Читаем без скачивания Уловка Прометея - Роберт Ладлэм

– Нет!

– Елена, теперь они знают, что нас двое, мужчина и женщина. Их система наблюдения слишком проработана и слишком хороша. Убит иностранный секретарь Англии. Теперь все соответствующие службы будут настороже, не только «Прометей» и «Альфа».

– В этом здании сейчас наверняка не меньше тысячи человек. И уж вся охрана точно будет начеку.

– В толпе убийцы находятся в гораздо более выгодных условиях, чем их жертвы. Особенно когда убийцы точно знают, как выглядят их мишени. А сейчас за дело взялись люди, которых не остановят соображения благоразумия или осмотрительности.

– Я не могу! Мне ужасно стыдно – но я не умею драться, ты же знаешь! Я могу пригодиться тебе в разных ситуациях, но... пожалуйста!

Брайсон кивнул. Елена была перепугана до полусмерти, и он просто не мог оставить жену одну, когда она находится в таком состоянии.

– Ладно. Но нам придется вернуться в те коридоры, где мы можем в любой момент столкнуться с противником. Потайные ходы и воздуховоды теперь слишком опасны – их наверняка уже прочесывают. Чтобы наш план бегства имел хоть малейшие шансы на успех, нам нужно пробраться в восточное крыло здания.

Подобравшись сбоку к окну подсобки, так чтобы его не было видно снаружи, Брайсон выглянул в окно и мгновенно понял: все обстоит гораздо хуже, чем он предполагал. Он насчитал шесть фигур в камуфляжной форме – бойцов подразделения «Альфа». Двое из них патрулировали внутренний двор, двое проверяли входы в здание, и еще двое расхаживали по крыше, оглядывая окружающую территорию через бинокль.

Брайсон повернулся к Елене:

– Ну что ж, план придется немного усовершенствовать. Сейчас нам нужно выйти в вестибюль и поискать грузовой лифт.

– И спуститься на первый этаж?

Ник покачал головой:

– Так мы точно прямиком наткнемся на полицию – или на кого похуже. Нет, нам нужен второй или третий этаж. А там мы поищем альтернативные пути, ведущие наружу.

Брайсон быстро подошел к двери и застыл на несколько секунд, прислушиваясь. Но все было тихо. Даже шум недавней драки не привлек ничьего внимания. Очевидно, они очутились в редко посещаемой зоне. Но факт оставался фактом: замаскированный охотник из «Прометея» подкарауливал их даже здесь, ожидая, когда кто-нибудь из беглецов попадет в ловушку. На взгляд Брайсона, отсюда напрашивалось два вывода: во-первых, они, возможно, находились в точке, в которой все маршруты сходились и вели к выходу из здания. А во-вторых – что неподалеку отсюда должны находиться и другие враги. А значит, чем скорее они покинут это место, тем будет лучше.

Брайсон приоткрыл дверь – та заскрипела, – высунул голову и оглядел коридор. Никого. Он подал знак Елене. Они побежали по пустому служебному коридору влево. Добравшись до поворота, Брайсон остановился, заглянул за угол и увидел лифт. Ник припустил к лифту, Елена за ним, след в след. Лифт оказался старомодным, с крохотным застекленным окошком в форме ромба и двустворчатой дверью, которую нужно самостоятельно закрывать изнутри. Это было только к лучшему: скорее всего, чтобы привести этот лифт в движение, ключ не понадобится. В те времена, когда выпускалась эта модель, подобных ухищрений просто не существовало. Брайсон нажал кнопку вызова, и кабина с жалобным повизгиванием поползла вверх. Невзирая на тусклый свет, видно было, что кабина пуста. Ник открыл дверцу, и они вошли внутрь. Потом он нажал на кнопку с цифрой "З".

Брайсон на миг закрыл глаза и представил себе карту. Так, лифт должен доставить их в задний, служебный вестибюль: через него входили те, кто занимался уборкой и ремонтом. Но на самом деле Ник не был уверен, где именно они окажутся. Здание парламента отличалось чрезвычайно причудливой внутренней планировкой. Ник запомнил главные маршруты, но отнюдь не все.

Лифт остановился на третьем этаже. Брайсон выглянул наружу и огляделся по сторонам. Кажется, все тихо. Брайсон толкнул дверцу, и та отворилась. Повернувшись вправо, Ник увидел старую дверь, выкрашенную в зеленый цвет; чуть ниже уровня пояса на двери красовалась потертая ручка. Подойдя к двери, Брайсон толкнул ее, и та легко отворилась. Теперь они очутились в разукрашенном коридоре с мраморным полом; в коридор выходило множество дверей из красного дерева, и на каждой красовался позолоченный номер. Беглецы сейчас находились не в той части здания, где проходили всяческие церемонии, да и табличек с именами и названиями занимаемых должностей на дверях не было. Очевидно, эти кабинеты принадлежали персоналу среднего уровня: клеркам, служащим исполнительных комиссий, аудиторам, секретарям и прочим. Коридор был длинным и слабо освещенным. В кабинеты неспешно входили и выходили люди, судя по всему – местные служащие. Никто из них, похоже, даже не смотрел ни на Брайсона, ни на Елену, и ничто в поведении этих людей не заставляло заподозрить в них наблюдателей или переодетых оперативников. Инстинкт протестовал, но Брайсону не оставалось ничего другого, кроме как действовать дальше.

Ник остановился на мгновение, пытаясь сориентироваться. Восточное крыло здания находилось справа; значит, именно в ту сторону им и нужно было двигаться. Навстречу Брайсону и Елене сейчас шла хорошо одетая женщина; ее каблучки цокали по мрамору, и этот цокот эхом разносился по коридору. Ник машинально принялся оценивающе приглядываться к женщине. Женщина прошла мимо, с любопытством взглянув на Брайсона. И Ник вдруг вспомнил, что, хотя формально он все еще был одет, как респектабельный чиновник, на самом деле вид у него должен быть устрашающим: правый глаз украшен кровоподтеком, а может, уже и успел заплыть, одежда порвана и растрепана за время драки с псевдоуборщицей. И Брайтон, и Елена выглядели совершенно неуместно для этого здания и просто не могли не привлекать к себе внимания – чего Ник ну никак не желал. Времени искать уборную и приводить себя в порядок у них не было. Беглецам оставалось положиться лишь на собственную быстроту и везение. Но Брайсон всегда предпочитал не слишком-то рассчитывать на везение. Удача – штука такая, стоит на нее понадеяться, как она тут же норовит от тебя отвернуться.

Ник продолжал идти по коридору. Он опустил голову, словно погрузившись в собственные мысли, и быстро шагал вперед, держа Елену за руку и увлекая жену за собой. Время от времени они проходили мимо открытых дверей, и видны были группки людей, которые о чем-то негромко беседовали. Даже если кто-то из них и смотрел на двоих беглецов, оставалась надежда, что они не заметили окровавленное лицо Брайсона.

Но все же здесь что-то было не так; Ник просто изнемогал от тревоги. Ему казалось, будто волосы у него на загривке встают дыбом. Звуковой фон был неправильным. Не было слышно нормальных, беспорядочных телефонных звонков. Нет, телефоны звонили, но в какой-то странной последовательности, в разных кабинетах и по разные стороны коридора. Брайсон не сумел бы логически объяснить, почему его это беспокоит, но знал, что в принципе могло просто разыграться воображение. Но, кроме того, Ник заметил, что разговоры в кабинетах как будто стихают, стоит лишь им пройти мимо. Может, у него уже паранойя?

Брайсон пятнадцать лет проработал полевым агентом и хорошо усвоил: самое ценное его оружие – это интуиция. Он никогда не игнорировал ощущения, которые другие люди сочли бы обманчивыми или параноидальными.

За ними наблюдают.

Но если за ними действительно наблюдают, почему ничего не происходит?

Покрепче ухватив Елену за руку, Брайсон ускорил шаг. Его больше не волновало, что его действия могут привлечь внимание; Нику начало становиться не до того.

Примерно в семидесяти пяти ярдах впереди виднелось маленькое витражное окно наподобие тех, которые часто можно увидеть в средневековых соборах. Брайсон знал что эти окна выходят на Темзу.

– Прямо вперед и налево, – едва слышно бросил он Елене.

Елена молча пожала его ладонь. Через несколько секунд они добрались до конца коридора и свернули влево. Елена прошептала:

– Смотри – зал для совещаний. Наверно, пустой. Может, нам нырнуть туда?

– Отличная идея.

Брайсону не хотелось оборачиваться и проверять, не идет ли кто за ними. Впрочем, поблизости не было слышно никаких шагов, кроме их собственных. Справа от беглецов располагалась массивная дубовая двустворчатая дверь. На вставке из матового стекла красовалась надпись: «Двенадцатый комитет»: Если им удастся достаточно быстро проскользнуть внутрь, они, возможно, сумеют оторваться от преследователей или хотя бы на какое-то время собьют тех с толку. Дверная ручка повернулась легко и бесшумно. Дверь была не заперта, но освещение – две огромные хрустальные люстры – было выключено, и зал был пуст. Он был сделан в виде амфитеатра: несколько возвышающихся друг над другом рядов деревянных стульев, обтянутых кожей и обитых гвоздиками с медными шляпками, и центральная, расположенная внизу площадка с полом из ярких разноцветных изразцов. Посреди зала стоял длинный стол для совещаний, обитый зеленой кожей, а вдоль него протянулись две деревянные скамьи со спинкой, предназначенные для членов комитета. Свет проникал в помещение через два высоких окна со свинцовыми переплетами, расположенные напротив двери. Даже сейчас пустующий зал выглядел одновременно и торжественным, и величественным. Сводчатый потолок возвышался не меньше чем на тридцать футов. Стены почти до половины были обшиты панелями из темного дерева, а выше панелей оклеены обоями винного цвета с рисунком в готическом стиле. Кроме того, на стенах висе-до несколько больших, мрачных картин, явно написанных в девятнадцатом веке: батальные сцены; портреты королей, некогда отправлявших войска за море; парящие в воздухе мечи; Вестминстерское аббатство, заполненное людьми в одеждах девятнадцатого столетия, горюющих над гробом, накрытым английским флагом. Немногие заметные современные детали вызывали ощущение диссонанса: несколько микрофонов, свисающих с потолка на длинных проводах, и телеэкран, вмонтированный в одну из стен. Под экраном висела надпись: «Результаты голосования».