Перехватываю винтовку поперек груди и мысленно благодарю Бога, что тяжесть оружия в «сарке» совершенно не чувствуется. Слегка пригибаюсь и перебегаю к высокому зданию, увенчанному несколькими артиллерийскими одноорудийными башнями.
— Командир, где Апостол? — мой мысленный голос уже не дрожит. Миг для волнения и мандража прошел, теперь на это уже просто нет времени.
— Диспозиция такова, — голос Кусанаги напряжен и сосредоточен. — Войска ООН в составе танковых, артиллерийских и авиачастей совместно с автоматическими системами обороны Фортресс-3 сейчас пытаются ослабить Мусаила. Сейчас он уже в трех километрах от городской черты и постепенно снижает скорость — ты войдешь с ним в контакт примерно через две минуты.
— Принято.
Еще две минуты ожидания — целая вечность!
— Синтаро, — вклинилась на командную волну Аякс. — Попробуй, как в прошлом бою, вначале нейтрализовать террор-поле Апостола. Тогда, возможно, у тебя получится уничтожить его, не вступая в ближний бой.
— Попробую, — буркнул я, без особой уверенности в голосе, крепче сжимая в руках «GG». Если бы я сейчас сидел не в «сарке», у меня наверняка вспотели бы руки, но в контактном комбинезоне я этого не чувствовал.
Над моей головой на низкой высоте пронеслись несколькими клиньями боевы вертолеты — американские «Кобры» и наши «Ми-24». Я проводил их взглядом — совсем недалеко от меня они дали массированный залп неуправляемыми и противотанковыми ракетами по чему-то, скрытому от меня невысокой горной грядой.
Апостол уже совсем близко — нужно быть готовым…
Ну же! Ну же!..
Мусаил на не слишком высокой скорости выплыл из-за гор на высоте примерно ста метров. Именно такой, как на съемках с самолетов-разведчиков — здоровый, ало-черной раскраски, хищный жук. Но теперь, пользуясь отличной оптикой «Дефендера», я смог различить две массивные клешни около основания головогруди и поджатые под брюхом четыре пары коротких толстых лап, прикрывающих светло-красное ядро.
Бережется гад. И правильно делает.
Я вскинул винтовку, как можно плотнее упер приклад в плечо и приготовился, хотя прекрасно понимал, что из этой пукалки я его не уничтожу. Или все-таки есть шанс?…
Перед глазами заплясал желтый перевернутый треугольник, постепенно совмещающийся с такого же цвета трехлучевой звездой, как будто бы содранной с эмблемы «Мерседеса». Несколько мгновений, они совместились, получившаяся фигура запылала ярко-красным — цель захвачена!
— Спокойно, Синтаро, спокойно, — хладнокровный голос Кусанаги. — Еще не время. Похоже, что он тебя не видит. Попробуй подпустить его поближе и зайти со спины.
— Есть, — спокойно ответил я.
Со спины так со спины — очень даже разумная тактика. С таким врагом нельзя гнушаться абсолютно ничем — Апостолов нужно бить в спину и добивать лежачих. Слишком велика ставка в этой войне — нет места рефлексиям и колебаниям…
Осторожно, стараясь не запутаться в питающем кабеле, я, пригнувшись, начал аккуратно заходить к Мусаилу с тыла. Похоже, что Мэнэми решила не рисковать и не навязывать врагу бой на дальней дистанции, вне города. На открытой местности с моей-то мизерной подготовкой я бы просто представлял из себя большую мишень, без всякой поддержки в виде натыканных тут и там источников питания и арсеналов.
Апостол замедлил ход, выгнулся по-змеиному и уперся краем брюшка в землю, продолжая левитировать на небольшой высоте. В таком состоянии он начал продвигаться по широким прямым улицам Фортресс-3, как будто что-то ища, — наверняка слабое место в прикрывающих дыру в Геофронте бронеплитах…
Прячась за высокими зданиями, не ушедшими под землю, я зашел к противнику с тыла. Мне уже была хорошо видна его красная с черными вставками шипастая бронированная спина — до Апостола оставался какой-то километр…
Внезапно Мусаил остановился и с громким скрежетом, исходящим от пластин брони, начал словно бы оглядываться. И что самое настораживающее, он начал поворачиваться назад…
Проклятье, а не меня ли он ищет? Черт, ну где там уже Мэнэми со своими указаниями?!
— Син, огонь! — понимая, что еще немного — и право первой атаки перейдет к Мусаилу, выкрикнула Кусанаги.
Противник на двенадцать часов!..
Винтовку к плечу, наведение, захват, огонь!!!
В плечо бьет отдачей; подавленный бортовыми системами, в ушах грохочет звук выстрелов шестидюймовой пушки.
С близлежащих зданий открывают огонь разнокалиберные пушки и ракетные установки — прямо посреди города разверзается локальный филиал Ада. Жалко только, что ближе к центру города нет тяжелых крупнокалиберных орудий и ракет — только зенитные, которые слабо подходят для поражения столь мощного противника. По сути, моя 155-миллиметровая винтовка — сейчас самый тяжелый ствол во всем этом артиллерийском оркестре…
Вокруг Мусаила замерцало слабое золотистое сияние, плохо различимое в лучах стоящего в зените солнца. Один за другим в воздухе около Апостола вырастали разрывы снарядов, которые, скорее всего, не пробивали его террор-поле. Но, к моему злому удовлетворению, противник стал с каждым попаданием чуть отклоняться назад, как будто бы ему было тяжело держать щит…
Черт возьми, а вдруг?…
— Син, стреляй до железки! — в ушах зазвенел крик Кусанаги.
До железки так до железки, но тогда система охлаждения точно не выдержит, и ствол перегреется — «GG» не рассчитана на непрерывный огонь…
Я вгонял в Мусаила снаряд за снарядом, почти без промахов. Выстрелы с такого расстояния для «сарка» — это почти что огонь в упор. Получи, тварь!..
Краем глаза я отметил, что из-под охватывающего ствол винтовки кожуха пошел пар, а на экранчике состояния оружия заполыхали красные огоньки.
«Перегрев ствола! Снизить темп стрельбы!»
На хрен!..
— Двенадцать… Одиннадцать… Десять… — непроизвольно начал я шептать количество оставшихся в магазине снарядов.
Да! Черт возьми, да!.. Мусаил шатается, самым натуральным образом шатается! Блин, только пыль и дым от взрывов поднялись — нечетко я теперь вижу этого гада…
Но неужели наличие вблизи него моего террор-поля его значительно ослаб…
«Гросс» перестает стрелять, хотя снарядов в магазине еще полно — похоже, что «немку» элементарным образом переклинило от перегрева. Подтверждая догадку, в голове раздается тревожный писк, а на дисплее загорается надпись о выходе из строя внешнего вооружения.
— Берегись!!! — в ушах забился отчаянный крик Мэнэми, но было уже поздно.
Облако дыма, поднятого взрывами, рассеялось по ветру. Из-за этой завесы буквально вылетел Апостол и ринулся в мою сторону. Под поднятой головогрудью, похожей на раздутый капюшон кобры, тускло замерцало ядро, щелкнула пара мощных зазубренных челюстей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
