оказалось. Кто мог его совершить, оставалось только гадать.
ПОНЕДЕЛЬНИК, 14 МАРТА
Глава шестая
«Существование жизни на земле связано с атмосферным давлением. Это давление, в свою очередь, определяется постоянным действием некоторых физических сил, зависящих от расположения планеты в космическом пространстве. А на него — на космическое пространство — влияет Вселенная в целом Но что же здесь первично?» — раздумывал Киндерман.
— Лейтенант?
— Я весь во внимании, Горацио Хвастунишка. И каковы наши достижения на сегодняшний день?
— Никто не заметил ничего особенного,— сообщил Аткинс.— Можно отпустить прихожан?
Киндерман сидел на скамье возле исповедальни, где обычно выстраивалась очередь прихожан. Дверь в исповедальню была прикрыта, но кровь уже успела просочиться под нее. Алый поток разделился надвое, и судебные эксперты с опаской переступали через эти страшные ручейки. Вход в церковь охранялся полицейскими. Настоятель внимательно слушал Стедмана. Они стояли слева от алтаря перед статуей Девы Марии. Старый священник время от времени кивал, покусывая нижнюю губу.
— Да, конечно, отпустите их,— обратился лейтенант к Аткинсу.— Оставьте только тех четверых — свидетелей. А мне еще надо кое-что обдумать.
Аткинс кивнул и обвел взглядом церковь в поисках возвышения, откуда он смог бы объявить прихожанам, что они свободны. Тут он заметил хоры и направился к ним.
Киндерман вновь погрузился в размышления. Вечна ли Вселенная? Возможно. Этого никто не знает. Если бы, к примеру, зубной врач обладал бессмертием, он бы вечно пломбировал зубы! А Вселенная? Что ее-то поддерживает? Изменится ли что-нибудь, если начать растягивать звенья причинно-следственной цепи? «Нет, так я ни к чему не приду»,— решил Киндерман. Он представил себе товарный состав, перевозящий на фирму «Авраам и Страус» одежду с маленьких военных заводиков близ Кливленда, где, как ему казалось, ее и производят. Впереди каждого вагона находится другой, благодаря которому тот движется. Ни один вагон сам по себе не поедет. И как ни увеличивай число вагонов, в движение они от этого не придут.
Сколько ни умножай ноль, все равно ноль и получится. Да и электровоз не тронется с места, если на нем не поставить двигатель. А это уже совсем другое, нежели вагоны.
«Первичный двигатель сам по себе недвижим. Первоначальная причина ни из чего не проистекает. Что это? Противоречие? — думал Киндерман.— И если все должно иметь свою причину, то, может быть, она и есть Бог?» Тут Киндерман приступил к интеллектуальной разминке и сразу же ответил сам себе: «Принцип причинно-следственных связей вывели на основании наблюдений за материальной Вселенной, а она лишь часть общей Вселенной. И существует ли другой мир, не связанный со временем, с пространством и материей? А что думает по этому поводу, например, чайник?»
Киндерман повернулся к Райану:
— Как ты считаешь, стоит ли оповещать прессу или оставим это пока в пределах церкви?
— Надо снять отпечатки пальцев с ширмы в исповедальне,
— А для чего мы, интересно, съехались сюда? Ищите отпечатки. И не только снаружи, но и изнутри, особенно на металлических ручках.
— Но внутри могут быть отпечатки пальцев только самого священника,— удивленно возразил Райан.— Что они могут дать?
— Я иду по следу. Работу мне оплачивают по часам А тебе полагается присматривать за своим помощником, вместо того чтобы задавать мне дурацкие вопросы.
Но Райан стоял на своем:
— Я не понимаю, какое отношение к преступлению могут иметь отпечатки пальцев убитого священника.
— Придется тебе поверить мне на слово.
— Хорошо,— сдался наконец Райан.
Он ушел, а вместе с ним исчезло и ощущение покоя — крошечный островок в потоке отчаяния и тоски. Киндермана вновь одолели сомнения. Да, все произошло именно здесь. И в определенное время. Он услышал шаркающие шаги прихожан. Люди выходили из церкви на освещенную улицу.
«Допустим,— продолжал свои рассуждения Киндерман,— американский астронавт совершает посадку на Марс. И там вдруг обнаруживает фотоаппарат. Как он объяснит его присутствие на поверхности чужой планеты? Сначала астронавт решит, что он здесь не первый, что кто-то уже побывал на Марсе до него. Но только не русские. Ибо это фотоаппарат фирмы “Никон”. Он слишком дорогой. Тогда, может быть, это астронавты из какой-то другой страны, а то и вообще пришельцы? Они, наверное, побывали сначала на Земле и прихватили этот аппарат для изучения. А вдруг правительство США обмануло его и послало сюда другого астронавта, который и обронил здесь свой аппарат? В конце концов он может прийти к заключению, что у него начались галлюцинации, что все это ему просто привиделось или приснилось. Но вот одна вещь никогда не придет ему в голову,— рассуждал Киндерман,— на Марс попадает множество метеоритов, да и сама его поверхность изобилует вулканами. За многие миллиарды лет могло произойти случайное слияние различных частиц, в результате которого и возник этот фотоаппарат. Однако нашего астронавта убедят в том, что он, дескать, подвергся некоему опасному космическому облучению и от этого прямиком сошел с ума. Затем его тихонечко спровадят в соответствующее учреждение, снабдив при этом мешком с мацой и какой-нибудь цацкой, вроде значка Космического десантника. Затвор объектива, диафрагма, автоматическая фокусировка, выдержка... Может ли все это возникнуть случайно?»
Человеческий глаз обладает десятками миллионов электрических связей. Они могут воспринимать одновременно несколько миллионов сигналов, а могут различить свечение всего лишь одного фотона.
И вот на Марсе находят человеческий глаз.
Человеческий мозг, три фунта ткани, состоит из более чем сотни миллиардов клеток и пятисот триллионов синапсов. Он может мечтать, решать уравнения, сочинять музыку, создавать язык и науки, придумывать двигатели для ракет, рвущихся к звездам; он усыпляет мать в яростную бурю, и он же будит ее при малейшем писке младенца. Компьютер, который исполнял бы все функции мозга, целиком занял бы поверхность планеты Земля.
На Марсе находят человеческий мозг.
Мозг в состоянии распознать единицу меркаптана[31] в пятидесяти миллиардах единиц воздуха, и если бы ухо человека было таким же чувствительным, оно смогло бы воспринять на слух столкновение молекул.
За сотни миллионов лет никто так и не смог разгадать тайны мироздания. Сама эволюция является величайшей загадкой. Основная тенденция материи направлена в сторону дезорганизации, к конечному состоянию случайностей, из которого Вселенная уже никогда не сумеет выбраться. Каждое мгновение рвутся и исчезают какие-то связи, и весь наш мир летит навстречу саморазрушению, лихорадочно ожидая смерти, подобно остывающей звезде. И все же эволюция существует, вновь и вновь поражался Киндерман, ураган собирает соломинки в стог, в единое сложное
