-посмотрим. Здесь тренер уже может и посоветовать что-то. Особых обещаний не дают. Все теперь уже зависит от спортсмена выплывай-выживай, если сможешь. Тренировки, тренировки без конца. Пеле, например, проводил различные куберты с мячом каждый день помногу часов подряд.
«Талант плюс трудолюбие» – эту панацею для достижения успеха в жизни вообще вроде бы знают все, и все с ней вроде бы и согласны, но не у всех хватает силы воли претворить еЁ в саму жизнь. Знаменитые «короли» бразильского футбола со странными именами-кличками Диди, Вава, Пеле, Тостао, Ривелина, Жаир, Загала и др., кроме феноменальных способностей, отличались еще колоссальным трудолюбием и тупым, но таким необходимым, упорством быка на корриде. Все они вышли из низов. Занятие футболом позволило этим бразильским мальчишкам «выбиться в люди», но далеко не каждый из них удержался на том пьедестале, куда вознесла их непостоянная спортивная судьба и слава. Например, Гарринча (Маноэл Франсиско дос Сантос) не менее известный футболист, чем Пеле, на тренировки смотрел условно – его выручала техника, основанная на природном даре. Как утверждают современники и знатоки футбола, дисциплина не была его достоинством.
Быть футболистом трудно, а вот быть футбольным судьей на бразильском футбольном поле вообще опасно. Нет профессии более неблагодарной, чем арбитр. Болельщики, игроки, тренеры – все! обвиняют судей в продажности. Мало того, самого что ни наесть «мачо» начинают, чтобы больнее уязвить, подозревать в нетрадиционной сексуальной ориентации и вслух навязывают свои подозрения другим. А в те времена такие эпитеты считались неслыханным оскорблением для горячего бразильского мужчины и могли закончиться потасовкой со смертельным исходом. В желтой прессе, мелких газетенках, возможно для роста тиража, постоянно муссировались слухи о том, что того или иного судью «подмазали».
Частенько это не просто слухи о подкупе, если вопрос поднимается в солидном издании. Ведь в футбольной империи крутятся и отмываются огромные деньги. Некоторые неугомонные журналисты начинают своЁ непредвзятое расследование, и некрасивая правда часто всплывает наружу: судью не только «подмазали», он просто купается в масле. Дальше… Судью могут поколотить и без всяких слухов не только «торсида», но и тренеры, и сами футболисты. Или даже объявить его психически ненормальным, особенно если почувствуют нерешительность арбитра. Во, прикиньте! Ему могут во время игры как бы невзначай двинуть бутцем по щиколотке, в прыжке приложить по почкам или, чего уж хуже, между ног – потом долго и искренне извиняться – шепотом отпустить ругательство или угрозу, поди докажи! Так что судья бегает по футбольному полю, как по минному.
Вся бразильская общественность превозносила футбольного судью Армандо Маркеса как единственного неподкупного, знающего и решительного судью во всей стране, судью-профессионала высшего класса. Вся пресса, и особенно журнал «Крузейро», частенько помещала его фотографию как на поле, так и в сочетании с описанием матча уже в цивильной одежде. Мы с ним познакомились у своих бразильских друзей. Это был красивый импозантный, ладно скроенный мужчина, с правильными чертами лица, фанатичными глазами и ногами, как у страуса – длинными, мускулистыми и сухими, что, впрочем, естественно, если учитывать сколько ему приходилось бегать. Он мне показался немножко угрюмым и неразговорчивым, что несколько странно для бразильца. Бесед о футболе просил всех даже не начинать, тем более не собирался давать какие-то прогнозы. И я его хорошо понимала: в клубах – футбол, на поле – футбол, при разборе игры – футбол, протоколы – футбол. Отдохнуть-то в кругу друзей можно без глобальной темы «футбол»! Тем более, если он случайно в разговоре упомянет какого-нибудь игрока как потенциальную звезду или, наоборот, о другом скажет, что тот «сдулся, то вполне возможно об этой случайной обмолвке станет известно и вне круга друзей. А уж если Армандо сказал, значит это непреложная истина, будут широко расползаться слухи, что «неподкупный-то» судья благоволит к такому-то игроку, а значит подыгрывает его команде.
В конце дружеской пирушки футбольный судья все-таки развеселился и спел под гитару какую-то немудреную песенку… Здесь же мне поведали, что во время матчей в перерывах между таймами он не уходит в раздевалку, а так и находится на поле, чтобы весь стадион видел, какой он честный, некорыстолюбивый и принципиальный. Всех болельщиков такая аффектация устраивала. Они сами в своих поступках и словах очень экзальтированны. Армандо Маркеса считали кристально честным футбольным арбитром и даже приглашали к судейству на международные матчи. Наверное, на такие, где не участвовали бразильские звезды.
Что касается футбольных знаменитостей, то номером «ОДИН», конечно, являлся Эдсон Арантес ду Насименто – Пеле. Чтобы чернокожий стал профессионалом в футболе, ему нужно играть во много раз лучше белого. Пеле так и играл. Знаменитость был не совсем чернокожий, а «самбо» – метис негра и индуса. Его черты лица прямо на это указывают, особенно нос, чуть клювообразный.
Сейчас это преуспевающий бизнесмен, миллионер, его состояние оценивается в 70 мил. долларов. Впрочем, зачем считать чужие деньги, тем более нажитые своим нелегким трудом и сообразительностью.
А начал он выступать в 7 лет за детскую команду у себя в городе Трес Корасоес (Три Сердца). А в 15 лет в команду всемирно известного клуба «Сантос», пришел практически из дворовой команды, где его уже боготворили местные болельщики, и сразу же заявил о себе как перспективный футболист. В 18 лет был зачислен в национальную сборную как ключевой игрок. В эти же 18 лет он забил
