Не могу же я оставить Моро на съедение этому страшилищу!
Вернуться к нему? Но как? Для этого мне пришлось бы идти как раз мимо медведя, что, разумеется, угрожало смертью. Тогда у меня созрел новый план: дойдя до оврага, перебраться на другую сторону. Я уже собрался привести это намерение в исполнение, как вдруг увидел медведя на той стороне пропасти, где был привязан Моро. Медведь вылезал из оврага, и, к своему ужасу, я ясно видел, что он собирается напасть на моего коня.
Моро, привязанный к лассо на 40 ярдов длины, почуяв опасность, отбежал на всю длину веревки, пытаясь оборвать ее. Но канат был новый, и все старания бедного животного оказались тщетными.
Медведь приближался. Моро продолжал кружиться на значительном расстоянии от врага. Раза два, задевая лапами веревку, тот падал на спину. Это усилило ярость зверя, и он с еще большим ожесточением бросился за лошадью.
Наконец медведю удалось захватить лассо зубами. Я надеялся, что он перегрызет его, но вместо этого хитрый зверь стал, держась за канат, постепенно приближаться к лошади. Моро задрожал от ужаса.
Не в состоянии больше выносить этого зрелища, я быстро спустился в пропасть, выбрался на другую сторону и, схватив ружье, кинулся на помощь к Моро.
К счастью, я подоспел вовремя: медведь находился в шести футах от лошади. Приблизившись шагов на десять, я выстрелил. В тот же момент канат, точно перерезанный моим выстрелом, лопнул, а Моро бешено умчался в прерию.
Медведь, оставшийся невредимым, с ревом бросился на меня.
Не имея времени зарядить ружье, я вынужден был бороться с медведем врукопашную.
Ударив медведя прикладом, я отбросил ружье и всадил в своего врага мой острый нож. В ту же минуту я почувствовал, как лапы зверя обхватили меня, а когти разрывают плечо. Я старался вонзить нож в сердце страшного врага, но это было нелегко. Оба мы катались по земле, обливаясь кровью. Я чувствовал, что теряю сознание.
Глава X
Клятва мести
Придя в себя, я увидел стоявших около меня людей. Кто-то перевязывал мне раны. Я сообразил, что все еще нахожусь в прерии, но не мог понять, что за люди меня окружают. В их лицах мне смутно чудилось что-то знакомое, я старался их припомнить. Очнувшись от второго обморока, я почувствовал себя бодрее и мог лучше разглядеть окружающее. Недалеко от меня был разведен костер, около которого находились два человека. Один из них, молодой, стоял, облокотившись на ружье. Его можно было принять за охотника. Это был здоровый, сильный юноша со смелым, добродушным выражением лица.
На нем был обычный охотничий костюм: рубашка из оленьей шкуры, мокасины и короткий плащ, покрывавший плечи. На голове была шапка из целого енота, морда которого красовалась с передней стороны, а хвост, как перо, спускался сбоку на левое плечо.
Под правой рукой юноши висела охотничья сумка, а вооружение его состояло из ножа и пистолета, заткнутых за пояс. По тому, как всё ловко и грациозно сидело на нем, видно было, что юноша заботился о своей внешности.
Товарищ его представлял полную противоположность и поражал своим совершенно необычайным видом.
Он сидел по другую сторону костра лицом ко мне. Одежда его напоминала одежду дикаря. На нем была лишенная всяких украшений засаленная и заплатанная охотничья рубашка, похожая скорее на кожаный мешок с отверстием для рук и головы. Потрепанные мокасины и костюм вполне соответствовали рубашке. Казалось, он лет двадцать не снимал всего этого.
На вид этому человеку можно было дать лет шестьдесят. Черты лица его были резкие, глаза черные и проницательные.
В наружности его было что-то особенное, чего-то недоставало. И когда я внимательно пригляделся к нему, то заметил, что у него не было ушей.
Я узнал его. За несколько лет до этого мне пришлось встретиться с ним почти при таких же обстоятельствах. Это был Рейбен Роллингз, или Старый Рюб, как его звали, – один из знаменитых местных охотников.
А в юноше я узнал Билла Гарея, тоже известного охотника и постоянного спутника Рюба.
Обрадовавшись старым друзьям, я уже хотел окликнуть их, но в это время взгляд мой случайно упал на группу лошадей, между которыми – о радость! – находился и мой любимец Моро!
Но каково было мое изумление, когда я увидел здесь и другого красавца – белого коня степей!
От неожиданности и усилия, сделанного мною, чтобы подняться, я снова впал в беспамятство, но очень скоро пришел в себя.
Оба охотника подошли ко мне и, приложив к моим вискам что-то холодное, начали разговаривать между собой.
Я разобрал каждое их слово.
– Черт бы побрал этих женщин, – ворчал Рюб, – всякая беда от них!
– Что же, – отвечал Гарей, – может быть, он любит ее. Она, говорят, очень красива. А любовь ведь – большая сила.
– Ну, я вижу, и ты не умнее его! – засмеялся Рюб.
– Ты, верно, никогда не знал, что такое любовь, – заметил Гарей.
– Нет, я тоже когда-то был влюблен.
– Кто же она была, белая или индианка?
– Белая. Таких чудных глаз, как у нее, я больше ни у кого не видел.
– Как ее звали?
– Чарити Холмс. Это было тридцать лет назад. Она вышла замуж за торговца из Коннектикута, и с тех пор я ее больше не встречал. Я слышал, что у нее много детей и все похожи на нее. Выйти замуж за странствующего торговца! Верно говорю тебе: никогда нельзя полагаться на женщин. Посмотри, во что обошлось этому молодому человеку желание услужить женщине!
Я ничего не понимал. Каким образом очутился здесь белый конь? Откуда взялись Рюб и Билл? Откуда им все известно?
Движимый любопытством, я решил обо всем расспросить их.
– Рюб, Гарей! – позвал я их.
– А! Вы пришли в себя! Прекрасно! Теперь вам надо лежать тихо, и тогда вы скоро поправитесь.
– Выпейте, – сказал Рюб, поднося к моим губам подкрепляющий напиток.
– Вы узнали нас, – радостно заметил Гарей. – Мы также вас не забыли!
– И никогда не забудем, – перебил его Рюб. – Как вы приняли старого Рюба за медведя!
– Это вы спасли меня от медведя? – спросил я.
– От одного – да, а от другого вы сами спаслись.
– Да разве их было два?
– Сначала вы боролись с одним и убили его. Когда мы подошли к вам, медведь был мертв. Вас мы тоже сначала приняли за покойника. Вы оба лежали на земле, крепко обхватив друг друга. Тут подошла медведица, вероятно отыскивая своего «Мишеньку», и я убил ее. Однако вот что я вам скажу: раненому человеку нужен покой, и вы не должны больше разговаривать. Раны ваши не смертельны, но очень серьезны. Вам нужно спокойно лежать, чтобы поскорее поправиться.
